Развод. Мне теперь можно всё - Софа Ясенева

Глава 15 Лидия

Впервые в жизни собираю с собой еду на работу. Смешно даже. Никогда не было такой необходимости, ни контейнеров, ни этих аккуратно нарезанных яблок, которые теперь занимают половину моей сумки. Раньше всё было проще. С Димой мы обычно ели где придётся: сначала студенческая столовка, дешёвый суп и котлеты, потом, когда дела пошли лучше, позволяли себе кафе, а позже и рестораны. Всё как-то постепенно, естественно.

К хорошему быстро привыкаешь, и начинаешь воспринимать это как должное. Стоит лишиться привычного, и кажется, будто жизнь резко обеднела. Но в моём случае изменения другие. Они не про потерю, а про новые заботы, приятные, хоть и немного страшные.

Как бы ни была шокирована внезапной беременностью, у меня только один вариант — рожать. Дальше уж как получится: буду ли воспитывать ребёнка одна или нет, покажет время. Я всю ночь перебирала разные сценарии, прокручивала их в голове, но к утру пришла к удивительно спокойному выводу: поводов для отчаяния нет.

Да, я хотела отложить это. Да, представляла себе совсем другие обстоятельства. Но если жизнь решила иначе, значит, так нужно. И я постараюсь радоваться тому, что есть. Задумчиво глядя в окно маршрутки, осторожно кладу руку на живот. Интересно, кто там у меня? Мальчик или девочка? Мне бы хотелось дочку. Маленькую копию себя, с косичками и лукавой улыбкой. Хотя, в конце концов, это неважно. Главное, чтобы малыш был здоров.

На работу иду, чувствуя себя совершенно по-другому. Всё кажется непривычным. Коридор корпуса встречает меня привычным гулом голосов, но я ловлю себя на том, что шагаю осторожнее, как будто несу в руках хрустальную вазу. И ещё это чувство… будто все вокруг знают. Глупость, конечно: невозможно, чтобы моя тайна уже выдала себя. Но внутреннее ощущение предательски подсказывает обратное.

— Здравствуйте, Лидия Николаевна! — наперебой здороваются студенты, протискиваясь в аудиторию. Кто-то машет рукой, кто-то кивает. Я улыбаюсь, киваю, но не тороплюсь заходить вместе с ними. Стою в коридоре дольше обычного, задерживаюсь на секунды.

Забавно, насколько степенной я стала, стоило только узнать о своём новом статусе. Ещё вчера бежала на работу вприпрыжку, с кофе в руке. А сегодня — словно взрослее лет на десять. И всё из-за этих двух полосок.

Захожу в аудиторию с улыбкой. Студенты уже расселись, достали тетради, кто-то листает телефон, пока я прохаживаюсь между рядами.

— Итак, сегодня у нас повторение Past Perfect, — бодро начинаю, хотя внутри всё ещё чувствую лёгкое утреннее головокружение. — Повторим правила: действие, которое произошло до другого действия в прошлом.

Беру мел, пишу на доске пример:I had finished my homework before my friend called me.

— Попробуем составить свои предложения. Кто начнёт?

Поднимается рука в третьем ряду. Олег, худой, долговязый, всегда старается.

—She had cooked dinner before her husband came home,— говорит он.

— Отлично, — киваю, делая пометку. — А теперь попробуйте использовать отрицание.

Несколько студентов смущённо переглядываются, но Настя, бойкая девочка с рыжими волосами, уверенно выдает:

—He hadn’t done his project before the deadline passed.

Я улыбаюсь.

— Великолепно, Настя. Видите? Это не так сложно.

Мы тренируемся ещё минут десять, я слушаю, поправляю, делаю лёгкие замечания. Постепенно вхожу в ритм, забываю о том, что внутри у меня — маленькая тайна. На секунды я снова обычный преподаватель.

И тут дверь открывается. На пороге появляется Нина Сергеевна, строгая, вечно спешащая коллега с кафедры. Её вид мгновенно возвращает меня в реальность.

— Лидия Николаевна, — говорит она без лишних предисловий, — вас срочно просят в ректорат. Прямо сейчас.

Аудитория мгновенно наполняется приглушённым шёпотом. Я ощущаю, как сердце ухнуло вниз.

— Хорошо, — киваю, стараясь держать голос ровным. — Продолжайте, пока меня нет: составьте по три предложения с Past Perfect. Проверю позже.

Собираю бумаги, закрываю маркер и выхожу вслед за Ниной Сергеевной. Кажется, даже стены коридора вдруг стали слишком узкими.

Когда мы входим в ректорат, там уже полным ходом собираются наши. За длинным столом и вдоль стен стоят преподаватели кафедры, кто-то шёпотом переговаривается, кто-то нервно листает свои бумаги. Атмосфера странная: все чувствуют, что что-то назревает, но никто толком не понимает что именно.

Я устраиваюсь в углу, стараясь не привлекать к себе внимания. Сердце всё равно стучит слишком громко, будто на экзамене. И тут открывается дверь.

На пороге появляется Толмацкий. Высокий, уверенный в каждом шаге, он проходит к столу, оглядывая всех нас цепким взглядом. На секунду его глаза задерживаются на мне, и я ловлю этот немой сигнал. Внутри всё сжимается. Хотелось бы спрятаться, стать невидимой, но это невозможно.

— Коллеги, — его голос звучит твёрдо, спокойно, но напряжение в комнате возрастает, — завтра у нас проверка из Министерства образования. Будут смотреть всё: от учебных планов до журналов посещаемости и отчётов по нагрузке. Поэтому я прошу вас сегодня задержаться и привести документы в полный порядок.

В аудитории раздаётся недовольный ропот, но тихий, приглушённый. Никто не осмеливается возразить открыто.

— Это важно, — добавляет он, снова окидывая нас взглядом. — Завтра нам нужно показать идеальную работу.

Его слова словно повисают в воздухе, тяжёлым грузом ложатся на плечи каждого.

Я делаю вид, что записываю что-то в блокнот, но на самом деле всё моё внимание приковано к нему. Даже здесь, в окружении коллег, его присутствие действует на меня слишком сильно.

Я сижу, делая вид, что что-то помечаю в тетрадке, но внутри вертится одна мысль: странно. Обычно такие проверки бывают позже — в октябре или даже ближе к зимней сессии. А тут начало сентября. С чего бы вдруг?

Смотрю на коллег — судя по их лицам, у них та же мысль. Кто-то переглядывается, но вслух никто ничего не говорит. Толмацкий всё ещё стоит у стола, наблюдая за нами так, словно считывает каждое движение.

— Коллеги, распределитесь по группам, чтобы работа шла быстрее. Журналы, отчётность, личные дела — всё должно быть под контролем. Если что-то вызывает сомнения, приносите сразу мне.

Гул голосов постепенно заполняет зал: преподаватели начинают делиться заданиями, кто-то нервно листает папки, кто-то достаёт ноутбук. Я уже собираюсь тихо отойти вместе со всеми, но вдруг слышу:

— Лидия Николаевна, задержитесь на минуту.

Он сказал это спокойно, но в комнате сразу повисла тишина, как будто все разом насторожились. Несколько пар глаз обернулись в мою сторону. Я почувствовала, как жар поднимается к щекам.

— Да,