Подарок для Императора. Меж двух огней - Мара Черная

— Это сон. Это всего лишь сон. Я здесь. Я рядом. Смотри мне в глаза. Слышишь? Ты просто испугалась. Всё закончилось…

Когда до моего сознания, наконец, дошло, что я всё-таки уже не сплю, и кошмар закончился, стало стыдно за свою истерику. Тут же стала судорожно вытирать слёзы и подавлять разбушевавшиеся эмоции.

— Нет! Не смей! Тебе больно. Выпусти это. Плачь сколько нужно — тебе станет легче. Не сдерживайся. А я буду рядом. Буду вытирать твои слёзы сколько понадобится.

И он ласково меня обнял. А я всхлипнула и закуталась в него, как в одеяло, спряталась, как в самое безопасное убежище. И рыдала. Долго. Пока не уснула.

Ранним утром Хельвдан меня разбудил, легко поглаживая по плечу.

— Нам уже нужно ехать, — прошептал.

После этой кошмарной ночи было крайне сложно вставать и что-либо делать. Голова не соображала, тело не слушалось. Благо, ото всех сборов я была свободна. Требовалось только встать, надеть накидку и сесть на лошадь. Но все ждали меня одну. Было неловко перед ребятами.

В стороне зашуршали ветки. Внутри всё напряглось. Но стоило на поляну выехать двоим всадникам на рыжей и гнедой лошадях, от сердца отлегло. Свои. Они направлялись в нашу сторону. Молодой парень на рыжем коне коротко кивнул и стал докладывать:

— Отчёт о разведке. Вражеский караван отправился раньше нас, но они не успели отойти далеко, движутся медленно. В их лагере хватает недовольных после вчерашнего происшествия, сетуют на нас, что мы портим им планы. Ки-Ран в бешенстве. А его советник настаивает на том, чтобы забыть об этой ситуации и не доводить до крайностей. Так же много тех, кто поддерживает Анаих-Риза, но Ки-Ран всем затыкает рты.

— Советник разумен. А вот жадность, жестокость и мстительность Ки-Рана ни к чему хорошему никого не приведёт. Но я молчать не стану. Вождя нужно свергнуть, иначе не будет никому покоя. Даже ценой войны, — воины в ответ одобрительно загудели, но Хельвдан их прервал и продолжил. — Молодцы, ребята. Продолжайте следить за ними, старайтесь себя не выдавать. Важны любые сведения. Выезжаем вместе, в лесу отделитесь от нас и будете держаться поближе к беорхийцам.

Хельвдан отдал последние распоряжения остальным солдатам, и мы отправились в дорогу. Лошади спокойно шагали по узкой тропе между деревьев. Голые ветки кустов задевали ноги. Солнце раскидало вокруг яркие тёплые лучи, которыми ласкало землю, лошадей и моё лицо. Из-за этого веки опускались сами собой, но я настойчиво боролась со сном.

— Поспи. Я придержу тебя, — раздалось над ухом.

— Спасибо, — тихонько ответила.

Но стоило Хельвдану сильнее ухватить меня за талию и теснее прижать к себе, сон сразу прошёл, уступая место волнению смешанному со странным удовольствием.

После кошмарной ночи стало неловко начинать разговор с Хельвданом. Мы вроде как сблизились, но это только усиливало смущение перед мужчиной. Воспользовавшись тем, что он первый заговорил, я решила ненавязчиво разузнать его мотивы в отношении меня.

— Почему ты решил забрать только меня? Как же остальные?

С минуту мужчина молчал, задумчиво вглядываясь вдаль, а затем ответил:

— Не было возможности. Во-первых, мы бы не смогли их ни забрать с собой, ни быстро организовать временное пристанище. Во-вторых, они все, скорее всего, действительно рабы из Эллесана. Тебя они не имели права трогать. За остальных я не знаю.

— Рабы из Эллесана… До прихода этих псов все были свободными людьми, — тихо рыкнула себе под нос.

— Согласен. Мне тоже всё это не нравится. Поэтому я и взялся основательно следить за ними и собирать доказательства всех нарушений. Нет сил смотреть на страдания людей. Так быть не должно.

Мда, Мира. Много же ты узнала. Разговор ушёл совсем в другое русло.

— Хоть кому-то действительно не всё равно на людей. Не даром за тобой вся женская половина Иллеманы убивается, — выпалила я.

Какого Тёмного Бога я вообще несу⁈ Зачем я это сказала⁈ Моментально сжалась и начала искать глазами, в какие кусты ретироваться. Вон те вроде были ничего.

— Сейчас ты от меня никуда не денешься, — шепнул де-Мирт у самого уха, крепче сжав руку на талии. Он что, мысли читать умеет⁈ — А что до поклонниц… У меня на это нет времени. Других забот хватает.

— Так значит слухи не врут, что у тебя их много?

Тонкий лёд, Мира. Очень тонкий.

Мужчина тихо рассмеялся.

— Не знаю. За этими слухами не слежу. Кажется, у тебя обо мне не слишком позитивное мнение ещё с нашей первой встречи. Или мне показалось?

Раньше я и впрямь думала про него крайне плохо. И к своему ужасу осознала, что теперь всё совсем наоборот.

— Раньше я презирала всю верхушку.

— А теперь?

— А теперь я презираю всю верхушку, кроме главнокомандующего армией Иллеманы Хельвдана де-Мирта.

— Благодарю за оказанную мне честь оказаться вне Вашего чёрного списка, — де-Мирт снова засмеялся. — Раз уж мы тут задаём личные вопросы… Что тебе снилось? — произнёс уже более серьёзным тоном.

Я замялась. Приподнятое настроение слегка поникло. Думать о кошмаре не хотелось, а говорить тем более.

— Если не хочешь говорить, я не имею права давить на тебя, — не дождавшись ответа сказал Хельвдан, нежно поглаживая большим пальцем в месте травмированного ребра. — Подумал, что тебе будет полезно поделиться с кем-то переживаниями.

— Я расскажу, — положила ладонь поверх руки Хельвдана, продолжая нашу маленькую игру, от чего он громко выдохнул. — Сон был чересчур реальным. Я вообще будто не засыпала, а просто лежала и размышляла о своём. Услышала шум — обернулась. Никого. Второй раз не рискнула. Да и не смогла бы. Внутри была жуткая паника. Пыталась разбудить тебя, но ты был как… как мёртвый, — это слово далось мне очень трудно. — Потом появился Майран. Он отшвырнул меня в сторону. Ударил, скрутил, залез сверху. Я пыталась отбиваться, но не получалось. Он хотел… убить, отомстить, а до этого… — в носу снова защипало, глаза стали мокрыми, я не смогла выговорить до конца, что со мной собирался сделать этот гад.

Но и не потребовалось. Хельвдан понял меня.

— Майран — это кто? Твой бывший возлюбленный? Или нынешняя пара? — в голосе появились металлические нотки.

— Нет! — опешила я от догадок мужчины. — Это один из псов беорхийских. Сильно я ему насолила. Не специально, конечно. Просто получил за то, что я сбежала у него из-под носа.