Последняя песня - Николас Спаркс

— Эй, это для Блейз, — крикнула Ронни, пытаясь спасти ос­татки. — Купите себе и ешьте!

Маркус оглядел девушек.

— И?..

— Все в порядке, — заверила Блейз, подвигая к нему тарел­ку. — Я все равно столько не съем.

Маркус потянулся к кетчупу с таким видом, словно был кру­гом прав.

— О чем вы тут говорили? Судя по тому, что я видел в окно, разговор был напряженным.

— Ни о чем, — буркнула Блейз.

— Я сам догадаюсь. Она рассказывала тебе, Ронни, о сексу­альном дружке ее матушки и их поздних постельных упражне­ниях, верно?

— Не хами, — прошипела Блейз.

Маркус в упор уставился на Ронни.

— Она рассказывала тебе о той ночи, когда один из прияте­лей ее мамаши прокрался в ее комнату? Знаешь, что сказала наша Блейз? «У тебя пятнадцать минут, чтобы убраться отсюда!»

— Заткнись, понял! Это не смешно. И мы говорили не о нем.

— Да ладно! — ухмыльнулся он, принимаясь за чизбургер.

Блейз потянулась к солонке. Тедди и Ланс дожевывали кар­тошку. Вскоре на тарелке почти ничего не осталось. К досаде Ронни, Блейз ничего не сказала, и Ронни молча гадала о причи­нах такой уступчивости.

А, собственно говоря, чему удивляться? Блейз не хотела, чтобы Маркус на нее разозлился, вот и позволяла ему вытворять, что в голову взбредет. Она уже видела нечто подобное раньше: Кейла несмотря на то что считалась твердым орешком, вела себя точно так же, когда речь заходила о парнях. А те обычно только что ноги об нее не вытирали.

Блейз молча вертела в руках стакан от коктейля.

— И чем предлагаете заняться, парни?

— Мы — пас, — пробурчал Тедди. — Старик велел нам с Лансом работать сегодня.

— Они братья, — пояснила Блейз.

Ронни недоуменно уставилась на парней, не находя ни ма­лейшего сходства.

— Это правда?

Маркус прикончил бургер и отодвинул тарелку в центр стола.

— Знаю, трудно поверить, что у родителей могут родиться такие уроды, верно? Так или иначе, их семейка владеет дерьмовым мотелем как раз за мостом. Канализации на днях исполни­лось сто лет, и обязанность Тедди — прочищать засорившиеся сортиры.

Ронни сморщила нос, пытаясь представить эту картину.

— Правда?

Маркус кивнул.

— Грубовато, верно? Но не волнуйся насчет Тедди. Он прос­то мастер своего дела. И оно ему нравится. А Лансу приходится менять белье, после того как ночные визитеры на нем побарах­тались.

— Фу, — скривилась Ронни.

— Знаю, это отвратительно, — кивнула Блейз. — Не пред­ставляешь, какие мерзкие типы ночуют в мотелях! Можно зара­зиться, всего лишь войдя в комнату!

Ронни не совсем понимала, как на это реагировать.

— А ты что делаешь? — спросила она Маркуса.

— Что хочу.

— А точнее?

— Какое тебе дело?

— Никакого, — спокойно ответила она. — Просто спро­сила.

— Он вечно торчит с нами в мотеле, — поспешил сообщить Тедди. — Только в своей комнате.

— У тебя комната в мотеле?

— Я там живу, — коротко ответил он.

Ее так и подмывало спросить почему, но она ждала, что он скажет больше. Маркус, однако, молчал — видимо, хотел, что­бы она дала волю любопытству. Может, это игра воображения, но ей показалось, что он хочет ее заинтересовать. А может быть, и понравиться. Хотя Блейз сидит тут же.

Ее подозрения подтвердились, когда он потянулся за сига­ретой. Выпустив кольцо дыма в сторону Блейз, он повернулся к Ронни:

— Что ты делаешь сегодня вечером?

Ронни отчего-то стало не по себе, но, похоже, все, включая Блейз, ждали ее ответа.

— А что?

— У нас небольшая вечеринка в «Боуэрс-Поинт». Соберем­ся не только мы. Там будет куча народу. Я хочу, чтобы ты при­шла. Но на этот раз без копов.

Блейз внимательно изучала столешницу, водя пальцем по рассыпанной соли. Не дождавшись ответа, Маркус встал и на­правился к выходу. Он ни разу не обернулся.