Я тебе верю - Вера и Марина Воробей

Некоторое время в салоне автомобиля был слышен только негромкий гул работающего двигателя. Мама Луизы молчала, осмысливая только что услышанное. Потом она произнесла:

– Интересно было бы узнать, ради кого моя дочь заварила всю эту кашу…

Егор Петрович ответил ей:

– Ну, возможно, если вы не разругаетесь с ней вдрызг сразу же после встречи, она вам об этом расскажет…

…Чтобы как-то отвлечься от тревожных мыслей, Лу решила что-нибудь приготовить себе на обед. «Пусть это будет суп!» – решила девочка. Она поставила на электроплитку алюминиевую кастрюльку, плеснула в нее колодезной воды из ведерка. Почистила две картошины. И отправилась в сад: она решила сварить щи из молодой крапивы – блюдо, рецепт которого она читала когда-то в журнале. Конечно, Лу не помнила этот рецепт в точности, но это было и необязательно: в таком деле, как готовка, она обычно полагалась на вдохновение.

Молодую крапиву Лу нашла в саду, рядом с покосившимся забором, за которым гуляли куры и петух. В саду старые яблони раскачивали ветками, усыпанными мелким розоватым цветом. Было солнечно и тихо, только где-то в деревне лениво брехала собака. Лу подумала вдруг: «Скорее бы закончилась вся эта история!.. Ну почему же не звонит Черепашка? Ну почему?» Лу уже очень хотелось в Москву. Но останавливаться на полпути в ее планы не входило. Не только в этот раз, но и вообще никогда.

Нарвав молодой крапивы, девочка отправилась в дом. Вода в кастрюле уже закипала. Лу бросила в нее бульонный кубик, нарезала картошку. Измельчила ножом крапиву. И тут ожил мобильный телефон, лежавший рядом на столе. Лу, вздрогнув от неожиданности, торопливо схватила трубку:

– Да, слушаю!

Трубка помолчала несколько секунд, потом спросила голосом Люси Черепахиной:

– Алле! Ты?

– Да, да, я! – Лу почти кричала. – Привет, Черепашка!

– Привет, Лу… – Голос подруги был каким-то тусклым.

– Ну что ты молчишь? – Лу принялась нетерпеливо расхаживать взад-вперед по скрипучему полу. – Что там происходит у вас?

В трубке стояла тишина. Потом Черепашка произнесла тем же потухшим голосом фразу, которая выглядела бы более уместно в финале какого-нибудь телевизионного боевика:

– Лу, все кончено!

– Что? Что кончено? – не поняла Лу. – Да скажи ты яснее!

– Все кончено! – Черепашка заговорила громче. – Лу, сегодня в школу приходил мужик из милиции…

– Откуда?! – Лу рухнула на стул.

– Я говорю – из милиции! Твоя мама вызвала милицию, понимаешь? И этот мужик тебя вычислил!

– Как – вычислил?.. – Лу никак не могла осознать всю глубину своего поражения.

– Короче, он понял, что похищение – фальшивое! И мне пришлось все ему рассказать …

– Ты все рассказала?! – Лу не могла поверить. – И про меня, и про Костю?!

– Нет, про Костю я не говорила! Я сказала, что ты хотела выручить кого-то, попавшего в беду. Он спрашивал, о ком идет речь, но я сказала, что понятия не имею!

– Ясно… – только и смогла выговорить Лу. Идиотизм ее затеи вдруг предстал перед ней во всей своей убийственной очевидности. – И что же мне делать теперь? А, Че?

– Лу, я не знаю… Наверное, тебе лучше немедленно вернуться в Москву…

Теперь надолго замолчала Лу. И только после того как Черепашка несколько раз повторила: «Лу, что с тобой? Лу, ну не молчи же!» – только после этого Лу смогла выговорить: – Да, ты права, наверное… Я сегодня же выезжаю в Москву, – и закончила на этом разговор.

Она швырнула телефонную трубку на стол – и разрыдалась точно так же, как накануне рыдала ее мама….

Капитан Скобцев и Наталья Романовна добрались до деревни Засеки поздним вечером. Заглушив двигатель на краю деревни, Егор Петрович произнес, обращаясь к своей спутнице:

– Подождите в машине. Я попробую узнать, где находится нужный нам дом.

Он появился минут через двадцать, когда Наталья Романовна, обеспокоенная долгим отсутствием капитана, уже собиралась выйти из машины и отправиться на его поиски. Ни слова не говоря, Скобцев сел за руль. Автомобиль тронулся с места, развернулся и двинулся по проселку в направлении Москвы.

– Что случилось? Почему мы возвращаемся? – с беспокойством поинтересовалась мама Лу.

– Да, видите ли… – Капитан выглядел расстроенным. – Похоже, что мы ехали зря…

– Почему? – испуганно спросила Наталья Романовна. – Да говорите же, не тяните! Что, произошла ошибка? Луизы здесь нет?

– Да успокойтесь вы, никакой ошибки не произошло… – Лицо капитана выражало досаду. – Я встретил женщину, продавщицу из местного магазинчика. И она сообщила, что Луиза приехала в деревню вместе с Володей Надыкто вечером в пятницу. И была здесь вплоть до сегодняшнего дня…

– До сегодняшнего? – растерянно спросила Наталья Романовна. – А что же случилось сегодня?

– А сегодня эта женщина, Анна Ивановна, встретила вашу дочь, когда та с рюкзаком шла на рейсовый автобус. Луиза объяснила ей, что ее планы изменились и что ей необходимо срочно вернуться в Москву.

– Значит, она все-таки решила вернуться… – произнесла Наталья Романовна. – Но почему?

Автомобиль медленно двигался по темной дороге, и капитан пристально вглядывался в выхваченные светом фар детали окружающего пейзажа.

– Я думаю, – произнес он наконец, – ей каким-то образом стало известно, что план с мнимым похищением провалился. Видно, эта Люся Черепахина многого мне не сказала. У них наверняка был какой-то способ связи в случае необходимости, и Люся сразу после нашего разговора сообщила обо всем Луизе…

После непродолжительной паузы Наталья Романовна внезапно попросила:

– Вы не могли бы остановить машину?

– Зачем? – удивился Егор Петрович.

– Ну я вас прошу! Остановитесь буквально на одну минуту!

– Пожалуйста…

Машина вильнула к обочине и встала.

– А теперь давайте меняться местами! А то вы уже сколько часов за рулем! – Видя, что капитан хочет что-то возразить, Наталья Романовна добавила: – И, пожалуйста, не спорьте! В конце концов, это моя машина…

Скобцев пожал плечами и чуть заметно улыбнулся – впервые за все время общения с мамой Луизы:

– Ну, если вы настаиваете…

…В Москву они приехали уже глубокой ночью. И первое, что заметила Наталья Романовна, второпях припарковавшись неподалеку от своего подъезда, – что окна ее квартиры ярко освещены. Это означало, что Луиза уже приехала домой.

– Вы не можете вылезать побыстрее? – прикрикнула она на капитана.

Он сладко спал на переднем сиденье и теперь, проснувшись, с трудом пытался сообразить, где он, собственно, находится. Окончательно придя в себя, он прокашлялся, молча выбрался из салона и зашагал к подъезду.