Два принца для попаданки - Майя Хоук

Откидываюсь назад.

— Я же сказала, мне надо подумать, — дьяволенок внутри меня толкает меня на то чтобы не сдаваться так просто.

Хотя это глупо, мы оба наверное понимаем, что я с легкостью приду на помощь Дэниелу. Проблема в Роберте. Я не хочу чтобы он спал со мной по принуждению.

— Тогда будь осторожнее с гаремом, — с этими словами Роберт встает. — Я ни одному из них не доверяю.

С этими словами ирриди направляется к выходу с террасы. Я оборачиваюсь через плечо. В голове множество вопросов. Мне вот гаремники опасными не показались.

— Я помогу Дэниелу, — вырывается у меня. — Но я не хочу чтобы ты делал мне одолжения.

Роберт замирает в дверях, хватается за косяк и какое-то время медлит, глядя мне в глаза.

— Спасибо, — произносит он. — И это не одолжение. Это моя служба.

После этих слов Роберт уходит.

Что ж, сильно легче мне от этого не стало.

День проходит куда спокойней, чем я ожидала. К счастью, у меня получается наконец сесть за дневники Ирвина. И там нет ничего сверхъестественного, чего я не могла бы ожидать от записей управляющего. Он записывал свои сделки, взятки, которые давал и компромат, который отыскивал на соседей. Ирвин Торн был та еще хитрая заноза и если бы мне надо было собрать компромат на властителя диких земель, я бы использовала это по полной. Но я на Элирне гостья и, честно говоря, мне плевать на господина Торна и его королевскую карьеру.

Я вздрагиваю, когда натыкаюсь на записи о старинной библиотеке, которую Ирвин заграбастал в качестве очередного выкупа. Кажется, он был заинтересован в попаданках.

В этот момент дверь за моей спиной распахивается и я спешно прячу дневник, не успевая оглянуться и рассмотреть вошедшего.

Различаю только его едва слышные шаги. Следом мои плечи укрывает темный плащ. Прикосновения теплые, мягкие. Приподнимаю голову и вижу склонившегося надо мной Роберта.

— Что это значит? — произношу одними губами.

Он улыбается мне в ответ, но не как раб, мужчина вынужденный повиноваться моей воле, а как свободный и сильный человек, принимающий собственные решения.

— Пора увидеть моего брата, — объясняет Роберт. — Я знаю, что его доставили к целителям и туда будет просто попасть.

Я поднимаюсь, не слушая дальше.

Глава 19

Мы с Робертом выходим в ночь. Темно и ветрено. Мой спутник кутает меня в плащ и указывает на непривычного мне вида машину.

— А покидать поместье безопасно? — поздновато спохватываясь я. — Для Эми’Вилн. Я заметила, что многие ее ненавидят.

Роберт усмехается.

— Ну я же с тобой.

Сказать, что я не очень-то одинокому и достаточно юному парню доверяю, это, наверное, его оскорбить, поэтому я отворяю дверь в машину и пролезаю внутрь. Салон мне нравится. Тут почти также роскошно, как и в апартаментах Эми. Даже покачивается на цепочке заряженный непонятной мне силой фонарь.

Легонько прикасаюсь к стеклу и вижу как кружащиеся за ним потоки света как будто отталкиваются от моих рук.

Тут удивительно!

На какое-то время мне становится обидно оттого, что придется покинуть Элирну. Не смогу же я вечно гостить в теле, которое кто-то проклял. Так или иначе я либо умру, либо… мне придется вернуться на Землю. Перспектива не самая веселая, но если учесть, что у меня там будут собственные ноги, это уже кое-что.

В этот самый момент Роберт садится рядом, обдавая меня запахом масел, непохожим ни на что. Пахнет он просто божественно. И меня снова тянет к моему своеобразному помощнику. Предпочитаю крепче укутаться в плащ и не думать ни о чем.

Роберт неожиданно сжимает мою кисть и я оборачиваюсь к нему. Нет, ну этот гад специально?

Я ведь пытаюсь сделать вид, что мне все равно! Но тут мой спутник указывает движением головы вперед и я вижу Иштвана, занимающего место за рулем.

— Все еще сомневаешься в безопасности? — одними губами произносит Роберт и я передергиаю плечами.

Ах, вот в чем дело!

Роберт просто достаточно юн, чтобы всерьез играть в любовные игры, точнее, не похоже на то, чтобы у него когда-либо было такое желание. Если он вырос в доме Э’Вилн я вполне могу понять его своеобразную невинность в духовном плане и трогательную чистоту.

— Иштван победит всех моих врагов? — фыркаю. Сейчас мне совсем не хочется быть романтичной.

Роберт пожимает плечами.

— Никто не будет нападать на мужчину вроде него.

— Почему?

Экипаж тем временем трогается и я бросаю взгляд вперед. Нас с Робертом отделает от воителя расписанная непонятными мне сценами стеклянная перегородка.

— Он и его орден охраняют народившуюся еще принцессу.

— Вот как, — съезжаю вниз по сиденью. — Только он похоже вместо этого застрял у Эми! Никого это не беспокоит?

Машу руками в воздухе.

Роберт вдруг становится очень серьезным.

— Вообще-то, — бедро блондина касается моего и я несколько мгновений смотрю на этот жест, не понимая толком, эротика выходит у Роба случайно или он меня дразнит прекрасно понимая все, или это у меня уже порядком едет крыша от многолетнего воздержания и теперешнего обилия красивых и вполне себе доступных мужчин.

Думать об этом не хочу, но как назло не получается!

— Иштван прибыл изучить все то, что семья Э’Вилн знала о попаданках.

Скрещиваю руки на груди. Боюсь, что это знала не Эми. Господин Торн, но, учитывая то, что я еще не дочитала его собственноручно составленный компромат, я не собираюсь откровенничать.

— Ну а ты как считаешь, твоя госпожа что-то знала?

Роберт опускает взгляд и я разворачиваюсь к нему всем корпусом.

— Как давно вы с Дэниелом живете в этом доме?

Я очень хочу узнать это для того чтобы понять Роберта, хотя и осознаю, никакой пользы для моего дела тут точно не будет.

— С шести лет, — сказав это, он отворачивается. — С тех пор как дядя… — Роб сжимает челюсти. — Нанес семье Э’Вилн непоправимый урон, нас в наказание изъяли из школы и отдали сюда в качестве рабов, поэтому я так плох в умениях ирриди.

«И искушен в постели», — стучит кровью у меня в висках. Их обоих готовили в гаремники! Вот в чем дело. Секс для Роберта просто профессиональная обязанность, а душой этот парень совершенно неискушен, притом, что телом… по части телесного ему позавидовал бы матерый жиголо. Мне сложно понять, что именно я ощущаю в этот момент. Скорее всего сочувствие.

— Но почему ты считаешься ирриди? — задаю резонный вопрос.

Роберт усмехается.

— Когда