Соблазнительная беглянка - Роксана Дэлейни

— Я прошу прощения. Обычно он не такой. Должно быть, он слишком долго сидел взаперти. Сначала в крошечных квартирках, потом в машине. — Она замолчала и улыбнулась. — Наверное, все дело в открытых пространствах.

Лукас присел у стола.

— Вам нравится в Монтане?

— Да, думаю, я могла бы очень быстро привыкнуть, — призналась Рейчел.

— А Дебра не смогла, — произнес Лукас так тихо, что Рейчел едва расслышала.

Судя по тому, как он опустил голову и стиснул челюсти, слова вырвались у него помимо воли. У Рейчел возникли вопросы. Она сомневалась, что Лукас ответит на них, но попытаться стоило.

Она повернулась к кастрюле, отмокающей на плите, и помешала мыльную воду, словно что-то готовила. Рука дрожала, и потребовалось приложить усилия, чтобы ложка не стучала о края посуды.

— Дебра была вашей женой?

Лукас немного помолчал.

— Да.

Его сжатый ответ не предполагал развития темы. Она подозревала, что что-то связанное с его бывшей женой и их браком сделало Лукаса отчужденным и недоверчивым. Она сочла его черствым, когда впервые встретила, теперь же знает, что он совсем не такой, каким кажется. По поцелую можно судить о его сердечной теплоте…

Рейчел набросила узду на запретные мысли, почувствовав, как жар заливает лицо и постепенно распространяется по телу. Сейчас есть шанс расспросить его, и не стоит отвлекаться.

— Долго вы были женаты?

— Почти пять лет. Будь я умнее…

Признайся, Рейч, подумала она, ты проявляешь не праздное любопытство. Тебе хочется знать о нем все, потому что…

— Послушайте, она оказалась плохой, — продолжал Лукас с явной неохотой, — и когда ушла, забрала все, что смогла.

— Она же получила «Голубую долину».

— Она забрала все, что смогла, — повторил он, — и я не имею в виду деньги.

— Что произошло?

В глазах Лукаса отражалась старая боль. У нее сердце защемило от сочувствия. Он так много сделал для них с Коди. И все же пока она не узнает, что стало причиной…

Ножки стула царапнули пол, когда Лукас резко отодвинулся от стола.

— Ничего такого, о чем стоит переживать.

Но она переживает! Она же видит, как ему больно, и ей больно тоже. Что бы там ни случилось, ей надо знать. Но Рейчел понимала, что не может давить нa него. Она сама не до конца откровенна и не имеет права просить Лукаса сделать то, чего не готова сделать сама.

Когда он ушел, еще молчаливее и мрачнее обычного, Рейчел покачала головой и вздохнула. Она не может позволить себе никаких чувств, чего бы там ни жаждало ее тело. Все, что ей нужно, — сохранить сына. Она не должна думать о Лукасе.

Рейчел проходила через кухню, неся в руках стопку белья, и бросила взгляд на кекс, который она вчера испекла и украсила. Разноцветные кусочки мармелада, найденные в коробке из-под хлопьев, смотрелись неплохо.

Она не видела Лукаса с момента их последнего разговора. Было поздно, когда она поднялась к себе в комнату, а Лукас все еще возился в сарае. Он так и не появился. Рейчел заподозрила, что он избегает ее так же, как и она его.

Когда зазвонил телефон, она, не думая, схватила трубку.

— Рейчел, ты?

Чуть не выронив белье при звуках знакомого, такого долгожданного голоса, Рейчел прислонилась к стене.

— Дженни? Ох, Дженни, слава богу.

Град вопросов посыпался на нее:

— Что ты делаешь в «Голубой долине»? Когда приехала в Монтану? Почему не сообщила, что приедешь?

Рейчел не смогла сдержать смех, который так и бурлил внутри.

— Я и подумать не могла, что тебя не окажется дома.

— Если бы только я знала. — В голосе Дженни звучало сожаление. — Наша безумная затея была экспромтом. Мы вдруг решили, что должны уехать.

Рейчел запаниковала.

— Так вы не дома?

Пришла очередь Дженни рассмеяться.

— Разумеется, дома. Я только что вошла и обнаружила сообщение Лукаса на автоответчике. — Она помолчала. — Что-то стряслось, Рейч? С Коди все в порядке?

— С Коди все отлично. — Рейчел замялась. Она не делилась с подругой проблемами, касающимися родителей Стивена. Дженни знала, конечно, что в их семье что-то не так, но Рейчел никогда не вдавалась в подробности. — Надеюсь, у тебя есть лишняя спальня.

— Конечно, есть, — заверила Дженни, — живи сколько хочешь. Дом у нас почти такой же большой, как у Лукаса. — Последовала еще одна короткая пауза. — Как он там, прилично себя ведет?

— Он настоящий джентльмен.

А сама вспомнила, как он целовал ее. Его рот на ее губах… Рейчел почувствовала, как ноги вновь стали ватными. Хорошо хоть Дженни ее не видит.

— Он не слишком грозно рычал и не откусил тебе голову? — поинтересовалась Дженни со смешком.

— Нет, он… очень добр. — Рейчел сомневалась, что нашла подходящее слово, но не хотела заострять внимание на данном предмете. Она никому не расскажет о том, что произошло между ними. Даже Дженни.

— Когда у тебя будет время? — спросила она, меняя тему. — Я могу приехать, если Лукас…

— Мне страсть как хочется тебя увидеть! У меня есть время прямо сейчас, — затараторила подруга. — Но даже и не думай ехать. Я буду там через…

Рейчел услышала в трубке приглушенный разговор и улыбнулась. Она уже и забыла, что значит необходимость советоваться с кем-то по поводу своих планов.

— Пит как раз собирается в «Голубую долину» повидаться с Лукасом, — объяснила Дженни. — Я быстренько переоденусь, и минут через двадцать мы приедем.

— Двадцать, — повторила Рейчел. Ей тоже нужно время, чтобы переодеться во что-то более приличное.

Смех Дженни зазвенел в трубке.

— Ой, не могу дождаться, когда увижу тебя. Если получится, приедем быстрее. Оставайся там, где ты есть.

— Я тоже не могу дождаться.

Положив трубку, Рейчел некоторое время стояла неподвижно. Много лет они с Дженни переписывались и часто болтали по телефону, но возможности увидеться им не представлялось. Улыбка на ее лице медленно расплылась. Дженни. Наконец-то она увидит Дженни!

Через двадцать минут, приняв душ и переодевшись, Рейчел в последний раз провела расческой по волосам. Услышав звук подъезжающей к ранчо машины, она бросила расческу на трюмо и побежала вниз по лестнице. Она не испытывала такой головокружительной радости с детства.

Пронесясь через кухню, она без куртки выскочила во двор и резко остановилась, внезапно оробев перед высокой блондинкой, выбирающейся из красного «пикапа».

— Рейчел! — Дженни бросилась к ней, и робость Рейчел в тот же миг испарилась. Она порывисто обняла старую подругу, и на нее вдруг снизошло ощущение покоя, которого она не знала с тех пор, как умерла мама. — Дай-ка мне посмотреть на тебя, — выдохнула Дженни, делая шаг назад и сжимая ладони Рейчел в своих. — А ты совсем не изменилась, только выросла. А какая красавица! — Она оглянулась. — Правда же, она красавица. Пит?