Ежевика - Александра Астафьева

— Чем ещё удивишь? — спросила его, чтобы не образовывалась пауза.

— А чем хочешь? — спросил, не раздумывая, и тут же заботливо предупредил. — Осторожней, пригнись.

— Не знаю, — мы проплыли очередное препятствие. — Рассказывай все, как есть.

Женя чуть помедлил. Думала, уйдёт от ответа как обычно, но он удивил.

— На случай, чтобы ты ничего себе такого не воображала: Инга — моя приятельница. Мы познакомились ещё в старших классах школы городка, в котором жили во Франции. Из русских были только нас двое, и с того времени просто дружим.

Не «просто», а «тесно», Женя, это разные вещи.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Мой отчим и её родители давно знакомы.

Ага, настолько давно, что и глазом моргнуть не успеешь, поженят.

— Мы вместе празднуем семейные события. Выбираемся на пикники и кэмпинги. В общем, частенько время проводим вместе.

Как было с нашей семьёй когда-то. Хорошо, что в эти моменты я сидела к нему спиной, и он не мог видеть моей досады, если только ощущать исходящее от меня напряжение.

— Да я ж не против. Дружите себе на здоровье, — промолвила огорченно, но тут же выдохнула неприятное стеснения в груди.

Мы с Женей тоже были просто друзьями. И не более.

— Инга любит путешествовать. Узнав, что я еду сюда, она последовала за мной. Хотела погостить.

— Клюшкина что ли?

Ну вот, что ж я за человек-то такой бесчувственный и колкий?

— На самом деле, у неё французская фамилия, — пропустил мою подковырку мимо ушей.

— Вообще, все равно.

— И я того же мнения. Всем наплевать, кто ты и откуда, главное, знать способы выживания и давать дельные советы.

— Ты-то понятно, походный парень, а она каким местом здесь оказалась?

— Она учится на врача. Хороший специалист в своём деле. Возможно, в походе от нее будет польза.

Я закатила глаза к небу. Допустим.

— Забинтовать и пластырь наклеить сможет любая. У нас своих девчонок полно, необязательно нужны французские финтифлюшки для утоления скуки. Если она хочет увидеть здесь чего-то особенного, то будет разочарована. Ты б ей сказал, что медведя она в лесу не встретит. А если и встретит, то вряд ли добежит.

Тут я залилась звонким смехом, но Женя не поддержал мое веселье.

Я махнула рукой. Пусть и дальше наивно полагает о том, какая у него замечательная и дружелюбная подружка. Складывалось впечатление, что парням не свойственно разбираться в подлинной искренности девушек: проехала буферами по ушам и,  — о, это моя милая знакомая. А то, что у нее яд капал изо рта, Еникеев не замечал.

— Я просто предложил Андрею наши кандидатуры и, он не был против, поскольку практику спонсирует ее отец. Это ни много, ни мало, но твоему факультету лишний доход не помешает.

— Ничего себе. Ехать сюда непонятно зачем и спонсировать чужое образовательное учреждение. У нее отец нефтяной магнат или ему просто делать нечего?

— Тут скорее благотворительность и спортивный интерес.

— А наш препод — это и есть твой родственник?

— Да. Помог ему собрать команду. Чем бы еще я тут занимался? И так сложилось, что студенткой-практиканткой оказалась ты.

— Мало, кто любит кормить собой комаров, большинство за то, чтобы погреть косточки на солнышке у берега моря.

Женя продолжал управлять лодкой, как  пушинкой на ветру, любуясь моим затылком.

— Теперь твоя очередь, — вывел меня из равновесия.

— Ты имеешь в виду грести? Давай.

— Нет. Что насчёт того Паши?

Ах, это.

— Он странный, — высказал свое первое впечатление Женя.

— Он классный, — ответила я сразу же и повернулась к нему лицом. — Прости, но в отличие от твоей Инги, он не хамит малознакомым практикантам, при этом задирая свой нос.

— Понятно.

— Что тебе понятно?

— Все понятно.

— Что все?

Попробовала как он, поиграть с загадками.

— Что ты не смотришь вперёд, когда я тебя просил об этом.

Ой, ещё немного, и я бы осталась без глаза. Противная ветка проскочила мимо лица и задела очки.

— Слишком густые водоросли, тяжело поворачивать, — закряхтел Еникеев, меняя тему, которую сам же и поднял.

— Давай я порулю.

— Ты не сможешь.

— Почему это? Ещё как смогу.

Взяв весло в руки, я начала старательно грести, а Женя поворачивать байду. Завелась с полуоборота, вспомнив, о том, что пигалица эта много чего знала, о чем не стоило ей знать. Пашка, видите ли, ему был странный.

— Видишь? Получается.

— Да, молодец, давай ещё пару гребков вон к тому бережку. Передохнем минутки две-три и поплывем снова.

А, собственно, где были все практиканты? Впереди никого, сзади — тоже. Такое ощущение, что мы плыли одни, отставали от всех.

Я зацепилась за куст или что-то вроде того, когда мы подплыли к небольшому берегу, подъем которого был облагорожен самодельными деревянными ступеньками. Видимо, пользовались рыбаки или люди, что жили недалеко отсюда. Их смастерили для удобства, чтобы подниматься по невысокому обрыву вверх, либо спускаться вниз к речке.

— Давай, Ежевика, я придерживаю лодку, выходи.

Женя уперся обеими руками в байдарку а я, стараясь не раскачивать её, аккуратно вышла.

Фух. Стоя на небольшом песчаном отрезке, я вздохнула свободно, немного умерив свой пыл.

— Хочу попробовать сзади, — донесла до Еникеева свою идею.

Вылезая из лодки, Женя замер на месте с приподнятой ногой, когда услышал мое заявление, и взорвался смехом. Я мысленно врезала себе подзатыльник.

— Че смеешься, пошляк? Я имела в виду, хочу попробовать… на байдарке, а не…

Да что ж такое?! Мы продолжали хохотать уже вместе. Я от смущения, а Женька… Пристроив байдарку к берегу, поравнялся со мной, демонстрируя ту самую ухмылку, от которой я была без ума. Вышло все слишком неловко.