Наследник Сентерии - Дилара Кескин

– Хорошо, с завтрашнего дня ты будешь есть меньше, – пообещала я сама себе. Впрочем, я ежедневно делала это.

Я провела несколько часов за книгой и затем отправилась в ванную перед приходом слуг. Я тщательно вымылась и почистила зубы. К тому моменту, как я закончила, ко мне уже пришли Амелия и другие служанки.

– Принцесса, – обратилась Амелия, – прибыли портной и парикмахер.

Две девушки сначала намазали мне лицо и тело кремами, от чего кожа стала мягкой, как у младенца. После этого служанки горячими утюжками завили мне волосы. Я нанесла естественный макияж, призванный скрыть недостатки, затем пошла одеваться. Я протянула руку к небесно-голубому платью, которое держала одна из девушек. Она, очевидно, истолковала мой жест неправильно, потому что поклонилась и с волнением пожала мне руку:

– Для меня большая честь сшить для вас платье.

Девушка лихорадочно трясла мою руку, а я от удивления не смогла вымолвить ни слова. Растерявшуюся от волнения служанку толкнула локтем подруга:

– Передай платье, глупышка.

Девушка покраснела, словно помидор, и протянула мне платье. Я подавила улыбку, чтобы не смутить несчастную еще сильнее. Я забрала платье, приподняла его, бегло осмотрела и наконец надела.

Я посмотрела в зеркало: на платье было так много вуали, что, казалось, из нее сшита вся юбка. Верхняя часть платья облегала фигуру и заметно стройнила меня. Вуаль на груди тянулась от плеч и почти до локтя. От увиденного у меня захватило дух, но я не могла насладиться собственной красотой: хоть я и выглядела словно счастливая принцесса из сказки, я знала, что это не так.

Я глубоко вздохнула и бросила взгляд в окно, пытаясь избавиться от мрачных мыслей. Солнце уже зашло, и тьма окутала город.

В дверь несколько раз постучали. Я обернулась посмотреть, кто вошел. Леонардо во всем своем великолепии стоял на пороге и широко улыбался. Он надел кроваво-красную рубашку с черной вышивкой и тщательно причесал свои светло-каштановые волосы. Мужчина дружелюбно смотрел на меня.

– Ты прекрасно выглядишь, Китана.

Я покраснела от комплимента и хотела спрятать руки в подол, словно застенчивая девочка, но в последний момент остановилась.

– Ты тоже очень красивый, – ответила я, чувствуя необходимость вернуть комплимент.

Я прищурилась, когда он понимающе улыбнулся.

– Не слишком ли поздно забрать свои слова и сказать вместо этого что-то вроде: «Ты не такой урод, как обычно»? – продолжила я.

Мужчина поджал губы.

– Увы, – он протянул мне руку, которую я приняла.

– Я слышал, тебе нездоровится, – сказал Леонардо, когда мы шли по коридору. – Ты в порядке?

Я вздернула бровь.

– Похоже, твои крылатые посланники работают превосходно, Лео.

Он улыбнулся, но беспокойство из глаз не исчезло.

– Спасибо, мне было нехорошо, но теперь все в порядке, – произнесла я, предполагая, что он ждет ответа.

Мужчина удовлетворенно кивнул.

– Скажи мне, Лео, – обратилась я, пользуясь случаем, – как давно вы с Леной знакомы?

Мужчина задумался и ответил не сразу.

– Через несколько дней после твоего отъезда я получил первый заказ из дворца. Лена – перфекционист. Она объяснила мне лично, какие ей нужны картины. Так мы и встретились. Почему ты спрашиваешь?

Мне хотелось узнать, насколько близкие у них отношения, но признаться Лео я не могла. Если он не подозревал о чувствах Лены и испытывал к ней лишь дружескую симпатию, я бы открыла то, что не следует.

– Да ничего, просто интересно, – солгала я.

Какое-то время мы шли в тишине, но я вновь нарушила молчание.

