Мой любимый тренер - Диана Рымарь

Вроде о многом поговорили на свидании, а я так и не узнала, были ли у него серьезные отношения, каким он себя в этих отношениях видит. Хотя… разве такое выясняют на первом свидании? Подожду до пятого, ну или в крайнем случае до третьего.

Оно ведь будет, правда? И третье, и пятое…

Эх, еще бы второе пережить, ведь прямо сказал, что будет приставать. И от одного воспоминания об этом мне становится жарко. Вот пойду и правда прикуплю нужного для особенного вечера, когда бы он ни наступил.

В понедельник иду на работу с хорошим настроением, мысленно планирую шопинг, прикидываю в какой магазин нижнего белья лучше заглянуть.

В кои-то веки с искренней улыбкой захожу в кабинет.

А там… змеюки подколодные поджидают с мерзкими ухмылочками.

Вобла стоит с Кощеем возле своего стола. Они мило чирикают, пьют кофе. Или делают вид, что мирно чирикают, поскольку взгляды их так и косят в мою сторону.

«А нам все равно, а нам все равно, пусть боимся мы волка и сову…» — не к месту вспоминаю песню про зайцев из старого советского фильма.

Не обращаю внимания на ядовитую парочку, здороваюсь с коллегами, прохожу к своему столу, принимаюсь за работу.

Однако вскоре замечаю, что и остальные обитатели офиса как-то странно на меня поглядывают. Нет, не ядовито, скорее с любопытством.

И комплиментов я за день дожидаюсь неожиданно много:

— Инга, ты сегодня великолепно выглядишь.

— Спорт тебе явно на пользу.

— Ты как будто немного похудела.

А я похудела, да. На целых кило и двести граммов! Что считаю огромнейшим личным достижением, ведь весы показали минус впервые за долгое-долгое время. Для начала отличный результат как по мне. Правда, внешне совершенно незаметно, да и оделась я сегодня в белую блузку, черную юбку. В общем, ничего особенного. Но видно, что-то во мне изменилось, раз другие это замечают.

Хочу верить, что все сказано мне от души.

Цвету улыбкой целый день, немного напрягают лишь два обстоятельства.

Первое — отсутствие сообщений от Жоры. Даже на тренировку не зовет, зараза такая. Писать самой как-то неудобно, еще подумает, что навязываюсь, или что только о нем и думаю. А ведь по факту это правда.

Не может же он обо мне забыть так скоро? После такого-то свидания… Кручу в руке телефон, проверяю сообщения, но абонент Жора продолжает упорно молчать.

Я бы поняла, если бы поматросил и бросил. Страшно обиделась бы, но поняла. Однако мы еще даже на борт корабля не поднимались, чтобы этот матрос успел от меня устать и отправиться к другим берегам.

Не хочу о нем думать в таком ключе. Наверняка он просто чем-то занят.

Что ж, подождем.

Второе обстоятельство, которое не на шутку меня тревожит: Виктор. Точнее, его активное и совершенно непрошеное внимание.

За день он заходит в наш кабинет раз десять, не меньше. Делаю вид, что вообще не замечаю его присутствия, хотя краем глаза ловлю его взгляды, и взглядов этих немало. Не пойму, что ему надо, ведь мы в процессе развода, делить нам, слава богу, нечего. Свое добро он забрал, а квартира моя. Опять же живет с другой женщиной. Какого лешего надо на меня коситься?

Вобла тем временем вконец стервенеет, даже придирается к моей работе. Думает, раз я новенькая, значит, меня можно клевать? Пф-ф, в этой фирме я новенькая, да, зато в своей профессии тертый калач. Отбиваю ее подачи дико вежливыми письмами, в которых подробно разъясняю, что, когда, как и зачем делала. Умею работать так, что комар носа не подточит.

Едва дожидаюсь конца рабочего дня, как мне на почту прилетает письмо от Ореста Всеволодовича с очередным заданием. Оно плевое, но займет минут двадцать драгоценного шопингового времени. Решаю быстренько сделать, дабы не злить руководство. Когда заканчиваю, обнаруживаю, что последний коллега — и тот убежал домой.

Шесть двадцать, офис вымер.

И тут в кабинет входит Виктор…

Чтоб ему провалиться, Кощею противному.

— Вера ушла, — строго прищуриваюсь.

Мое заявление как бы намекает — и ты вали. Но Виктор предпочитает не заметить вполне очевидного послания.

— Я в курсе, что она ушла, — говорит он свысока.

А потом с важным видом проходит к моему столу, берет стул и присаживается.

— Я тебя не приглашала, — сообщаю ему хмуро.

— Что-то ты в последнее время стала очень язвительной, Инга, — щурит он глаза. — Последи за собой.

Друзья-товарищи, он что, вконец офигел? Еще советы тут будет раздавать.

— Я мила с людьми ровно настолько, насколько они того заслуживают, — отвечаю с ехидной улыбкой. — Зачем явился? Поучить меня хорошим манерам?

Тут он берет да кивает.

Хватает же наглости!

И вдруг заявляет:

— Инга, ты не забыла, что ты все еще моя жена? Хватит меня позорить!

Его слова действуют на меня как ушат холодной воды.

— Что?! — пищу на выдохе.

— Что слышала! — возмущается Виктор, садится прямо, чуть ко мне наклоняется и продолжает: — По-моему, ты забылась и совсем потеряла стыд. Изволь, пока ты носишь мою фамилию, вести себя как подобает.

— Недолго осталось… — вырывается у меня.

— Сколько бы ни осталось, пока ты Островская, не смей меня позорить.

— И как же я тебя позорю? — интересуюсь с искренним любопытством.

— Я все знаю, — машет он рукой. — Добрые люди донесли, что ты разъезжаешь на всяких там «Дастерах», крутишь шуры-муры со своим тренером.

Светка, зараза! Нажужжала в уши кому надо и не надо.

Не успеваю отойти от шока, как Виктор добавляет ощущений:

— Немедленно все это брось. В самом деле, ты же женщина, должны быть какие-то рамки приличий, весь офис гудит о твоем романе с каким-то тренером, хоть бы кого приличного нашла. Не стыдно тебе?

Обалдеваю от всего услышанного настолько, что даже не сразу нахожусь, что ответить.

Виктор тем временем продолжает:

— Пока мы с тобой официально не разведены, веди себя подобающе. Я не хочу слушать сплетни о том, что жена Островского себе такое позволяет…

И тут слова для ответа у меня все же находятся:

— А ничего, что ты при мне, живой жене, живешь с другой женщиной? Ты сам себя не опозорил тем же, в чем обвиняешь меня?

Любой на его месте хоть немного усовестился бы, но это не про Виктора.

— Я как честный человек тебе все рассказал, мы подали на развод… — тут же начинает он.

Резко перебиваю:

— Ты как крыса зажимался с любовницей по кабинетам, будучи женатым. И ушел ты только потому, что я тебя застукала! А так, может, до сих пор бы ел мою еду, жил в моей квартире и в ус не дул, тебя бы все устраивало!