Злой лжец - Фейт Саммерс

— Ладно… — Его губы сжимаются в тонкую линию недовольства, но он кивает в знак согласия. — Наслаждайся свиданием.

Свидание…

Это меня сбивает с толку, но я не позволяю ему видеть. Думаю, он все-таки услышал, как я разговаривала с Жаком.

Хотя он выглядит так, будто пришел поговорить дольше, чем те две минуты, что мы провели, он уходит.

Я слишком долго смотрю на пустой след, который он оставляет за собой, затем на ангела в своих руках, пытаясь понять, куда мне идти дальше.

Вот оно. Это было оно. Конец нам, и так и должно быть. Доминик сказал мне не ждать, и его записка была очень ясна о том, кем мы больше не являемся.

Не вместе.

Вот с этим мне придется работать и принять тот факт, что Доминик и я никогда не были предназначены друг другу.

Глава 8

Кэндис

Нежная джазовая музыка окутывает нас, когда официанты ставят на наш стол две маленькие миски крем-брюле.

Я благодарю их, пока они убирают пустые тарелки, на которых раньше лежал потрясающий обед из двух блюд: рийет из лосося и французского ростбифа с весенними овощами.

Конечно, Жак организовал нам ужин на крыше ресторана. В смешении лунного света и окружающего сияния янтарных огней вокруг нас он выглядит поразительно. Смертельно красивый и полностью заинтересованный мной.

Я приехала подготовленной, чтобы поговорить о Бордо. Именно там вырос Жак и проводит большую часть времени, когда он в отъезде. Расположенный на юго-западе Франции, Бордо славится на весь мир своими виноградниками и изысканным вином. Шато Бельмон с его впечатляющими 50 гектарами винограда Каберне Совиньон и Мерло на шестисотлетнем винограднике внес свой вклад в эту славу.

Поскольку я несколько раз бывала в Бордо и мне там очень понравилось, я могла с легкостью поддерживать приятную беседу.

Жак наблюдает, как я опускаю ложку в крем-брюле и откусываю. Вкусно, но я сыта и больше есть не могу. Мне тоже пора домой. Я заложила ровно два часа, за вычетом времени на дорогу, просто чтобы держать его в тонусе.

Его губы расплываются в ухмылке, когда он видит, что я пытаюсь откусить еще кусочек и сдаюсь.

— Я не думал, что ты сможешь это съесть, но я впечатлен, что ты попыталась, — заявляет он.

— Спасибо. Ненавижу выбрасывать вкусную еду. — Я делаю глоток сладкого вина. Оно тоже великолепно, но я забыла название. Это он заказал его для меня.

— Отличная еда? Приятно слышать, что ты так думаешь. В этом ресторане хранятся рецепты моего дедушки. Он человек, который ценит вкус. Так же, как и я.

Я не скучаю по тому, как его взгляд скользит по моему телу, как его глаза раздевают меня.

— Ого, ну, я не могу с этим спорить. — Я киваю с легкой улыбкой и кладу ложку. — Как бы мне ни хотелось остаться и попытаться доесть свой великолепный десерт, мне нужно бежать.

Мои слова дали именно тот результат, на который я надеялась. Любопытство и удивление наполняют его глаза, и ясно, что он не может меня понять. Я сказала все, к чему он не привык, и, что самое главное, я не набросилась на него. Это он преследовал меня все это время, прилагая немало усилий.

— Что? В смысле, домой?

— Сегодня работаю в ночь, — отвечаю я, и он смеется.

— И с каких это пор работа стала достаточным поводом для того, чтобы сократить вечер?

— Мистер Белмонт, я отношусь к своей работе очень серьезно.

— Я понимаю, мадемуазель, Массимо очень повезло с тобой. Я просто пытаюсь вспомнить, когда в последний раз женщина говорила мне, что ей нужно бежать, потому что сегодня работает.

Я его подбадриваю смехом. — Ну, не каждый день встречаешь такую девушку, как я.

— Нет, это определенно не так. — Тот же огонек возвращается в его глазах, когда он с восхищением смотрит на меня. — Нет ни единого шанса под солнцем, что ты согласишься пойти со мной домой сегодня вечером, не так ли?

Под столом я хватаюсь за край платья и натягиваю на лицо улыбку уверенности.

— Нет, мистер Белмонт. Не существует.

Его улыбка становится шире, и он кладет локти на стол. — Почему? Почему нет?

— Тебе придется приложить больше усилий, чем просто выпить кофе и поужинать, чтобы доставить меня к себе домой.

— А что, если большая часть моей работы связана со спальней?

Я не удивлена этим комментарием. Ни капельки. Поэтому я могу сохранять серьезное выражение лица. Но под маской этого лица я почти благодарна, что это не по-настоящему. Не настоящее свидание и не настоящий парень, который мне интересен. Если бы хоть что-то из этого было реальным, это была бы та часть, где мои воспоминания о Доминике не дали бы мне зайти дальше кофе и ужина.

Однако как только я лягу спать в постель этого зверя, будет уже неважно, было ли что-то реальным или нет.

— Жак, мне очень жаль сообщать тебе, что мне нужно больше, чтобы я оказалась в твоей спальне. — Я улыбаюсь шире.

— Тогда тебе придется мне помочь. Похоже, мне нужны идеи.

Я знаю, что сказать. Я думала об этом с тех пор, как приехала сюда. Не так-то просто ввязаться в аукцион, особенно когда мы оба знаем, какой это аукцион. Но теперь, когда семена посеяны, пора их полить и пойти убивать.

— Я принимаю участие в Декадентском аукционе в субботу, — отвечаю я, и улыбка спадает с его лица. Я сразу понимаю, что это не потому, что он недоволен этим. Это из-за элемента соревнования, который у него будет. — Я знаю, что ты идешь. Верно?

Он прищурился. — Да, но это не похоже на тебя.

— Это не так, но это благотворительность, и я подумала, что заодно немного развлекусь.

— Ты знаешь, почему мужчины будут делать на тебя ставки?

— Да, я просто не думаю, что ты позволишь кому-то другому делать ставки на меня и выигрывать.

Теперь улыбка возвращается к его глазам. — Ты собираешься заставить меня делать ставки на тебя?

Я равнодушно пожимаю плечами и делаю еще один глоток своего напитка. — Это делает все более интересным, не думаешь?

— Так и есть, но к концу ночи я могу оказаться на мели.

— Я в этом серьезно сомневаюсь.

Его взгляд опускается на мою грудь, когда я делаю последний глоток. Когда его глаза встречаются с моими и они наполняются ненасытным голодом, я знаю, что обвела его вокруг пальца.

— Спасибо за