Кавказский брак. Нелюбимая - Элен Блио

Или то, что было потом, когда он привёз меня в дом?

В дом, где жили Рахимат, сестра его матери, Салима, её кузина, двоюродная тётка Османа, еще какие-то тётки, приживалки – меня с ними никто не знакомил, потом уже я узнала имена, Малика, Джума, Фарида…

А еще в доме жили они. Эльмира, та самая невеста, будущая жена, и её тётка Абидат.

На правах кого они жили в доме? Абидат была родственницей, кровной. Троюродной тёткой Османа. А Эльмира была её некровной племянницей.

То есть никакого родства между Эльмирой и моим мужем не было.

Они могли вступить в брак совершенно свободно. Хотя я знала, что у нас браки между двоюродными и троюродными совсем не редкость.

Родство позволяло Абидат и Эльмире жить в доме Османа.

Оно позволяло им чувствовать себя хозяйками.

Родство, и отношение Османа к Эльмире.

Я видела, как она смотрела на него. Как на свою собственность.

На моего мужа!

Нет. Не на моего.

Он не был моим.

Это была просто формальность. Жалкая пародия.

Я была для него объектом мщения.

Почему-то именно мою жизнь он хотел сломать, чтобы отомстить моей давно погибшей матери.

Вернее, не хотел сломать.

Сломал.

Я понимала, что выхода у меня уже нет. Я готова была делать всё, что он скажет.

Готова была даже умереть.

Только не хотелось, чтобы из-за меня пострадали невиновные.

Саид.

Информация о том, что этот паренёк мой брат меня просто уничтожила.

Он ведь жил себе и жил в горах! До него никому не было дела!

Он сам себя сделал. Сам начал учиться, сам получил возможность заниматься тем, что ему было интересно. Научился коммуницировать с людьми, зарабатывать деньги.

Если бы не я и моё дикое, иррациональное желание сбежать…

Саид мог бы дожить у бабушки Нурии до весны, до лета. Накопить достаточно средств и спокойно переехать! Сделал бы себе новые документы. Жил бы свободно.

Что с ним собирался сделать Осман я даже не представляла.

Мне было дико, жутко, страшно.

Я о себе не думала.

Я думала о Саиде.

- Пожалуйста… не трогайте его, он… он не виноват.

Это я говорила Осману, пока он вёз меня в свой дом.

Повторила несколько раз, пока он, наконец, не ударил руками по рулю.

- Хватит! Закрой свой рот. Что тебе Саид? Жалкий калека. О себе подумай! Что будет с тобой!

- Он не калека. Он… он инвалид. И он очень умный. Зря вы думаете, что он…

Я закрыла рот рукой.

Зачем я сказала! Проболталась! Это могло навредить брату.

Какая же я идиотка…

- Умный не потащился бы с тобой шайтан знает куда…

- Это… это я его заставила, я…

- Заставила… Пыталась его соблазнить? – его голос зазвучал как-то странно, чуть более низко, надтреснуто.

Соблазнить… Я даже не думала в принципе, что могу кого-то соблазнить! Вообще не думала о подобном! А уж после того фиаско, которым окончился мой брак…

Мужчина, за которого я вышла, в которого, как дурочка, влюбилась, оказывается просто использовал меня как орудие мести.

Его совсем не интересовала я как женщина.

Совсем.

Это было так… так больно!

Я даже не думала, что будет так.

Осман не то, что не любил меня! Он не считал меня за человека.

Я была ненавистным существом, с которым он хотел поскорее расправиться.

Рассчитаться.

- Шармута, дочь шармуты… - тихо прошептал он, а я похолодела.

- Я… я не шармута.

- Неужели? Ты, замужняя женщина, сбежала с молодым парнем, поселилась с ним в доме какого-то пройдохи. Считаешь, это нормально?

- Нет, не считаю. Но то, что вы со мной сделали… Тоже не нормально.

- Я еще ничего с тобой не сделал, Алия. Всё впереди. Думай о том, что будет с тобой дальше…

- Что будет со мной… не важно. Хуже уже не будет. – ответила я глядя в окно.

Он усмехнулся.

- Ты ошибаешься.

Да, я ошибалась.

Это было еще не самое дно.

Осман привёз меня в дом.

Запер в спальне, поставив бутылку воды.

- Утром тебя разбудит тётя. Ты должна её слушать.

Рахимат разбудила. Пощёчиной.

- Сколько можно дрыхнуть? Вставай.

Я понимала, что сопротивляться бессмысленно. Встала, умылась холодной водой, просто чтобы взбодриться, надела платье, которое лежало на кровати, платок. Выглядела я как старуха, но мне было плевать.

Кого я должна была соблазнять, как сказал Осман?

Его?

Очень смешно. Конечно нет.

Рахимат отправила меня в погреб, разбирать старые банки. Там было очень холодно и сыро.

Не удивительно, что к вечеру у меня поднялась температура. Я еле могла говорить.

Осман зашёл в спальню, посмотрел на меня и вышел.

Я закрыла глаза. Мне было так плохо! И я понимала – никто тут мне не поможет.

Но я ошибалась.

Глава 19

Ошибалась. Лучше бы мне реально никто не помогал!

Осман пришёл сам.

Принёс горячее питьё на травках, полоскание для горла, лекарства.

Заставил сначала прополоскать – это было унизительно перед ним, но он настоял, а спорить у меня не было сил. Потом питьё, порошок от температуры.

Но самым жутким было не это.

Он опустился на кровать рядом со мной и выключил свет.

Я пыталась отодвинуться, но горячая рука обвила талию.

- Лежи смирно.

- Мне жарко…

- Я сказал, лежи…

Я думала, что не усну, мне на самом деле было безумно жарко, я вся стала потная, ужасно себя чувствовала, еще на мне было это платье, которое прилипло к телу. Всхлипнула.

Осман что-то пробормотал, ночник включил, а потом стал стягивать с меня одежду.

- Нет… что вы делаете… нет!

- Уймись и не ори. Оно всё мокрое, тебе надо надеть ночнушку.

Он встал, принёс влажное полотенце.

- Оботрись.

- Отвернитесь.

- Что я там не видел.

Еще одно унижение. Видел он всё. И ему было безразлично.

Я считала себя красивой, видимо, ошибалась. Ему было плевать на мою красоту, на чистоту. На всё.

Ему надо было только боль мне причинить. Зачем он тогда…

- Зачем вы даёте мне лекарство, если мечтаете о моей смерти?

- Ты ошибаешься. О твоей смерти я не мечтаю. У меня на тебя другие планы. Смерть – слишком простой выход для тебя.

О, да, как он был прав.

Голова кружилась, когда я вытирала себя и надевала ночную рубашку.

Легла, снова вся покрывшаяся испариной, и опять его руки на моём теле.