Наследник Сентерии - Дилара Кескин

От удивления я широко открыл глаза. Как странно, что Андре, который никогда не интересовался политикой, мыслил настолько глубоко.

– Кто из рода Сентерии решил остаться на троне рядом с королем, пока я с тобой?

Я глубоко вздохнул, глядя на отражение луны в море. Эта мысль посещала меня и раньше, но именно слова Андре раззадорили зверя внутри меня.

– Эзра… – прорычал я. – Когда я вернусь в Сентерию, нас ожидает настоящая битва.

Прошел месяц моего пребывания в Зиракове. Проснувшись утром, я получила весть, что вот-вот падет север нашей страны.

Моя верная горничная Амелия сообщила мне новости. Я инстинктивно положила руку на живот, защищая ребенка. Я немного прибавила в весе, но округлилась совсем чуть-чуть, и иногда мне казалось, что беременность – лишь плод моего воображения. И все же осознание, что в моем животе растет ребенок, наполняло меня теплом.

Я приняла ванну, оделась и отправилась в столовую, вместо того чтобы, как обычно, завтракать в своей комнате.

Лерой и Ирина восседали по разные стороны прямоугольного стола. Оба выглядели весьма озабоченными. Царившая тишина угнетала. Я внезапно поняла, что было неразумно приходить сюда, пока во мне растет ребенок Винсента, но было уже поздно.

Я села на стул рядом с Леной, напротив Армина. Младший брат аккуратно зачесал свои рыжие волосы. Он уставился синими глазами в тарелку, но, погруженный в собственные мысли, так и не притронулся к еде. Черты его лица напряглись, и он стал похож на отца.

Я хотела ему улыбнуться, но он на меня не смотрел.

Я повернулась к Арло, сидевшему рядом с Армином. Каштановые волосы брата растрепались, но он не выглядел неряшливо, наоборот, казался очень красивым. Его покрасневшие карие глаза указывали на похмелье. Брат приложил руку к виску, и я поняла, что у него болит голова.

Наконец я посмотрела на Лену в кроваво-красном платье. Сестра заплела свои каштановые волосы в тугую косу. Она переводила взгляд с Лероя на Ирину. Сестра заметила, что я наблюдаю за ней, и слабо улыбнулась:

– Доброе утро.

– Доброе утро? – прогремел голос Лероя. – Север нашей страны пал из-за того, что мы не отослали эту девчонку.

Я стиснула зубы, когда поняла, что в мою сторону он даже не посмотрел. Лерой перестал быть для меня отцом, он стал врагом, которого мне предстояло уничтожить.

– Ребенок Сентерии нападает на нашу страну, пока мы игнорируем его требования.

– Может, это потому, что ты так и не стал мужчиной и не возглавил армию, хотя являешься самым влиятельным человеком в стране после мамы и Армина, – ядовитые слова невольно слетали с моих губ. – Винсент, которого вы пренебрежительно назвали ребенком, ради жены и собственного дитя прибыл сюда и разрушает все вокруг.

Я не собиралась защищать Винсента, но по какой-то причине почувствовала, что должна. Отец сжал в руке нож, но я продолжала прожигать его взглядом.

– Не надо, – предупредительно произнес Армин.

Разгневанный Лерой вскочил с места.

– Я не уступил ни клочка земли этому негодяю Эстесу, – прорычал он. – Теперь его сын стал занозой. И делает он это лишь ради одного человека. Почему ты не сопротивляешься, Армин? Ты так и собираешься сидеть сложа руки, пока Винсент не ввергнет страну в хаос и не заберет Китану? Север пал. Я уверен, что слухи уже распространились. Кто знает, что происходит на фронте, пока мы здесь тонем в междоусобицах?

У меня упало сердце, когда я осознала, что Винсент в опасности. Я глубоко вздохнула, безуспешно пытаясь прогнать прочь это гнетущее чувство.

Казалось, никто не обратил внимания на мои душевные терзания, но внезапно под столом рука Лены легла на мое колено.

– Мы должны что-то предпринять, Армин, – с нажимом сказал Лерой. Отец считал, что лишь он препятствует передаче меня Винсенту.

Арло кашлянул, привлекая к себе внимание.

– Вражеских солдат мотивирует присутствие в их рядах принцев, – заявил он. – Наши считают, что они одни.

– Вы предлагаете отправиться на фронт, – задумчиво произнесла Ирина.

– Армин останется во дворце, – предложил Арло, – потому что кто-то из нас должен остаться, на всякий случай.

Я осознала, что брат намекает на смерть, и волосы на моей голове встали дыбом.

– Наше присутствие воодушевит солдат и ослабит боевой дух врагов, – продолжил брат, затем посмотрел на меня и добавил: – Особенно Винсента.

– Эй-эй, – Лена приподняла руку и посмотрела на Арло. – Ты предлагаешь отправить беременную женщину прямо в гущу сражений?

– Любишь ты драматизировать, – поморщился Арло. – Срок еще небольшой.

– Мне не нравится эта затея, – отрезала Лена.

– Знаю, это не в твоем стиле, но прояви хоть каплю здравого смысла, – возразил Арло и наклонился вперед. – Винсент прибыл сюда, чтобы забрать Китану. Разве он или кто-то из его солдат сможет причинить ей какой-нибудь вред? Ладно, допустим, что у одного из солдат помутился рассудок. Китану тренировали с самого детства. Я уверен, что она легко справится с несколькими жалкими солдатами Сентерии. И я буду рядом.

Наступившая после тишина тревожила. Сердце замирало от мысли, что придется сразиться с Винсентом, но я постаралась ничем не выдать своего смятения.

– Арло прав, – согласилась я, – нам нужно отправиться на фронт.

У Лероя явно поднялось настроение.

– Тогда Лена и Армин останутся здесь.

– Забудь об этом, – отрезала Лена. – Я тоже поеду.

Я бросила благодарный взгляд на сестру. С тех самых пор, как выяснилось, что я беременна, наши отношения с Леной совершенно изменились. Я чувствовала, что могу ей доверять.

– Тогда начнем приготовления, – заключил Арло, поднимаясь.

– Куда направился? – прищурившись, поинтересовалась Лена. – Будто сам собрался паковать вещи.

Арло улыбнулся. Меня чуть не стошнило, когда я заметила его игривый взгляд.

– Мне нужно проститься со столькими женщинами, сестрица, боюсь, даже времени на всех не хватит, – ответил брат и покинул обеденный зал.

Я вернулась в свою комнату и села на кровать. Погода стояла теплая, дул легкий ветерок, но выходить на улицу не хотелось.

Я снова положила руки на живот и закрыла глаза. Я думала, что почувствую малыша, он придаст мне сил, но на деле даже не смогла побороть разочарование. Мое сердце разбилось вдребезги. Душа болела. Меня тошнило от невыносимой мысли, что придется встретиться лицом к лицу с Винсентом на поле боя. Я судорожно вздохнула.

Дверь распахнулась, и вошла Лена. Сестра села на кровать рядом со мной и положила руку мне на спину.

– Ты в порядке?

Я хотела соврать, но передумала и покачала головой:

– Я скучаю по нему.

Лена глубоко вздохнула:

– Могу только представить, что ты чувствуешь, Китана. Должно быть, невыносимо тяжело понимать, что через несколько дней на фронте ты встретишь любимого человека.

– Это так.

Слезы лились по моим щекам.

– Проклятье, Лена, – отозвалась я. – Как же мучительно, что он не чувствует того же, что я.

Казалось,