Варрэн-Лин: Узы Стаи - Юна Ариманта

тихо проговорила Кори. — Я знала, что меня не поймут и осудят. Но, когда я увидела тебя, Тирсвада и твоего мужчину из черного племени, сердце мое зашлось от тоски. Я подумала о том, что все могло бы сложиться иначе. Что мы могли бы уйти на Голую Скалу, или попросить убежища в сером племени. Я слышала, что они терпимо относятся к цвету шерсти. Но мне тогда не хватило решимости. Я думала, что у меня нет выбора, а на самом деле он был. И я его сделала.

— Почему ты не могла привести его сюда? — спросила Динка.

— Видишь ли, деточка, — вздохнула Кори. — В нашем племени очень трепетно относятся к чистоте крови. Ведь все белые — прямые потомки Варра, чем мы очень гордимся.

— Я слышала, что все варрэны прямые потомки Варра, — нахмурилась Динка.

Кори с улыбкой покачала головой.

— На самом деле, Варр является предком лишь белого племени, но за сотни шегардов его имя обросло легендами, и другие племена тоже стали верить в то, что Варр является их прародителем. Слушай же, как все было на самом деле.

Динка придвинулась к Кори поближе и приготовилась слушать. Белая мама рассказывала так красочно, что Динке удавалось отвлечься от своих страхов и тревог. Лучше уж было слушать о далеких временах, чем сидеть, как на иголках, и ждать известий.

— Давным-давно, когда мир наш был совсем другим, — начала Кори, — а варрэны могли по своему желанию менять облик, не было разделения на племена, и все варрэны жили одной большой дружной разноцветной семьей. Но у нашего народа был сильный и жестокий враг, вознамерившийся стереть с лица земли всех варрэнов и саму память о них. А среди нас был великий воин, обладавший огромным резервом силы, сравнимым с резервом Варрэн-Лин. Его имя было Варриман.

— Варр-иман? — перебила ее Динка, потрясенно. — В-арриман, Вар-риман, Варр-иман…

— Да, его так назвали при рождении. А позже друзья и близкие звали его просто Варр, — подтвердила Кори, не заметив ее удивления. — У себя в племени мы часто сокращаем длинные имена, чтобы проще было общаться.

— И когда, повинуясь силам врага, земля вышла из-под лап и вспучилась огромной волной, чтобы накрыть территорию варрэнов и навсегда похоронить их под собой, Варриман вышел навстречу врагу и выпустил на свободу свою внутреннюю силу. Земля и огонь столкнулись в страшном противоборстве. Земля смыкалась над головами, но Варр держал ее своим огнем, не давая опуститься и раздавить свой народ. Ведь за его спиной стояли его родные, друзья, соплеменники.

— Десять решегов длилось противоборство земли и огня. И закончилось ничьей. Огонь оплавил нависшую над домом варрэнов землю, превратив ее в прочный щит, сквозь который не могла проникнуть сила врага. Он защитил своих близких и родных. Но какой ценой! Истратив весь свой резерв, Варр потерял способность к управлению силой. Во время боя его тело обгорело до самых костей, и он чудом остался жив. Соплеменники долго выхаживали его, и когда кожа восстановилась, то стало понятно, что своим огнем он выжег из своего тела все цвета. Отросшая шерсть на его теле была белоснежной, а глаза стали алыми, в память об огне, остановившем землю.

Кори перевела дух, поглядывая на притихшую Динку и подползшую поближе Лири.

— После этого наш дом стали называть миром Варра, в благодарность за то, что он не позволил уничтожить наш род. А сам Варр ушел от соплеменников и стал жить отшельником. Он много путешествовал по миру, изучал пещеры в разных концах нашей земли. Многие Варрэн-Лин искали его внимания, и те из них, кому посчастливилось провести с ним время, потом рожали таких же белоснежных щенков с красными глазами. Выросшие потомки Варра объединились и создали свое племя. Мы, белые, очень бережно относимся к своему прошлому, и каждый из нас может на одном дыхании перечислить всех своих предков до самого Варра, от которого мы произошли, — закончила Кори свой рассказ.

— А потом? — нетерпеливо спросила Динка. — Что было потом?

— Потом? — несколько удивленно переспросила Кори. — Он прожил долгую жизнь и оставил много потомков. В той горной гряде, где мы живем, сохранилась даже пещера, в которой он жил. После того памятного боя, он был немного странным. Все время что-то бормотал, стены его пещеры изрисованы причудливыми фигурами и, говорят, что раз в шегард пол в его пещере начинает светиться тем же фиолетовым светом, что и Ущелье. Но я думаю, что это просто выдумки тех, у кого слишком бурная фантазия.

Теперь уже Динка вскочила с места и заметалась по пещере. Дом Варра, со светящимся фиолетовым светом полом и рисунками на стенах! Хоегард непременно должен об этом узнать!

Но тут ее размышления были прерваны ворвавшимся в пещеру Руграстом.

— Быстро собираемся и уходим! — велел он, обведя свое семейство алым взглядом.

— Что там? — испуганно спросила Кори, вскакивая на лапы.

— Со стороны равнины наши обезумевшие воины и полчища руогов, со стороны Ущелья справа армия Красных, а слева армия Черных. Нас взяли в клещи. Еще чуть-чуть и нам не вырваться. Надо уходить прямо сейчас!

— Дайм остановит Черных, а Райост… Может с ним можно договориться? — взволнованно вставила Динка. Но Руграст посмотрел на нее так, что внутри у Динки все похолодело от дурного предчувствия.

— Ты, девочка, уходишь с нами. Твои мужчины велели мне беречь тебя, — произнес он, и отвернулся.

Рык Вожака

Тирсвад бок о бок с Даймом выбежал из родительской пещеры и еще раз оглядел родную долину. От увиденного сердце обливалось кровью.

Долина выглядела покинутой. Каналы, отводящие от реки воду к пещерам, иссякли и заросли колючей красной травой. Черные провалы пещер смотрели в сторону Ущелья, как пустые глазницы обглоданного руогами черепа. Армия серых укрывала склоны горной гряды непрерывно шевелящимся ковром, готовясь к обороне долины от ее же хозяев — белых варрэнов. Слабый ветер доносил издалека командный рык Гуртуга, которым он сопровождал свои приказы.

Где его сильное, прежде непобедимое, племя? Несмотря на слабую природную защиту, белые никогда не пускали чужаков в святая святых своей долины. Ведь здесь находилась главная реликвия племени — дом, некогда принадлежавший их могучему предку.

— Пещера Вожака? — Дайм вопросительно глянул на Зинэйла, так как он был старшим белым самцом. Тот понятливо кивнул и рванул