Ожившая весна - Надежда Борзакова

- Палач, если носом клюнешь – убьемся, ципа права. Анжелика, давай-ка вперед, уступим молодоженам заднее сиденье.

И вот мы с Рустамом устроились сзади. Он – сидя, а меня буквально укутал в свою куртку и уложил себе на колени. Хоть и не вытянешься, но тепло и удобно, особенно по сравнению со сном в палатке на практически голой земле. Я устала до предела, но сон не шел. Потому я просто лежала, слушая медленное глубокое дыхание почти мгновенно уснувшего мужчины, и тихо радовалась, что он все же хоть немного отдохнет. Не то чтоб Рустам не доверял Косте, но из-за разницы в уровне подготовки и просто маниакальной заботе о моей безопасности…Короче, мог бы Рустам, так вообще бы не спал. И не ел и не пил. Костя смеялся над нашими постоянными перепалками из-за всего этого, Анжела мечтательно за ними наблюдала, будто смотря сериал. А всем четверым, хоть мы с Рустамом никогда бы не признались в этом, они приносили некую иллюзию прежней реальности, в которой был выбор, что и сколько есть, когда и как долго спать.

Все же я уснула. Более того, проспала несколько часов. А когда открыла глаза, вокруг была кромешная темень. Рустам тоже все еще спал, откинувшись на подголовник, и когда я вставала, даже не пошевелился.

- Проснулась, спящая красавица? – прошептал Костя, не отрываясь от дороги. Анжела тоже спала на переднем пассажирском, отвернувшись к окну.

- Где мы сейчас?

- К Виннице подъезжаем. Хорошая новость – сможем объехать, не сильно приближаясь к городу….

- Бак почти на нуле, - ахнула я.

Рустам буквально подскочил.

- Мать твою, Костян, я ж просил следить. Останавливайся!

- Что…, - Анжела сонно завертела головой.

- Проебался кто-то, вот что, - сквозь зубы процедил Рустам.

Достали карту. По всему получалось, что в лучшем случае двигатель заглох бы всего в паре километров от города. Большого, блин, города! Обманчивое ощущение безопасности, подаренное наличием машины сыграло с Костей злую шутку.

- Ну хочешь, я сам пойду искать! Прям сейчас пойду.

- Пойди!

Они орали друг на друга возле машины, я комично вертелась рядом, а Анжела замерла в машине не вмешиваясь.

- Рустам! Ру-ус, ну, правда, уже ничего не поделать. Может, вон там переждем, - я махнула на реденькую посадку, способную худо-бедно скрыть машину. Хоть живых людей мы пока не встречали – так, видели пару раз вдалеке что-то вроде света фар, и, опять-таки издалека, нетипично резво передвигающихся зомби, но проверять не спешили и новых знакомств не желали. Ну и всегда перестраховывались.

- А выхода другого нет, - зло выплюнул, но когда взяла за руку, он свою не отнял.

- Я пошел!

- Костя, ну куда ты пойдешь, ну что за понты, а? – медленно протянула я, - Оба цапаетесь, как в детском саду! Вроде бы это что-то меняет… Разве вы не понимаете, что вот мы четверо – единственные, кто остался друг у друга в целом жутком мире?! Нам вместе нужно быть…

И я зарыдала, не сумев закончить, Рустам меня обнял, а Костя отвел взгляд и, пробурчав что-то вроде «пройдитесь, я отгоню», сел за руль. А я вспоминала Снежану, Карину, Инну с Колей, даже Антона. Одноклассников, одногруппников, приятелей и знакомых. Тех, кого любила, ненавидела, с кем дружила, общалась, работала, просто была знакома. Кого-то и вовсе больше нет. Они сгинули в жутком урагане, охватившем весь мир. Кто-то сумел его пережить и сейчас, как и мы, неустанно движется, бежит, борется за каждый новый день, час, минуту. Побеждает или проигрывает. И внезапно вспышкой пришло осознание: моя борьба имеет смысл только до тех пор, пока есть этот мужчина, обнимающий меня сейчас.