Его трудное счастье - Таша Таирова

— А что за массовка, командир, о которой Олейников говорил?

Воеводин усмехнулся и коротко ответил:

— Сергей в совершенстве владеет английским, иногда признаётся, что даже думает на вражеском языке. Он военный переводчик экстра-класса, но соседям знать об этом необязательно, понятно? Да и наши не все в курсе. Поэтому он на встречах ошивается рядом с командиром, а потом они вместе анализируют, что не было сказано, а что зря сказали. А вот и бойцы. — Он махнул рукой вошедшим солдатам и натянул шапку посильнее, пряча уши. — Так, знакомьтесь. Это наши медики, теперь не надо будет в соседний городок мотаться. Притащить, открыть, расставить, короче, помочь. От них, ребята, наша жизнь будет зависеть, так что не обижайте медицину. Всё, я ушёл. Сержант, потом покажешь врачам кухню, баню и познакомишь с обстакановкой. И тропы наши покажешь. Ушёл!

Сержант серьёзно кивнул, обернулся и глянул на Кучерова с Вегержиновым:

— Чего и куда?

Валентин вскрыл первый ящик и поднял крышку — погнали!

— Слушай, сержант, нас сегодня с утра историями закормили. Теперь вопрос — что за тропы?

Сержант шмыгнул носом и смачно чихнул, ночные прогулки на свежем воздухе даром не прошли.

— Ты нам про тропы, мы тебе — лекарства от насморка, — тут же отреагировал Вегержинов.

— Да тут всё просто, после бомбёжек американцев и коалиции всё в округе было засеяно неразорвавшимися суббоеприпасами. Тут использовалась авиация с кассетными контейнерами. Такой контейнер раскрывался в воздухе, и всё это говно на парашютиках летело вниз. Не срабатывало очень много, вокруг аэродрома до фига валялось этого добра до поры до времени. Наши сапёры каждый день ликвидировали в течение месяца. Да и по всему району накидано было. Сам суббоеприпас в виде цилиндра красного цвета, в диаметре до пятнадцати сантиметров, приблизительно, как тубус от выстрела РПГ*. Длинной около полуметра. То ли из картона, то ли из пластика, хер его знает, разбирать не пробовал. — Он ещё раз чихнул и вытер нос перчаткой. — Мужики один раз приняли храброй воды, нашли такую хуйню. Ничего лучшего не придумали, как взяли и понесли на чекпоинт** америкосам. У тех болты, как будто им мегачленом присунули! Орут, вы чё тут притащили? Ну, а наши что… «Смотри, маркировка на английском — значит ваше, забирайте!» Короче, оставили у них и свалили. Те пока соображали, пока сапёров вызвали — хуйня грохнула. Человека четыре — трёхсотые*** с разной степенью тяжести. Поэтому мы особо не маршируем по окрестностям, если там сапёры не побывали. А теперь давайте ваши пилюли, а то сопли уже до колен!

__________________________________________

РПГ* — ручной противотанковый гранатомёт — разновидность индивидуального стрелкового оружия (гранатомёт), предназначенная для уничтожения танков, броневых и иных целей реактивными гранатами.

Чекпоинт** — контрольно-пропускной пункт, военный сленг.

Трёхсотые*** — раненый солдат, военный сленг.

Глава 11

Лето того же года.

Люда в очередной раз выдохнула и с улыбкой глянула на Валю, которая стояла перед массивными дверьми, на которых висели списки поступивших, и с недоумением смотрела на белые листы.

— Ты чего замерла, будто чертей увидала? — Басурина толкнула подругу локтем и рассмеялась. — Внимание, внимание! Вот так выглядит неверие в происходящее! Валь, ну ты чего? Не рада, что ли? Мы отпахали на этот знаменательный момент год на курсах и несколько лет в качестве медсестёр. Ну, улыбнись! Валентина Баланчина, — не унималась Люда, — вы студентка медицинского университета, алё, приём?

Валя медленно повернула голову и прошептала:

— Я верю, Люда, верю, только мне кажется, что это не принесёт мне радости и счастья.

— Ты это брось. — Люда оттащила немного растерянную подругу в сторону и оглянулась по сторонам. — О, есть идея! Пошли взбрызнем этот день мороженым, а ты мне расскажешь о том, где твоё счастье заплутало.

Она схватила Валю под руку и с силой потащила через дорогу, отмахиваясь от проезжающих и громко сигналящих машин. Они зашли в прохладное помещение летнего кафе, Басурина тут же поймала за рукав молоденького парня-официанта и, похлопав ресницами, сделала заказ.

— Людка, ты неисправима! И как это у тебя получается, что любой мужик готов сделать для тебя всё, что тебе в голову взбредёт? И на работе, и вне её.

— Всё просто, Валентина, если на работе не застёгивать три верхние пуговички на медицинской пижаме, то количество больных, желающих поскандалить, резко уменьшается втрое, — беззаботно ответила девушка, оглядывая зал в поисках удобного столика. — А если серьёзно, то главное, Валя, глаза! Глаза — это всё! Любой мужик говорит: «У тебя такие красивые глаза!», а сам смотрит на бёдра и грудь. Сиськи есть? Попа упругая? Значит глаза красивые. Если необходимых ингредиентов нет — глаза сразу кажутся косыми и мутными. Для любви одних томных взглядов мало, Валя, надо ещё и сиськи с попой подкачать, и желательно быть девственницами, не гуляя направо и налево. Тогда тебе и мороженое, и пирожное, и обещаний три корзины с лотком. Смотри, вон столик у окна освободился. Бегом, пока не заняли, а то придётся отбивать с применением грубой физической силы, а мы девочки слабые. Почти, при желании кого хочешь одним ударом на тот свет отправить можем.

— Люд, ты чего? — Валя опустилась на пластиковый нагретый солнцем стул и нахмурившись посмотрела на подругу. — Что-то случилось? Тебя кто-то обидел?

Басурина махнула рукой куда-то в сторону и задумчиво проговорила:

— Учёными доказано, что в мире как минимум пяти мужчинам ты симпатична, трём нравишься, двое в тебя влюблены… И где всё это стадо шарится? Вот ответь мне на этот вопрос. Даже в кафе пришлось нам идти самим!

— Не думаю, что присутствие моего Короля смогло бы нам помочь, — с грустной улыбкой ответила Валя.

— Вот именно, но он хоть дома, а я… — Люда отвернулась к окну и замолчала. Через несколько секунд она вздёрнула подбородок вверх и заявила: — Ну и пошло всё лесом. А тебе надо что-то делать, Валь. Ты посмотри на себя. Ты так изменилась за этот год, что страшно! Эти ножки как у козы рожки, как столбики после бомбёжки. Задница к животу прилипла уже!

— Это живот прилипает к позвоночнику, задница всегда на своём месте, — тут же парировала Валя.

— Ты со мной не спорь! Я девушка нервная. Не знаю, как у тебя, а у меня нервные клетки не только восстанавливаются, но и пытаются отомстить виновным в их гибели. Нет, ну это ни в какие ворота! — с возмущением закончила Люда и поднялась, оглядывая свой стул.

— Людка, ты