– Так у тебя нет девушки? – спросила я.

– Ей-богу, Китана, – рассмеялся он, – что за вопросы?

– Я просто пытаюсь узнать тебя получше, – увильнула я. – Если у тебя есть девушка…

– Если бы она у меня была, я бы с ней так не поступил, – прервал Лео. – Кто бы ни попросил.

Я поджала губы. Видимо, о чувствах Лены он либо не знал, либо не хотел знать.

– Ну а ты?

Я посмотрела на него.

– Что я?

– Не трудно ли выходить за меня замуж, когда любишь другого?

Я с трудом сглотнула, но не смогла отвести глаза от напряженного взгляда Лео.

– Тяжело, – честно созналась я.

– Кроме того, ты знаешь, что он хочет тебя вернуть, – продолжил мужчина. – И ты отвергаешь его. Тебе не кажется, что однажды вы сможете все исправить, но ты упускаешь шанс?

Я покачала головой.

– Во-первых, он отослал меня, даже не выслушав, тем самым нарушил все свои обещания. Я не отвергала его, это он бросил меня. Во-вторых… – я глубоко вздохнула, пытаясь унять боль в сердце, – он хочет вернуть не меня, а своего ребенка.

Мужчина прищурился.

– Не спрашивай, как он узнал, – быстро добавила я. – Я ничего ему не говорила, но каким-то образом он все выяснил.

Лео явно задумался.

– Конечно, это не мое дело, но ты правда веришь в то, что говоришь?

– Да.

Лео вскинул бровь.

– Мне так не кажется.

– Лео, – холодно отозвалась я, – ты на чьей стороне? Этот брак принесет тебе пользу. Зачем ты вмешиваешься?

– Я просто хочу, чтобы ты убедилась в том, что поступаешь правильно, – мягко ответил он. – Ты молода и не настолько хорошо знаешь людей, чтобы смотреть на жизнь с того же ракурса, что и я.

Я устало вздохнула:

– И чего же я не знаю?

– Порой под напором эмоций люди говорят то, о чем на самом деле не думают, – бросил небрежно он. – Конечно, это эгоистично, но мы все совершаем ошибки. Когда страсть утихает, люди очень жалеют о том, что случилось. Возможно, Винсента интересует не только ребенок. Может быть, он осознал, что ошибся.

Я отвела взгляд.

– Я бы хотела верить твоим словам, – созналась я, – но…

– Но… – настаивал Лео. Слова застряли у меня в горле.

– Я видела ненависть в его взгляде, – внезапно призналась я. – Видела искренность, когда он сказал, что я ему противна. Он, не колеблясь, сказал, что больше не любит меня.

– Когда близкие огорчают нас, мы видим в них только худшее, напрочь забывая обо всем хорошем, что нам довелось пережить. – Глаза Лео потемнели.

– Я моложе тебя на восемь лет, мне всего двадцать один год, но я тоже кое-что знаю, – произнесла я, тихо щелкнув пальцами. – Какой бы сильной ни была любовь, когда она проходит – остается лишь разочарование. И все прекрасные чувства угасают во тьме.

Мы подошли к закрытым дверям зала. Лео глубоко вздохнул и внезапно остановился, вынуждая меня посмотреть на него.

– Я не хочу, чтобы ты возвращалась к Винсенту, Китана, – искренне произнес мужчина. Он преодолел разделявшее нас расстояние и положил руку на мой живот. Я подавила желание отшатнуться и с трудом сдержала дрожь. – Хоть я и не отец этого крохотного создания, но мне уже кажется, что это мой ребенок. Каждый мой день начинается с приятного волнения, которое я уже давно не испытывал. Я не хочу, чтобы негодяй принц Сентерии лишил меня этого.

Мужчина пристально посмотрел мне в глаза:

– Но я не эгоист. Я знаю, что он настоящий отец ребенка. Ты пытаешься его отвергнуть, но я