Встречай меня в полночь - Сюзанна Энок

Маркиз мерил шагами свою спальню, каждый раз останавливаясь перед дверью в гардеробную, а затем опять возобновляя движение. Он будет идиотом, если войдет в ее комнату, — она сама должна попросить его об этом.

Итак, эта соплячка оспаривает его любовь к Англии, кокетливая и избалованная лондонская красотка ставит под сомнение его преданность. Конечно, это было бы занятно: создать у всех — тем более у Бонапарта — впечатление, что он слишком занят собой, чтобы думать о политике, и будет заниматься чем угодно, лишь бы это забавляло и приносило ему пользу. Эти самые качества, возможно, дадут ему свободу действий в Лондоне, чтобы найти убийцу Томаса.

Часы пробили два; проклиная свою забывчивость, маркиз схватил накидку и проскользнул в темный холл, затем поспешно спустился вниз и тихо вошел в кабинет на первом этаже. В темноте ему хватило секунды, чтобы снять крючок и распахнуть окно.

Перешагнув через оконный проем, Синклер оказался на земле и, прячась в глубокой тени дома, добрался до конюшни.

— Бейтс, — прошептал он.

— Самое время, — ответил за его спиной более низкий и гортанный голос.

Он развернулся, в мгновение ока вытащил из кармана пистолет и прицелился.

— О Боже!

— Не двигайся! — приказал Синклер.

— Где уж там, с этой «пушкой», направленной на меня. Побойся Бога, Син, это была всего-навсего шутка.

Маркиз медленно опустил пистолет, затем положил его обратно в карман.

— Право, Уолли, мертвые наемные убийцы не представляют никакого интереса.

— Я говорил тебе, — произнес Бейтс, выходя из-за угла дома вместе с высоким мускулистым человеком, — это не смешно.

Уолли провел рукой по своим уже начинающим выпадать светлым волосам.

— Если бы ты не опоздал, у меня не было бы времени шутить.

Синклер кивнул:

— Я потерял счет времени.

— Чего и следовало ожидать. — Бейтс улыбнулся, и его зубы блеснули при свете луны. — Ведь это твоя свадебная ночь, и все такое.

— Я удивляюсь, как ты вообще решился покинуть теплую мягкую постель, — продолжил Уолли.

Так как у него не было намерения сообщать им подробности первой брачной ночи, Синклер просто пожал плечами.

Рыжеволосый великан, который сопровождал Бейтса, выступил вперед.

— Предполагаемый свидетель, за которым мы следовали, оказался старым, испитым сквайром, у которого ума не больше, чем на пенс.

Мягкий шотландский акцент не сделал новость более приятной.

— Совсем ничего?

— Да. Я предлагал деньги за информацию, но не думаю, что он отличит твоего брата от принца Джорджа.

— Все же мы должны были попытаться.

Уолли покачал головой.

— Если бы дело было в деньгах, кто-нибудь выдал бы негодяя еще два года назад.

— Я знаю. Мы собираемся вести это дело по старинке и не можем исключить никого из подозреваемых без доказательств противного.

— Но это займет массу времени.

Синклер взглянул на Бейтса.

— Ты не обязан помогать мне.

Молодой человек хмыкнул.

— Не начинай снова молоть чепуху.

— У нас две крайности, из которых можно выбирать, — медленно произнес маркиз — Ни один из прислуживающих в тот вечер ие видел и не слышал чего-то особенного. Итак, речь идет либо о постороннем, который проник в этот огромный дом и умудрился найти и убить Томаса, не встретив никого на своем пути, либо мы имеем дело с кем-то, достаточно знакомым с домом и его обитателями, чтобы сделать свое грязное дело и незаметно ускользнуть.

— Причем ему помогла гроза, разразившаяся в ту ночь. Мне кажется, что возможны обе версии, — размышлял вслух Бейтс.

— Мы уже говорили на эту тему, — проворчал Уолли, втягивая голову в плечи, чтобы хоть как-то защититься от ночного прохладного ветра.

— И мы продолжим, пока не найдем проклятого убийцу. — Синклер пристально посмотрел на него. — Я проверил: стол в кабинете расположен в двенадцати футах от двери. Он ближе к окну, но одна оконная створка забита намертво, а другая так скрипит, что поднимет мертвого из могилы.

— Достаточный сигнал для твоего брата, — сказал Криспин с его обычной проницательностью, — но он не видел необходимости встать или достать оружие.

— Точно. Готов биться об заклад, что Томас был хорошо знаком со своим убийцей. И мне кажется, мы должны исходить из этой предпосылки.

— Тогда никаких изменений в списке подозреваемых?

— Незначительные. Я хочу иметь твердое алиби от каждого из свидетелей, прежде чем мы отметем их. Уолли, ты займись мистером Рамсеем Дюпоном. Сомневаюсь, что это наш человек, но у него сейчас полоса неудач. Ты, Бейтс, возьмись за лорда Перингтона, который любит топить котят и успешно занимается экспортом. А граф Килкерн — твой, Криспин.

— Ну и повезло мне, — пробормотал шотландец. — Сам Сатана. Ты не подозревал его раньше.

— Зато сейчас подозреваю. — Это была не совсем правда, но Синклер не мог забыть радостную реакцию Виктории на появление Килкерна. Он был бы более чем доволен, если бы удалось выяснить что-нибудь неприятное о Люсьене Бэлфоре.

— Мы будем связываться через леди Стэнтон, а если я не получу от вас известий до четверга, встретимся в борделе Джезебель в полночь.

Бейтс прищурил глаз: