Между решениями - Вэнди Джинджелл

Я раздражённо вздохнула и собрала свою стопку бумаг, а затем вернулась к Джин Ёну.

— Я хотел бы знать, — сказал он, когда я поставила её на пол между стульями, — я хотел бы знать, почему старик был таким беспечным.

— В смысле, «беспечным»?

— Настолько беспечным, что использовал для поиска информации детектива.

— Туату не знал, что нельзя говорить такие вещи, как «Я твой должник», — сказала я ему. — Думаю, именно так Атилас его и подловил.

Джин Ён издал негромкий звук, который было трудно расшифровать как согласие или несогласие.

— Я согласен. Но дело не в том, почему, а в том, как.

— Без понятия, что тебе сказать, — сказала я. — Может быть, он думал, что Туату — тот, у кого лучший доступ к тому, что он хочет?

— Возможно, — сказал Джин Ён, но его голос звучал неуверенно. Он отложил в сторону несколько листков бумаги, взял другой, затем быстро просмотрел остальные, подбирая и отбрасывая по своему усмотрению. — Этот, этот, нет, ах, вот он! Вот этот, нет, вот этот.

Я уставилась на него.

— Что ты ищешь?

— Я не ищу, я нашёл, — сказал он, протягивая мне небольшую пачку бумаг, которую он нашёл. — Всё так, как я и думал.

— О чём думал? — я забрала у него бумаги, в основном, чтобы он не размахивал ими у меня перед носом, но ни одна из них не имела особого смысла в сочетании друг с другом. — Это всё счета? Я это вижу, что с этим делать?

— Эти цифры совпадают, — сказал он.

— Что это за цифры?

— Что это? Почтовый адрес? Номер тот же, но название другое.

Я слегка моргнула.

— Вот блин. Они тоже одинаковые. Пять не упоминал об этом, когда я разговаривала с ним в прошлый раз.

— Лепрекон знает об этом? — Джин Ён выглядел слегка обиженным. — Раньше меня? Кроме того, если он этого не видел, значит, он слепой. Что такое П.Я.?

— Почтовый ящик, — спросила я, забавляясь. — И я не говорила, что Пять этого не видел; я сказала, что он не упоминал об этом при мне. Похоже, он работает с коллекциями точек данных, которые составляют карту, вместо того чтобы выбирать то или иное. Подожди. Если это номер почтового ящика, то почему все эти счета с разных адресов отправляются в один и тот же почтовый ящик? И почему у всех разные названия?

— Этот человек не хочет, чтобы его знали, — сказал Джин Ён, как будто это было совершенно естественно. — Поэтому они назвались вымышленным именем.

— Да, но почему кто-то оплачивает счета за нескольких других людей?

— Счета?

— Это счета, — сказала я. — Ну, ты знаешь, за электричество, воду и прочее?

— Один из них за этот дом?

— Да, — сказала я, и когда я посмотрела на счёт за воду в моём собственном доме, до меня дошло, что именно было важным в этом счёте. Это был счёт двухлетней давности, что означало, что кто-то платил за мою воду, прекрасно зная, что я здесь. Помедлив, я добавила: — Это счёт за воду в этом месте. Остальные…что ж, это счёт за электричество, блин! — я посмотрела на Джин Ёна широко раскрытыми глазами. — Это счёт за электричество в доме Морганы. Хочешь поспорить, что здесь есть что-то и для дома Ральфа?

— Этот подлый старик, — пробормотал Джин Ён. — Что ему нужно от этой информации?

Я тоже хотела это знать. Мне не нравилась идея снова начать подозревать Атиласа, когда Зеро дал такие веские основания доверять ему, но я также не хотела быть такой слепой, в чём Атилас регулярно обвинял меня.

Тем не менее, попытка выяснить, кто знал о нас троих, человеческих Эрлингах, и активно скрывал нас, — не то же самое, что быть причастным к убийствам. Атилас мог даже подчиняться приказам Зеро, поступая таким образом, и они просто не сказали мне — как обычно. Мы уже знали, что кто-то вроде Вышестоящих был причастен к сокрытию Эрлингов от убийцы, и вполне вероятно, что тот, кто платил за наши электричество и воду, скрывая этот факт, был кем-то из этой группы. Для Атиласа имело смысл искать этого человека.

Я сфотографировала номера почтовых ящиков на нескольких бумагах, стараясь, чтобы имена попали в кадр. Немо Кейнер. Вивьен Нанк. Пока что хватило бы и двух, но, когда мы найдём чувака, я собиралась спросить его, что за шутку он придумал со своими именами.

— Возможно, мне придётся зайти на почту позже, — сказала я, засовывая телефон обратно в карман. — Захвати с собой своё оружие и посмотрим, что мы сможем выяснить.

Джин Ён слегка приподнял нос, выглядя довольным собой, но сказал так, как будто это было очень важное соображение:

— Возможно, я так и сделаю.

Я сумела удержаться от грубого фырканья и спросила его:

— Как ты вообще это увидел?

Все адреса были указаны в разных местах на счетах, и все названия были разными: единственным общим знаменателем был номер почтового ящика и пригород: почтовый ящик 681, Хобарт, 7050.

Он пожал плечами.

— Мне нравятся цифры. Они спокойные. Сейчас я рассмотрю другие вещи — эту. Я хочу понять, о чём эта картина.

— Это полицейский отчёт, — сказала я ему, но всё равно его отдала. Может, у Джин Ёна и не было большого человеческого здравомыслия, но, несмотря на это, было очевидно, что у него была полезная точка зрения. — Удачи в поиске полезных данных по этому вопросу. Я прочитала его вчера вечером: это общий отчёт о росте преступности в районе старой пивоварни примерно за десять лет. Я думаю, что, вероятно, именно тогда Эбигейл переехала в этот район.

Джин Ён тихонько рассмеялся.

— Ах. Тогда преступность не росла, её остановили.

— Да, но я уверена, что они оставили после себя небольшой беспорядок, когда только начинали, — сказала я. — Возможно, стоит предложить им в ближайшее время переехать из этого района. Если кто-нибудь знает, как их найти, просмотрев полицейские отчёты…

— Всё это интересно, — сказал Джин Ён. — Вещи, которые собрал старик, — это те вещи, которые собрал бы кто-нибудь, если бы хотел, чтобы ты была рядом и в безопасности. Он ищет этого человека?

— Да, — серьёзно сказала я. — Вот это-то и не имеет для меня