Прекрасная наставница - Джуд Деверо

Целых шесть месяцев Коул и семь частных детективов искали Кэтрин и Джереми. К этому времени Коул знал о ней почти столько же, сколько о себе. Он был просто поражен тем, сколько ирландцев, живущих в Соединенных Штатах, работало когда-то на О'Конноров. И все они с готовностью рассказывали ему все, что им было известно.

Первым Коул обнаружил Джереми. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы заметить, как исхудал мальчик. Он привык видеть Джереми щеголевато одетым, а сейчас его одежда была грязной и заношенной почти до дыр. В глазах ребенка застыло выражение безнадежности.

Когда Джереми поднял глаза от мостовой, на которой лежали принадлежности для чистки обуви, и увидел Коула, он не произнес ни звука. Молча он отошел от клиента и посмотрел на Коула вопрошающими глазами. Тот раскрыл объятия, и Джереми упал к нему на грудь. Его худенькое тело сотрясалось от беззвучных рыданий. Коул подхватил его на руки и понес к экипажу, поджидавшему неподалеку. Мальчик не протестовал, он положил голову на сильное плечо Коула и закрыл глаза, словно не хотел больше видеть того, что окружало его, Коул снимал большой двухместный номер в лучшем отеле Сан-Франциско, туда он и отвез Джереми, заказав ему из ресторана половину того, что было в меню. Глядя, как мальчик жадно ест, он наконец спросил:

— Где она?

— Она не захочет вас видеть, — с набитым ртом ответил Джереми, напрочь забыв, как следует вести себя за столом. — Она говорит: мой отец убьет вас.

Коул с трудом удержался от гримасы при мысли о том, что кто-то другой может быть отцом Джереми. Он подошел к двери и оглянулся на мальчика.

Тот достал из кармана бумажку и прочитал название и адрес бесплатной столовой.

— Она стоит в очереди за бесплатным супом. Подождите! — крикнул он ему вслед. — Она… — Джереми покраснел и уткнулся в тарелку.

— Я приму ее любую, — сказал Коул и вышел, не дожидаясь продолжения.

Когда он добрался наконец до бесплатной кухни, расположенной в беднейшей части города, и окинул взглядом длинную очередь, то сначала не узнал Кэтрин. Она была беременна. «Это мой ребенок», — подумал Коул, и самые разные чувства нахлынули на него. Сначала он разозлился, что Кэтрин ничего не сообщила ему, потом разозлился еще больше за то, что она отняла у него ребенка. Но когда Кэтрин обернулась и увидела его, когда он встретился с ней глазами, вся его злость разом исчезла.

Не в силах двинуться с места, он стоял на противоположной стороне улицы и криво усмехался. Кэтрин поднесла руку ко лбу и начала медленно оседать. Коул бросился наперерез фургонам и экипажам и поймал ее уже у самой земли. Бережно взяв Кэтрин на руки, он понес ее к своему экипажу.

— Я не могу здесь остаться. И ты не имеешь права меня удерживать, — говорила Кэтрин, сидя в ванне, в то время как Коул лил шампунь на ее грязные, свалявшиеся волосы. — Мы оба не имеем права. Мы не должны…

Он сунул ее голову под струю воды, она захлебнулась и стала отплевываться.

— Ты, наверное, хотела сказать, что я не имею права раздевать тебя и купать, потому что мы не женаты. Но, дорогая, твой живот является красноречивым доказательством того, что я имею на это право.

— Это не твой ребенок, — сказала она, вскидывая подбородок. — У меня было столько мужчин, что я… О-о! Больно.

— Да? — сказал он, растирая ее спину жесткой мочалкой. — Может быть, ты перестанешь наконец нести чепуху и…

— Почему ты мне не веришь? Нам нужно было как-то прокормиться, и я занялась проституцией. Мы с Джереми…

Он начал намыливать ей лицо, поэтому она не смогла продолжить.

— Я не верю тебе. Во-первых, ты скорее умерла бы, чем отдалась за деньги.

— Но я…

— А во-вторых, ты такая красивая, что если бы действительно занялась проституцией, то не стояла бы в очереди за бесплатным супом.

— Да-а? — удивилась она.

Кэтрин понимала, что должна испытывать смущение, сидя перед ним обнаженной и позволяя купать себя как ребенка. Но почему-то с Коулом это казалось почти естественным.

— Ты должен выслушать меня, — снова начала она. — Есть вещи, которых ты не знаешь. За мной охотится полиция. За меня обещана награда. Я…