Соблазнительная беглянка - Роксана Дэлейни

Решив во что бы то ни стало отыскать Коди, Лукас сбежал с крыльца и направился к Харли, который ждал во дворе с лошадьми. Хотя на улице довольно холодно, он все же больше волновался за Рейчел, чем за мальчика. И за себя. Он не должен был так к ним привязываться. Рано или поздно они все равно уедут.

— Пит собирается осмотреть восточное пастбище, — сообщил Харли.

Лукас взял поводья и вскочил на лошадь.

— Ты можешь проверить западное, а я поеду по дороге. Может, он решил прогуляться.

В глубине души Лукас не сомневался, что Коди где-то недалеко. Он научился понимать мальчика. И Рейчел тоже. Он знал, каково сейчас Коди. Мальчику нужно немного побыть одному. Хотя Лукас и имел лучшую в мире мать, он понимал, что значит расти без отца. Иногда мама должна давать ребенку чуть больше свободы.

Не обнаружив Коди, Лукас повернул обратно и пришпорил лошадь. Въехав во двор ранчо, он остановился у сарая и спешился. Лукас поставил коня в стойло и прошел в заднюю часть конюшни, где хранилось снаряжение. Коди там не было.

Дальше находилась маленькая кладовка, где он держал старое оборудование и вещи, которыми они с Харли пользовались в детстве.

Лукас затаил дыхание и приложил ухо к закрытой двери кладовой. Изнутри не доносилось ни звука. Как можно осторожнее он приподнял железную задвижку, вытащил ее из паза и распахнул дверь. Подождав, пока глаза привыкнут к темноте, он мягко позвал:

— Выходи, Коди.

Из угла послышалось тихое шуршание.

— Коди, твоя мама волнуется. Давай-ка поговорим немножко, а потом пойдем в дом. Она будет очень рада увидеть, что с тобой все хорошо.

— Не хочу я туда идти.

Лукас улыбнулся. Упрямство — явно семейная черта.

— Мама боится, что с тобой что-то случилось. Что она может никогда больше тебя не увидеть.

— Она хочет, чтобы я ехал с ней к Дженни, а я не хочу. Мне лучше здесь, с тобой. — Коди медленно выполз из-за ящика в углу. — Можно, Лукас? Можно мне остаться в «Голубой долине»?

Лукас молчал. Как бы сильно ни привязался он к мальчику, не его дело говорить «да» или «нет». Но умоляющие нотки в голосе ребенка перевернули все у него в груди.

— Твоя мама любит тебя, Коди. Ты нужен ей.

Когда Коди зашмыгал носом, Лукас, не раздумывая, притянул мальчика к себе. Коди затих.

— Я мог бы помогать тебе. Я становлюсь больше. И умею хорошо ездить верхом, ты сам сказал.

Лукас усмехнулся.

— Пит, пожалуй, больше нуждается в помощи шестилетнего силача и великана. Но, может быть, мы что-нибудь придумаем. Только если ты поедешь с мамой, когда она сочтет это необходимым. Ну, что скажешь? Уговор?

Лукас уже привык к темноте и увидел, как Коди задумчиво сдвинул брови и сосредоточенно опустил уголки рта, столь похожего на рот Рейчел. Потом лицо его разгладилось. Он кивнул.

— Ладно. Уговор. А ты поговоришь с мамой?

— Само собой, — пообещал Лукас, беря маленькую детскую ладошку в свою.

По дороге к дому Коди подергал Лукаса за руку и заглянул ему в лицо.

— Я люблю тебя, Лукас.

От нахлынувших эмоций сдавило горло, и Лукас с трудом ответил:

— Я тоже люблю тебя, Коди.

— Коди! О, мой малыш! — Рейчел опустилась на колени, обняла сына и покрыла его лицо поцелуями.

— Слава богу, с тобой все в порядке. Где ты был? Я так беспокоилась.

— Со мной все хорошо, мам. Просто я сидел в сарае. Я… — Коди посмотрел на Лукаса.

— Ему просто нужно было немного побыть одному, — вмешался Лукас, когда она перевела на него вопросительный взгляд. — Нам нужно поговорить, Рейчел, — добавил он тихо.

Рядом появилась Дженни и мягко высвободила Коди из рук матери.

— Давай-ка снимем пальто и помоем руки перед ужином, — предложила она.

Рейчел встала и, выдавив слабую улыбку, сказала:

— Спасибо, Лукас.

Лукас кивнул, но не сдвинулся с места. Рейчел не знала, что делать. У нее кружилась голова. Не хотелось рухнуть в обморок перед Лукасом и Дженни.

— Пойду соберу последние вещи, — оповестила она их, проходя через кухню. — Когда поешь, Коди, мы поедем к Дженни.

— Но я не хочу у нее жить!

Рейчел ошарашено посмотрела на него.

— Коди!

Он опустил голову и поглядел из-под ресниц на Дженни.

— Извините.

Дженни взъерошила волосы мальчика и улыбнулась.

— Ничего, я понимаю.

Бросив быстрый взгляд на Лукаса, который хмуро смотрел на нее, Рейчел направилась к лестнице.

Она прерывисто вздохнула. Случилось то, чего она боялась. Коди очень понравилось в «Голубой долине». А какому шестилетнему мальчику не понравилось бы, имея перед глазами Лукаса в качестве героя? Но со временем он полюбит и Пита. Они должны уехать от Лукаса, который, с каждым днем значит для них все больше.

Рейчел сложила последние джинсы сына и услышала стук в дверь.

Знакомая волна жара окатила ее при виде Лукаса, о котором она только что думала.

— Я обещал Коди поговорить с вами, — поведал он с серьезным видом.

Рейчел заметила, что у нее дрожат руки. Спрятав их за спину, она отошла от него.

— О чем?

Переминаясь с ноги на ногу, Лукас старательно отводил глаза.

— Дело в том… в общем, я подумал, может, было бы лучше для него, если бы вы оба пожили здесь еще несколько дней.

— Нет, — выпалила Рейчел автоматически.

Разве не думала она только что о немедленном отъезде из «Голубой долины», подальше от Лукаса, пока он окончательно не забрал ее сердце?

— Выслушайте меня, Рейчел. Вы признались, что постоянно переезжали, убегая от родителей мужа. Коди только начал привыкать к одному месту, а вы опять тащите его на новое.

Рейчел не понравились его слова. Что значит: она «тащит»?

— Мы уезжаем только потому, что…

— Я понимаю, — прервал ее Лукас. — Вы, вероятно, чувствуете, что надо уезжать.

— Если бы я не осторожничала, Коди бы сейчас со мной не было.

— Вполне возможно. Но вы же видите, что мальчик хочет остаться.

— Коди придется понять, что не всегда можно иметь или делать то, что хочется.

Выражение лица Лукаса смягчилось.

— Вы говорите как мать.

— Я и есть мать.

— И притом замечательная. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь вам.

Она и не знала, что Лукас может быть таким милым и убедительным. Он находил именно те слова, которые могли остановить ее. Но она не должна поддаваться.