( Не ) пара для губернатора - Анна Жукова

— И если я хоть немного разбираюсь в женщинах, — его губы оказались в паре сантиметровых от моих, а я почти изнывала от прикосновений, которые казались мне слаще всего, что я когда-либо испытывала, — то сейчас твои трусики насквозь промокли, киска такая влажная, что если бы мы располагали временем, я без труда бы довёл тебя до оргазма, а то и двух, прежде чем… — его пальцы не останавливались и ласкали мою киску, так что я дрожала под уверенными и умелыми движениями. Его голос вновь снизился до горячего шёпота горлом, слегка перехватываемым возбуждением, а напряжённый член через ткань касался внутренней стороны бедра, — трахнуть твою сладкую, узкую дырочку прямо на этом столе.

Его губы коснулись моих, и наши пунктирные дыхания слились в одно. Языки хаотично толкались, обвивали, посасывали друг друга, как будто исполняя древний, пещерный танец у костра. Ваня был груб, хотя и старался сдерживаться. Я укусила его за губу и попробовала вырваться.

— Дикая, — он сжал мои ладони сильнее, выкрутив руки, остановившись на той зыбкой грани, где начиналась боль и не кончалось удовольствие, — приятно будет объездить тебя.

Я ещё раз попробовала вырваться, но простонала.

— Музыка для моих ушей. Чем усерднее ты ёрзаешь на моём члене, тем меньше шансов, что мы сегодня куда-нибудь полетим, — проговорил он хрипло, вновь потянувшись к моим губам.

Я замерла.

— Куда полетим? — не поняла.

Он отпустил руки, воспользовавшись моим замешательством.

— Полетим туда, где нам никто не помешает, — он склонил голову, любуясь мною всё ещё открытой для него.

Я резко свела ноги вместе и запахнула халатик, потуже завязав его и спрыгнув со стола.

— Нам нужен будет загранпаспорт? — не знаю, зачем я это сказала.

— Как раз по пути заедем.

У меня глаза ещё сильнее округлились.

— А как же я… в халате-то?

— По дороге купим, — он взял меня за руку и увёл за собой.

Глава 18

От лица Лены

«По дороге купим» оказалось уже на острове, на который мы перелетели ближе к вечеру на частном самолёте. В полёте я была предоставлена сама себе. Беркутов постоянно переговаривался с кем-то по телефону и работал.

А я украдкой изучала его лицо и повадки, пока он стучал по клавишам ноута. И ума не могла приложить, зачем такому фактурному мужчине, как он покупать «любовь» женщины? Любая могла бы быть с ним по доброй воле. И даже я.

От этой мысли у меня перехватило дыхание. От одного его взгляда, нечасто кидаемого в мою сторону, жадного, голодного, бросало в жар, возвращало к поцелуям и ласкам. А что дальше? Неужели он думает, что ему удалось меня купить?! Неужели он не понимает, что я могла бы любить его без всяких сделок? Но нужна ли ему моя любовь?

По улицам ходили державшиеся за руку счастливые парочки, несколько совсем пафосных дам с престарелыми кавалерами. Мы успели заскочить в несколько магазинов, и вот я, счастливая и ошалевшая от изобилия нарядов, отличавшаяся от отдыхающих только загаром, вышла из очередного магазина. Лёгкое платье-туника, схваченное под грудью золотым узким пояском, босоножки с невысоким каблучком венчали образ, в руках я держала широкополую шляпу.

Ваня висел на телефоне, и его тугая, накаченная задница подпирала кабриолет: белый, длинный. Он отвлёкся и бросил в меня короткий взгляд, уже было, отведя его, но затем вновь вернулся к моему лицу и фигуре, да так и залип.

Я замерла и оглядела себя.

— Что? — спросила, подняв бровь, — мне очень нравится.

Ваня лишь мотнул головой, судорожно сглотнув перехваченным горлом.

— Я перезвоню, — буркнул он в трубку и тут же сбросил звонок, — ездить умеешь? — спросил Беркутов и указал головой на авто.

— Нет.

Иван рассмеялся, наверное, оттого, что мои огромные глаза стали ещё больше.

— Боишься, что ли?

Я хмыкнула.

— Нет, — и подошла ближе.

Он передал мне ключи, а затем прошёл к дверце, где располагалось пассажирское сиденье, и сел. Я придала себе уверенный вид и присела рядом, за руль.

— Губернатор будет рисковать своей задницей и доверить свою жизнь некомпетентному человеку? — а у самой так и тряслись поджилки.

— Моя жизнь в самых прекрасных руках, Леночка, — белозубо улыбнулся Беркутов.

— Что нужно делать? — запаниковала и уставилась на рычаги и кнопки как баран на новые ворота.

— Я научу, — уверенно произнёс Иван и пододвинулся ближе, его рука как бы невзначай легла на моё колено, слегка сжав его.

— Я не обездвижена, губернатор Беркутов, могу и локтем двинуть, к примеру, — предупредила я, слегка свысока глянув в его лицо с хитрющим выражением.

— Я даже и не думал о таком, я же хочу… научить тебя, — шутливо оправдался тот, — слушай внимательно: нажми на тормоз правой ногой и зафиксируй машину на месте, затяни ручной тормоз, вставь ключ в замок зажигания, выжми левой ногой сцепление, переведи рычаг коробки в нейтральное положение, поверни ключ в положение старт и заведи мотор, отпусти педаль сцепления, и мы едем, Леночка.

Я с недоверием посмотрела на мужчину.

— Что? Так просто?

Беркутов хохотнул.

— А если я тут всё разворочу и на людей наеду? — страх непроглядной стеной застилал мне глаза.

— Я разрулю, — Ваня произнёс обыденным тоном, словно для него это было обычным.

— Привычно, значит, девушек из беды выручать? — где-то глубоко внутри неприятно заскребло, — скольких уже…

— Ты первая будешь, — сказал как отрезал и глазами в мою сторону так сверкнул, что кровь свернулась от жара, в ноги бросившегося.

Я проделала всё, что он мне только что говорил, и авто тронулось. Я от радости взвизгнула и отпустила руль.

— Руль, держи! — подсказал Ваня, и я тут же схватилась за него обратно, — крути, девочка, вправо.

— Так? — я вывернула руль.

— Молодец!

— А потом?

— А потом дорога будет прямой, просто следи за ней.

Я рассмеялась, набрав хорошую скорость, и неожиданно ощутила кайф от. Вскоре дорога стала петлять, а домики становились редкими.

— Ты чего смеёшься? — спросил Ваня, развалившись на сидении.

— Я няня, теперь ещё