Моё море - Анна Максимова

Но чуть позже. Сейчас мне необходимо отдохнуть, иначе обратно я просто не доплыву. Постепенно, сам не понял, как, я уснул, и снилась мне Бездна, от которой я всеми силами пытался уплыть.

***

МАРИЯ

Свидание с природой не удалось. У нас с этой дамой вообще всегда были довольно странные отношения. Для начала, я полтора часа мучилась с палаткой, которую опытные туристы поставили бы минут за десять. Ещё час ушёл на костёр: подготовку места и попытку разжечь сам огонь.

Но всё-таки мне это удалось. Исплевавшись и вспомнив все возможные ругательства, я в конечном итоге наслаждалась печёной в углях картошкой и жареным на открытом огне хлебом. Пища, такая простая, но обладающая вкусом детства, оттого кажущаяся особенно прелестной.

К сожалению, наслаждение было недолгим. Невеселые мысли атаковали безостановочно. Рациональная часть талдычила — я сделала всё правильно. Мне нужно заботиться о себе, ведь здесь у меня только Юлька и больше никого. Но совесть ничего знать не желала и твердила мне, что я последняя сволочь. Бросила на произвол судьбы того, кто вообще в этом мире абсолютно одинок. И то, что он водный житель и я, вроде как, выпустила его в естественную среду обитания, утешало мало.

Вечером ещё и мошкара добавила мне «счастья». Итогом стало то, что я безостановочно ворочалась в палатке, постоянно чесалась и думала. Почему-то хотелось плакать. Умом понимала: русалу нет никакого резона возвращаться, тем более после всего мною сказанного, но было отчаянно горько из-за собственной правоты. Сама того не осознавая, я ждала Айрона до самой ночи, но он так и не приплыл.

Уснуть всё же удалось, и проспала я на удивление долго. Когда, открыв глаза, выглянула из палатки, солнце уже высоко сияло на небосклоне. Глянула на экран мобильного, почти одиннадцать. Пора собираться. Неспешно я паковала своё имущество, отгоняя мысли про иномирянина и составляя план на ближайшее будущее.

Осознав, что невольно прислушиваюсь к окружающим звукам, жутко разозлилась на саму себя и, достав из бардачка наушники, заткнула уши, врубив музыку в телефоне на полную громкость. Да и процесс сборов значительно ускорился.

Когда мне на плечо легла чужая рука, я самым позорным образом взвизгнула. Испуг от неожиданности был сильнейшим.

— Да чтоб тебя! — воскликнула в сердцах, узрев физиономию сиэрнара. — Зачем так пугать?!

— Ты не откликалась на зов, — спокойно пояснил парень.

Я же едва задушила порыв броситься ему на шею. Глупо. Неуместно. К тому же, он мог вернуться лишь пожаловаться на что-то или вовсе поболтать на прощание. Да и если оно не так, мне-то как быть…

— Зачем ты вернулся? — решила не ходить кругами я.

Айрон отвёл взгляд в сторону, перекинул сырую косу на спину, нервно теребя браслеты на руках.

— Мне здесь не выжить, — наконец, выдал русал.

На такое заявление я могла только хлопать глазами. Круто. И что делать? Очевидно, послать парня обратно я не могу, такого не позволит моя совесть. Да и что скрывать от самой себя, внутри что-то восторженно радовалось, что Айрон вернулся. Но проблемы-то никуда не делись.

— Это всё, что осталось у меня от родного дома, — тоскливо произнёс иномирец, с тихим щелчком сняв один из браслетов. — Возьми. Насколько я успел узнать, в вашем мире золото тоже ценится. Взамен прошу помощи в вопросе устройства в этом мире.

В руки мне упало массивное золотое украшение. Мигом растеряв все слова, я продолжала стоять на месте, пытаясь собраться с мыслями и найти хоть какие-то слова, но всё было тщетно. Видно, ему было больно отдавать эту вещь, и, наконец, ко мне пришло запоздалое понимание, почему. Для Айрона ценность этих цацек состояла не в деньгах, это была память об утраченной родине.

— Я не могу, — замотала головой, вручая драгоценность обратно.

— Маша, — произнёс Айрон, заглядывая мне в глаза, — так нужно. У меня было время поразмыслить. Эти вещи дороги мне, но какой в них толк мертвецу? Здесь всё чужое. Наверное, нужны годы, чтобы самостоятельно понять жизнь на Земле. У меня нет столько времени, да и возможностей таких не водится. Поэтому, если можешь, возьми это золото, чтобы решить проблемы финансов, и помоги мне. Пожалуйста.

Никогда прежде никто не говорил со мной так. Более диким было лишь то, что все эти слова, пробирающие до мурашек, задевающие особые струны в душе, исходили от капризного мальчишки, каким я большую часть времени видела и воспринимала Айрона. Его предложение — избавление от злободневной проблемы денег, я даже знала, кто бы хорошо заплатил за подобную красоту из золота. Но на смену этой вполне понятной неприятности я обрету целый ворох других. Некоторые из которых ставили в тупик. Но разве я могла сказать «нет»?

— Ладно, — вздохнула я, на миг прикрывая глаза. — Но тебе придётся много работать над собой и научиться слушать, что я говорю.

Сияющая мальчишеская улыбка, невероятно преобразившая и без того очень красивое лицо, стала мне ответом.

Во что я, глупая, ввязалась?

Глава 9

АЙРОН

На словах достигнуть договорённости оказалось легче, чем на деле. Мария оказалась той ещё садисткой. Начать хотя бы с того, что она заявила, что если я хочу жить в этом мире, то обязан научиться как можно дольше обходиться без воды. Девушка несомненно права, но… В воде посидеть дала всего минут десять, после чего, выставив из комнатушки вон, минут десять чем-то там шуршала, после чего послышался звук текущей воды, и вот сухопутная уже с час сидит там. Напевает что-то под нос, пока я тут засыхаю. Несправедливо!

— Какой же это кайф — ванная с пеной, — блаженно протянула Мария, появляясь в комнате, которую называла гостиная.

Отвечать не хотелось, поэтому одарил её говорящим взглядом и снова уставился в окно.

— И что с мордахой? — поинтересовалась девица, пахло от неё, кстати, весьма приятно.

— Мне скучно и физически не очень, — пробубнил я.

— Айрон, — Мария быстро стала серьёзной, — не будь ребёнком. Мы уже всё обсудили. Пока не научишься хотя бы часов двенадцать обходиться без воды, нет смысла и пытаться устроить твою жизнь. У нас даже болезней таких, вроде, нет, чтобы обосновать такую вот зависимость перед людьми. Так что тебе придётся перебороть себя.

Хотелось огрызнуться, сказать что-нибудь едкое,