Неверная, или Готовая вас полюбить - Юлия Шилова

Вернувшись в комнату, я села за стол, посмотрела наприготовленную для меня дозу и подумала, что у меня начинается кокаиноваязависимость. Говорят, она появляется через несколько месяцев, но у меня она ужевозникла. Думая о дозе, я сразу улыбалась и понимала, что сейчас мне будеточень даже хорошо. Во мне появились те черты, которых никогда не было ранее.Когда я смотрела на кокаин, во мне просыпалась настоящая жадность. Мне начиналоказаться, что Егор принимает большую дозу, чем я, и у меня начиналась истерика.Егор доказывал, что мы принимаем наркотики в равном количестве, но я почему-тоему не верила и подозревала, что он на мне экономит или хочет обмануть.

У меня появились какие-то странные желания, которые длянормального человека казались бы абсурдными. Например, я мечтала иметь своисобственные наркотики. Чтобы их было всегда много и как только они появлялись,я смогла их откладывать про запас. Я по-прежнему считала, что это не признакизависимости от кокаина, а всего лишь желание забыться и отвлечься отмалоприятной действительности. Мой организм молодой, здоровый, крепкий, а спомощью кокаина я всего лишь поддерживаю хорошее настроение. Я не видела ничегоплохого, что иногда мне хочется принять дозу и немного расслабиться. Я неколюсь, я всего лишь нюхаю. Егор говорил, что некоторые вводят кокаинвнутривенно, но это повышает риск передозировки. Вдыхание кокаина относительнобезопасно для жизни.

Приняв дозу, я тут же почувствовала прилив энергии, улегласьна кровать, счастливо улыбнулась и спросила лежащего рядом Егора.

– Егор, а мы не наркоманы?

– Наркоманы, – рассмеялся. Егор.

– Но ведь мы же не колемся!

– Какая разница?

– Как какая? Большая.

– Глупенькая. Неужели ты думаешь, что наркоманы только те,кто употребляет наркотики внутривенно? Наркоманы – нюхают, курят, дышат,принимают таблетки. Я сижу на коксе уже не один год и могу сказать тебе, чтококаин – это один из самых коварных наркотиков.

– Почему?

– Стоит начать его принимать и вскоре становится невозможноизбавиться от его власти. Ты нюхаешь его для того, чтобы покайфовать, а я ужеот него не кайфую. Я употребляю его для хорошего самочувствия, потому что безнего я болею и мне чертовски плохо. Потом с тобой будет то же самое.

– Ты хочешь сказать, что я не смогу бросить?

– Не сможешь.

– Ерунда!

– Я хорошо тебя подсадил. С той дозы, с которой ты начала,уже не соскакивают. Мне вообще непонятно, как с такой дозы в первый раз твоемуорганизму не было плохо. Если честно, я думал, ты откинешь коньки. Но ты дажекайфанула. Организм у тебя крепкий. Я постоянно увеличивал тебе дозу. Так что,тебе только кажется, что ты можешь соскочить в любой момент. Ты уже сидишькрепко.

– Я тебя ненавижу, – только и смогла сказать я.

– Я знаю. Но тебе никуда от меня не деться. Ты не сможешьжить без кокаина, а это, между прочим, наркотик для богатых. Он стоит дорого.Наркодельцы в первый раз могут продать его подешевле, но как только человек нанего запал, они резко повышают цену, а эффект наступает при условии, чтопостоянно увеличивается доза.

– Я тебя ненавижу, – повторила я и добавила: – Тысломал мне жизнь.

– Дура, я подарил тебе жизнь и при этом кокаиновое счастье.Ведь когда получаешь дозу, ты чувствуешь себя счастливой. Еще скажи, что это нетак.

– Ты показал мне дорогу в ад. Я знаю, что бывает от кокаина:сердечные приступы, инсульты, кровоизлияния в мозг, смерть от дыхательнойнедостаточности.

– Девочка, не думай об этом. Если так думать, то жить вообщевредно. Будешь меня слушать, еще поживешь в свое удовольствие. Ты молодая,организм крепкий.

Мне почему-то хотелось заплакать, но я не смогла. Ячувствовала себя мотыльком, который перелетает с цветка на цветок, парит инаслаждается новыми, неведомыми ранее ощущениями. Чем чаще Егор давал мне кокаин,тем все больше и больше мне его хотелось, тем сильнее и сильнее он меняпритягивал. Это происходило уже на физическом уровне, это происходило в моейголове. И все же я верила, что если захочу, то всегда могу остановиться. Этонаркоманы не могут, а я не относила себя к их числу.

– Знаешь, когда я в первый раз увидел кокаин, я подумал, чтоон похож на снег.

– На снег? Действительно похож.

Ни с того ни с сего мы рассмеялись и ощутили, как намхочется секса. Я подползла к Егору и стала его раздевать.

– Нас же француз ждет, – притянул меня к себе Егор.

– Подождет.

– А вдруг не подождет?

– Тогда пошел он к черту.

– Нет, девочка, таких мужиков мы не будем к чертям посылать.

– Давай сделаем это по-быстрому…

– Ну если только по-быстрому. Время пошло.

Когда мы отодвинулись друг от друга, действие кокаина еще незакончилось, и я по-прежнему ощущала необыкновенную легкость.

– А ты в своей жизни кого-нибудь любил? – зачем-тоспросила я Егора, собравшегося идти в ванную.

– Наташка, ты с дуба, что ли, рухнула? Никакой любви нет. Ужлучше кокаиновая зависимость, чем любовная.

– Значит, ты все-таки любил.

– Не помню. Это давно было, по молодости.

– Значит, все-таки было, – допытывала я его.

– Зачем тебе это?

– Затем, что ты разрушил мою жизнь, а у меня был парень, в которогоя влюблена.

– Дура, – только и смог сказать Егор и хлопнул дверью.

– Дура, – согласилась я и подумала, что если бы я тогдане поехала к Игорю на дачу, то ничего бы страшного и ужасного в моей судьбе непроизошло. НИЧЕГО…

Собравшись в ресторан, мы с Егором приняли еще по дозе, и яощутила внезапный и острый подъем настроения. Глядя на себя в зеркало, я виделамолодую, интересную девушку и испытывала радость от своего существования,почувствовала новизну и праздничность окружающего меня мира. Я вновь испыталанеобыкновенный прилив энергии. Мне казалось, что я смогу совершить любыепоступки. Я была бодра, мне казалось, что мои физические возможностинеограниченны, и я вновь захотела секса.

Я подошла к Егору и хотела было расстегнуть его ширинку, ноон меня оттолкнул и напомнил:

– Ты с ума сошла. Нас француз ждет. Кстати, нужно купитьтебе красивое платье. А то тебе надеть нечего. В Москве у тебя должна бытькрасивая одежда.

– Зачем?