Все радости - завтра - Бертрис Смолл

— Ваша преданность королеве, лорд. Она неизменна. Сесил кивнул:

— Вы правы, Скай О'Малли. Никогда моя преданность Елизавете Тюдор не изменится и не уменьшится. Теперь же, мадам, я верну вас вашему любящему мужу. Благодарю вас за танец. Действительно, прошло много времени с тех пор, как я в последний раз позволил себе такую вольность.

С галантным поклоном он передал ее Адаму и направился к королеве.

Адам радостно улыбнулся.

— Теперь вам обоим будут завидовать и обоих будут бояться до конца вашего пребывания при дворе, — заметил он.

Скай улыбнулась в ответ:

— Тут мало людей, которых я могла бы назвать Друзьями.

— Тогда ты должна быть довольна, что теперь нам не обязательно являться ко двору.

— Да, я довольна. Мне хочется, чтобы по крайней мере у одного моего ребенка был надежный дом и оба родителя. — Она вздохнула. — Дом. Интересно, каков он, Адам? Действительно ли центральная Англия красива, или же королева просто наказывает нас?

— Я лишь однажды был в центре Англии, Скай, и думаю, что это действительно прекрасная страна, там зеленые пологие холмы и красивые долины. Наверное, это самое спокойное место в Англии. Подозреваю, что королева по-своему была добра к нам.

Скай вспомнила эти слова через три недели, когда ясным морозным днем, в середине января, они подъехали верхом к своему новому дому. На голубом, без единого облачка небе ярко сияло солнце. Природа мирно наслаждалась нестойким теплом зимнего полудня. Над ними, перекликаясь, пролетела стайка голубей.

Молверн, подобно прекрасному драгоценному камню, покоился в оправе небольшой долины в Молвернских холмах, между Северном и его притоком Уай. Усадьба была построена в форме буквы «Е» примерно сто лет назад, в правление Эдварда IV. Это был королевский подарок жене, Элизабет Вудвилл, отсюда он и получил название — Королевский Молверн. Все эти годы он оставался во владении короны, а теперь в качестве временного дара был передан чете де Мариско. Он был построен из розоватого кирпича, кое-где по стенам карабкался плющ. Дом спокойно поджидал новых владельцев.

Съезжая с холма, Скай почувствовала это ожидание, разлитое в окружающем дом воздухе, и подумала: «Мы похожи с этим домом. Мы нужны друг другу». Ей внезапно пришло в голову, что в этом доме еще никто по-настоящему не жил: предыдущие владельцы просто останавливались по дороге в этой королевской резиденции, если оказывались поблизости. Однако, подъехав поближе и окинув его оценивающим хозяйским глазом, Скай поняла, что дом поддерживался в хорошем состоянии. Стекла ромбовидных окон были грязны, но целы.

Когда они подъехали к главному входу, дверь распахнулась, и из нее показался какой-то человечек.

— Не вы ли лорд де Мариско? — учтиво спросил он.

— Да, я — Адам де Мариско, — последовал ответ.

— Я — Питер, управляющий, милорд. Добро пожаловать в Королевский Молверн. Дом в неплохом состоянии, хотя мебели, посуды и прочих принадлежностей немного — королевские особы обычно возят все с собой. Но в деревне есть хороший краснодеревщик, так что вы можете обратиться к нему.

Адам добродушно ответил:

— Мы оставили семью и вещи в Ворчестере и приехали просто посмотреть на дом, Питер. Хотя вещей у нас достаточно, думаю, моя жена найдет, чем занять краснодеревщика.

Питер одобрительно наклонил голову:

— Тогда я пойду домой, милорд. Мы с женой живем в небольшом доме на окраине имения, и, если вам что-нибудь понадобится, мы к вашим услугам.

— Нам нужно нанять слуг, — сказала Скай. — Передайте в деревне, что каждый, кто хочет получить работу, может завтра утром прийти сюда.

— Хорошо, миледи! В деревне немало людей будут счастливы услышать эту новость. — Он снова поклонился и исчез за углом.

Адам слез с лошади и привязал ее к ближайшему кусту, а потом помог спуститься Скай и привязал ее лошадь. Несколько долгих минут они стояли рядом, рассматривая дом, и каждый думал о своем. Адам, как ни любил Ланди, не мог не признаться себе, что этот дом гораздо уютнее и удобнее для его жены и ребенка. Он ему нравился.

Скай же думала, глядя на дом: «Это первый дом, принадлежащий мне и Адаму. Ланди и Бель-Флер принадлежат ему, Гринвуд — мой, Плимут принадлежит Робби. Но этот дом — наш, и я теперь свободна от обязательств перед О'Малли». Она улыбнулась, вспомнив, как королева решила все за нее. Скай колебалась, не зная, на ком остановить выбор. Перед отъездом из Лондона Елизавета Тюдор предложила ей назначить главой О'Малли Майкла.

— Но он священник, — возразила Скай, — и я подозреваю, он стал им именно для того, чтобы избегнуть ответственности за клан.

— Тогда он был ребенком, — ответила королева, — а теперь, насколько я правильно поняла сообщение испанского посла, папа намерен назначить вашего брата епископом взамен того старого негодяя, вашего покойного дяди. Церковь не назначает на высокие посты людей, избегающих ответственности, мадам. И если папа столь высоко ценит вашего брата, почему же мы должны пренебрегать им? Как я заключила из слов мистера Конна, никто из других ваших братьев не может занять этот пост. Пусть епископ управляет кланом, а потом, когда страсти утихнут, назначит своим преемником кого-либо из племянников. Он не обязан назначать старшего, так что они все будут соревноваться за это место.

— Я думала, что именно Конн может занять его.

— Ха! — весело воскликнула королева, и в ее глазах появился озорной блеск. — Конн О'Малли, мадам, весьма амбициозный молодой человек, и он решил искать счастье здесь, в Англии. Скоро я назначу его в мою гвардию. Там всегда найдется место красивому молодому человеку.

Скай была поражена.

— Конн? — Она раскрыла рот. — Ваш гвардеец?

— Да, — ответила Елизавета. — Он, конечно, плут, мадам, но, насколько мне удалось выяснить, у него доброе сердце. Подумайте сами, мадам. Ваш брат. Что ему делать в Ирландии? Он не только младший сын, но и вообще самый младший. Его не ждут ни земли, ни деньги. Ему самому нужно решать свою судьбу, а где же лучше всего заняться этим, как не на службе у меня?

Скай вынуждена была согласиться с правотой королевы, а поговорив с братом, она окончательно решила назначить главой клана Майкла. Королева ясно дала понять, что она не желает, чтобы у Скай и дальше оставалась власть, которую она может обратить против Англии.

— Я не возражаю против ваших торговых развлечений, мадам, я больше не желаю одновременно давать вам убежище и ожидать нападения судов О'Малли.

В свое время Скай возмутилась бы таким решением, но не теперь — она была счастлива с Адамом и детьми, ей наконец захотелось покоя. Она написала братьям в Ирландию, что решила передать бразды правления Майклу. В письме Майклу и Анне она объяснила, почему она поступила именно так. Трем же младшим братьям она просто сообщила, что им придется потратить много времени, восстанавливая богатство О'Малли, и им будет не до управления кланом. С письмами она отправила и каперские свидетельства для братьев.