Ежевика - Александра Астафьева

— Чтобы знала ты, мисс самая хозяйственная прилипала с надувным задом, откуда-ни-возьмись-белобрысое-шарообразное-недоразумение, мы не нуждаемся в твоих советах, наблюдениях и тем более замечаниях. Нам все равно, что ты носишь, как себя ведешь и на ком виснешь вечерами в присутствии подруги соседского парня. Андерстэнд?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Excusez-moi?! — задохнулась от неожиданности на французском девушка.

— «Пердона ми», — передразнила ее на ломаном итальянском и обошла стороной.

Сердце бешено колотилось в груди, даже не заметила, как Диана поравнялась со мной. Борзости у этой Инги было хоть отбавляй. Продолжила ли она идти за нами?

Казалось, застывшая на месте лань очнулась, и проскакала мимо, обгоняя всех впереди идущих.

— Откуда она вообще появилась? — спросила Диана.

— Без понятия. Но как-то связана с Еникеевым.

— Ты узнавала?

Я вопросительно взглянула на неё.

— Нет.

Ага, чтобы выдать себя Женьке с потрохами? Хоть жуть как распирало меня знать о ней.

— Почему? Поинтересовалась бы. Вон они как дружат, видели их в коридорах универа после собрания.

Видела. Ещё и Диана тут напоминала каждый раз.

— Но я не думаю, что она его девушка, — предположила подруга.

— Не знаю.

Я вздохнула.

— Слышала, как она болтала по-французски по телефону. У-ля-ля, свободно, между прочим.

— Да, картавость ей к лицу.

— Может, они оба из Франции?

— Может.

Да, скорее всего, так и было. А значит, для Жени она являлась кем-то особенным или давно знакомой девушкой.

— Эй, а что насчёт вас?

— Что насчёт нас?

— Вы встречаетесь?

— Ты у меня спрашиваешь?

— У тебя, у кого же ещё.

— До этого дело на дойдёт, а если дойдёт то… Не дойдёт. Точнее, не доедет, потому что Еникеев уедет. Ай, ну тебя с твоими вопросами, — отмахнулась я от Дианы как от назойливой мухи.

— Не понимаю, чего тянуть. Нравитесь же друг другу, — не прекращала тему подруга.

— Как оказалось, этого недостаточно, — ответила я с грустью, и мы обе прибавили шаг, чтобы не отставать.

Мне нужен был открытый Женя, такой, каким он когда-то был. Ничего не скрывал, больше улыбался, и не боялся поделиться неудачами и проблемами.

Сейчас этого не ощущалось. Только одна таинственность и загадочность. Даже и не знала, откуда было ждать очередного подвоха с его стороны. 

Чуть погодя с Дианой мы не возвращались к теме моего старого доброго соседа, а шли и болтали на другие темы.

Солнце припекало, несколько парней успели раздеться, обнажив свои накаченные, у кого и не очень, торсы, которые мы успели заценить. Я сняла спортивную куртку, оставаясь в футболке чёрного цвета. Кепка, солнечные очки, свободного покроя штаны и любимые кеды были мне в помощь по нескончаемой тропинке по лесу.

В рюкзаке находилось все необходимое, но весил он, как будто там лежали не вещи, а строй материалы.

Спустя два часа ходьбы все решили немного отдохнуть и перекусить, сделав ненадолго привал. Сухой паек был вручён каждому за счёт учебного заведения, поэтому все практиканты дружно расположились на близлежащей поляне.

Из руководителей присутствовали все: и Сергей, и Андрей Дмитриевич, и даже вышеупомянутая Инга. Весь командующий состав, кроме Жени.

Были мысли, что он мог передумать, обидеться, решив, что его затея преследовать меня или сопровождать была глупой. Я не знала. Но, судя по спокойным лицам организаторов, все шло по плану.

— Не ходите, девки, в ле-е-е-с, комары кусаются, самый маленький комарик…

— Ты что ли самый маленький комарик, Шустриков? — вовремя не дала парню допеть знаменитую частушку, а подруга тем временем успела поперхнуться напитком.

На самом деле Пашка жужжал над ухом, как и Каримова. Мне бы их настрой и боевую готовность, не бояться преград, сложностей и самого Еникеева.

— Комары — это ерунда, — подхватила Диана, жуя бутерброд, — а вот клещи — серьёзно.

— Все использовали средство от мошкары? — спросила я, вспомнив о защитном креме в рюкзаке.

— Я да, — ответила подруга.

— Пашка? — спросила я парня, сидящего рядом с нами.

— Ой, Ежевская, — махнул он рукой, — нам с тобой это не поможет. Ты слишком вкусная, я — слишком привлекательный.

Я косо глянула на него, он актёрски дергал меж зубов травинку, а затем облизнулся, глядя на меня, вызывая дикий хохот.

— Ну что, готовы? Никто не помер с голоду и непривычки? — послышался голос Николаева. Привстав со своих мест, мы увидели, как он натягивал свой огромный рюкзак на плечи. — Собираемся. Через полчаса прибудем на место, откуда придётся плыть вдоль берега по реке. Женя Еникеев нас уже заждался.

А вот и сюрпрайз.

В смысле, плыть? По какой реке?

— Каким местом ты слушала на собрании? — Диана увидев моё вытянутое от удивления лицо, ответила на немой вопрос.

— Да слушала, слушала. Что-то про «плыть по реке» я не помню.

— Потому что грузилась о другом и все профукала.

— Да я плавать-то толком не умею! — тут же запаниковала.

— Не ты одна.

— Ежевская не дрейфь, хочешь, я буду твоим дельфиненком?

— Сейчас не до юмора, Паш, — остудила его шутку.

Парень расслаблял обстановку, но пока я поддавалась только панике, а не его веселью. Он помог нам с Ди натянуть рюкзаки, а дальше мы двинулись в путь молча.

— Еникеев спец в походах что ли? — проявила все же интерес подруга, пока я переваривала новую для себя информацию.

— Похоже на то, раз ожидает нас на берегу в одиночку.

Значит, Женя оказывался в курсе дела. Конечно, смутно, но постепенно начала вспоминать наш разговор, тот самый в машине, когда он подвозил меня в универ, а я, одуревшая от близости, заглядывал ему в рот, не вникая в его слова.