Невеста моего отца - Настя Ильина

— Повздорили с Настенькой? — округляет глаза женщина и смотрит то на меня, то на свою дочь, а Ненастье негромко цокает языком.

Ну вот!

Снова всё испортил.

Попытка быть хорошим с треском провалилась, потому что я снова сморозил что-то не то…

Я делаю глубокий вдох и пытаюсь подобрать слова, которые не шокируют, не обидят и не выставят меня в дурном свете, но отчего-то не получается сделать это.

Наверное, я неспособен на хорошее. — Мам, Влад преувеличивает. Он хотел сказать, что мы с ним поспорили… — принимается искать оправдания Ненастье, а я смотрю на неё и хочу опередить ход её мыслей, но она говорит то, что я не ожидал услышать, и я впадаю в самый настоящий ступор — Просто Влад хочет стать крёстным нашего с Ромой ребёнка, а я объясняла ему, что это не выйдет, ведь он его брат…

Крёстным ребёнка? Их с Ром…

В голове не укладывается, и я просто мотаю ей, развеивая дурман.

Крёстным. Ребёнка. Их. С. Ромой.

Она не назвала моего отца Романом Николаевичем, как делает это в отсутствии матери. Что за секрет такой хранила Ненастье? Почему вела себя так странно? Зачем её было играть на два фронта? Неужели видела в этом какую-то выгоду? Пыталась убедить мать, что выходит замуж от чистой, той самой, которую только в книгах и фильмах можно увидеть, любви?

Понимая, что до ребёнка в их отношениях с отцом вряд ли успело дойти дело, я всё равно кошусь на её живот и отмечаю, что он ничуть не увеличился.

На самом деле залёт — довольно веская причина для отца, чтобы жениться на такой молоденькой девице, но у меня никак в голове не укладывается, что он смог лечь с ней… Неужели у них на самом деле уже было что-то? Или она разыгрывает спектакль для своей матери и пытается доказать ей, что у неё с «Ромой» всё серьёзно? Я делаю глубокий вдох и буквально выплёвываю втянутый в себя воздух. С появлением Ненастья в моей жизни я потерял связь с логикой. Не могу найти ответ ни на один вопрос, а их становится всё больше!..

Я хочу стать крёстным её с Ромой ребёнка! Это надо быть прекрасной актрисой, чтобы придумать такое. Видимо, я всё-таки ошибся в этой девчонке и ей ничего не стоит нагло соврать даже близкому человеку, даже вот так, глядя прямо в глаза.

Негромко цокаю языком и выдавливаю из себя улыбку, поддерживая этот бред сумасшедшего, но про себя отмечаю, что девчонке придётся здорово пожалеть об этих словах и объясниться, почему не придумала что-то лучше.

— Настенька, ты беременна? — чуть приоткрывает рот от удивления её мать, а я уже готов сыграть благородного рыцаря, чтобы помочь ей выкрутиться, но Ненастье опережает меня.

— Нет! Что ты! Нет! Я не беременна пока… Просто у нас зашёл такой разговор… Не обращай внимания, мам! Мы с Владом постоянно спорим из-за разных глупостей…

«Пока»…

Меня цепляет её это «пока». Она пока не беременна, но планирует залететь от моего отца и родить ребёнка. И тут я мысленно возвращаюсь к теории, согласно которой эта девчонка хочет отнять все денежки моего отца, избавившись от меня, родив ему нового наследника, а напоследок став богатой вдовой. Довольно хитрый и хорошо продуманный ход. Но на мгновение мне кажется, что она не смогла бы продумать что-то подобное. Не сама точно. Если только действовала под чьим-то очень чутким руководством…

«Мы с Владом постоянно спорим из-за разных глупостей»…

Она забыла о том, что мы знакомы с ней всего пару суток, и её «постоянно спорим» — довольно размытое понятие. Хотя, вынужден признать, что она права — мы действительно спорим, но глупостями причины наших споров я бы не назвал.

— Мам, нам с Владом нужно ехать. Мы забежали совсем ненадолго. Сегодня столько всего следует успеть сделать! — принимается оправдываться Ненастье и зыркает на меня злым взглядом.

Будто бы я виноват в том, что она, мягко говоря, села в лужу.

Уж моей вины в этом точно нет…

Могла бы придумать что-то попроще всех этих крёстных и детей. Кроме того, я был уверен, что брат может стать крёстным отцом… Хотя… Откуда мне, вообще, это знать? Я слишком далёк от религии. Таких, как я, даже близко к церкви нельзя подпускать, а уж тем более на святая святых.

— Настенька, а как же чай? Я же испекла твоё любимое печенье! — спохватывается Ольга Михайловна и немного выпячивает нижнюю губу.

Точно так же делала Невеста…

Но она просто не может снова вторгнуться в мою жизнь спустя столько лет. Хотя меня так и поднывает спросить, нет ли у Ненастья сестры.

— Мы на самом деле опаздываем!.. — топчется на одном месте Ненастье.

Меня забавляет её это смущение и то, как ловко она закрутила себя в самый настоящий кокон собственного лицемерия. Совсем как гусеница, начавшая превращаться в куколку. Мне хочется узнать, как далеко она зайдёт во лжи собственной матери. Человеку, ближе которого у неё и нет никого, наверное. Если только она не связана с каким-нибудь богатым мужиком, который и науськал заполучить деньги моего отца.

— Настенька, не стоит быть такой букой. Мы всё успеем сделать, не переживай. А вот попробовать домашнее печенье твоей матери я не откажусь. Ольга Михайловна, возвращаясь к вашему вопросу о том, кофе или чай я предпочту, я всё же отвечу — чай. Кофе слишком негативно влияет на сердце, а оно у меня и без того шалит в последнее время от интересных знакомств и новостей.

— Ну вот! Приятно иметь с вами дело, Влад! — улыбается женщина и достаёт кружки из шкафа, а Ненастье в это мгновение испепеляет меня полным ненависти взглядом, готовая наброситься на меня и расцарапать моё шикарное личико. — А с сердцем шутки плохи. Я бы посоветовал пропить пустырник, он хорошо помогает даже в целях профилактики. У меня у самой до операции были серьёзные проблемы… Только пустырником и спасалась. Да и сейчас пью его. Вы такой молодой… Не затягивайте!

Я замолкаю и отмечаю, как Ненастье прикусывает нижнюю губу. У её матери были проблемы с сердцем. Мне становится неловко, что сыграл на нервах женщины, и теперь я начинаю считать, что лучше было бы на самом деле уйти отсюда, либо… Либо я просто ненадолго включу «хорошего мальчика» и постараюсь произвести прекрасное впечатление на Ольгу Михайловну, чтобы, когда мы с Ненастьем всё-таки уйдём, её мать непременно пригласила меня прийти в гости ещё раз.