Шанна. Книга 2 - Кэтлин Вудивисс

Ролстон тем временем отдавал слугам распоряжения о том, как поступить с привезенными им вещами.

— Господи! — простонала она, задохнувшись. Ей показалось, будто в горле у нее застрял кусок раскаленного железа.

Когда Джеймс Ролстон вошел в комнату, по щекам Шанны ручьем текли слезы, красные глаза свидетельствовали о долгих часах безудержных рыданий. Она громко шмыгнула носом, поднеся к нему платок. — Мадам? — проговорил, подходя к ней, Ролстон.

— О, это вы, Ролстон. Я не ожидала вас так скоро…

Он сухо ответил:

— Обстоятельства вынуждали меня поторопиться.

— Ах! Если бы вы приехали пораньше…

— Я находился на борту «Маргарет», грузил некоторые дорогие товары, снятые с судна, потерпевшего кораблекрушение. Там меня и застали удивительные новости. Вы приказали капитану Дюпре взять вас на борт. Кроме того, мне стало известно, что за время моего отсутствия вы вышли замуж и уже успели потерять своего мужа. Так ли это, или же француз что-то напутал?

Шанна вытерла слезы и подавила рыдание.

— Именно так все и есть.

— Мадам…

— Мадам Бошан. Рюарк Деверелл Бошан.

Ролстон, откашлявшись, продолжил:

— Мадам Бошан, должен ли я понимать вас так, что за какую-то неделю вы нашли себе мужа после бесплодных поисков в течение целого года?

— Что же в этом невозможного, господин Ролстон?

Шанне становилось все труднее сдерживать раздражение.

— Сударыня, я не сомневаюсь в том, что это было бы возможно с любой другой женщиной.

— Но не со мной, мистер Ролстон? Вы что, считаете, что я не способна полюбить?

— Вовсе нет, сударыня.

Ролстон вспомнил огромное количество джентльменов, которых сам с ней знакомил в надежде выдать ее за одного из них и получить при этом самому какой-то процент ее приданого за такую услугу.

— Просто мне кажется, — продолжал он, — что вы разборчивее многих.

— О, это правда, — надменно ответила Шанна. — И только благодаря этому я смогла сделать столь удачный выбор! И вот по иронии судьбы я так быстро утратила то, что так долго искала. Несчастный случай с каретой, и все было кончено. Увы… мой дорогой Рюарк!

— И вы действительно с ним спа…

Шанна с негодованием вскинула голову.

— Мистер Ролстон, вы хотите меня оскорбить? По-вашему, есть что-то необычное в том, что муж с женой спят вместе в ночь своей свадьбы?

— Простите меня, сударыня.

— Меня раздражает этот допрос. Знайте же, если уж вы проявили такое вульгарное любопытство, что я больше не девушка, и что у меня может родиться ребенок.

С этими словами Шанна отвернулась. Ее обуял страх. Ведь и вправду, она могла забеременеть. Соитие их было коротким, но такая опасность существовала. Она не хотела бы воспитывать ребенка без отца. Она прикидывала в уме, когда сможет окончательно убедиться: да или нет?

Ролстон понял ее поведение по-своему. Это могло повредить его отношениям с Траерном, от которого зависели его доходы, и сожаление, прозвучавшее в голосе Ролстона, вовсе не было притворным.

— Сударыня, я не хотел вас обидеть.

Вновь повернувшись к нему, Шанна увидела за его спиной Эргюс.

Служанка презирала Ролстона. Прожив в семье Траерн почти два десятка лет, она привыкла выражать свое мнение прямо, не утруждая себя подобострастной лестью.

Ее презрение к управляющему распространялось и на тех мужчин, которых Ролстон представлял ее молодой хозяйке. Она была верна Шанне.

— Что, Эргюс? — Шанна была рада прервать разговор.

Служанка подошла к ней.

— Я не хотела вас беспокоить. Но вы велели мне поторопиться. Что делать вот с этим?

В руках у нее были плащ и сюртук, оставленные в карете Рюарком. Ролстон с любопытством наблюдал за происходящим. Шанна воспользовалась случаем и шагнула к служанке, чтобы взять одежду. Она нежно погладила бархат плаща.

— Эти вещи принадлежали Рюарку, — печально прошептала она. — Он был красив, прекрасно сложен, очарователен. Его улыбка была неотразима. — Шанна вернула вещи Эргюс. — Положи в один из моих чемоданов, Эргюс. Я сохраню их как память.

Сама же при этом уже думала о том, как от них избавиться, потому что воспоминания, которые они у нее вызывали, были для нее особенно неприятными.

Лицо Ролстона посуровело.

— Ваш отец задаст мне много вопросов, мадам Бошан, — проговорил он. — И мне придется на них отвечать. Я должен знать место бракосочетания, посмотреть бумаги. Не являться же к Бошанам за сведениями об их родственнике?..

Шанна изобразила раздражение:

— Естественно, сударь. Я полагаю, что отец не поверит мне на слово.

Она подошла к секретеру и достала из него документы, стоившие ей поцелуя и девственности.

— Вот необходимые бумаги!

Ролстон тут же оказался рядом с ней. Взгляд его упал на лист пергамента, забытый на бюро. Он взял его в руки, чтобы рассмотреть то, что там было изображено. Шанна не могла вынести, чтобы этот человек проник в ее тайные мысли, но как раз этим-то он сейчас и занимался. Она вырвала из его рук бумагу и разорвала ее на клочки.

— Сударыня, к чему было рвать этот портрет… вашего покойного мужа, как я полагаю? Ведь он наверняка выполнен с любовью.

Она отвечала с притворной грустью:

— Ах, вы, конечно, правы, но этот образ заставляет меня слишком сильно страдать.

Следующим утром погода по-прежнему была сухой. Ролстон вышел из ландо, тщательно закутавшись в темный плащ. Рукояткой стека он принялся стучать в ворота, пока за ними не послышались шаги.

— Мне нужно поговорить с тюремщиком. Откройте, — приказал он.

В замке железной двери повернулся ключ, она открылась, и Ролстон вошел в тюремный двор. Стражник проводил его к тюремщику.

— Ах, мистер Хикс, — начал Ролстон, — случилось так, что я должен возвратиться на остров раньше, чем рассчитывал. Какой товар вы мне можете предложить?

— Но… — заикаясь, заговорил поднявшийся на ноги толстяк, нервно перебирая похожими на обрубки пальцами. — Но, мистер Ролстон… у меня нет больше ничего, кроме того, что вы уже для себя отобрали.

— Полно, милейший, у вас наверняка несколько человек сидят за долги, а может быть, и пара воров, которым хотелось бы вырваться из этой дыры. Вы знаете, мой хозяин платит хорошо.

Тюремщик в растерянности улыбнулся:

— Сударь, клянусь вам, другого ничего нет.

— Вы же понимаете, те, из последней партии, не протянут и года на плантациях. А рабочая сила требуется постоянно. На Карибах работают даже женщины и дети.