Танцующая с волками - Сёстры Нолан

Хлопок двери отозвался ноющим ударом в глубине черепной коробки. Спину жгло огнём, словно в каждый позвонок вкручивали раскалённые болты. Устав сопротивляться, он со стоном провалился в беспокойное забытьё. И в этом сне Ульрих снова и снова падал в бездну, с ужасом ожидая рокового столкновения с землёй.

* * *

— Двенадцать секунд, Свенсон, молодец, — похвалил капитан Кларк, сверяясь с секундомером. — Четырнадцать, Локей, уступил две секунды. Снова второй.

В его голосе прозвучало сожаление, но Рой лишь отмахнулся, со всей злостью пнул лежащий на земле рюкзак и молча прошёл мимо Ульриха, бросив на него полный презрения взгляд.

Тот опустился на жухлую траву и открыл бутылку с водой, наблюдая за соревнованиями остальных охотников. Ребята показывали неплохие результаты, выполняя нормативы, но до их с Роем показателей явно не дотягивали, как бы ни старались. Повертев головой, Ульрих не нашёл мусорного бака, обычно стоявшего рядом с беговыми дорожками, и нехотя поднялся. Скомкав пластик в руке, он не спеша дошёл до больших контейнеров прямо за тренировочной площадкой и выкинул пустую бутылку. Ульрих уже собирался вернуться на поле, когда знакомый недовольный голос привлёк его внимание.

— Снова второй, — отчитывал Говард Локей сына, не стесняясь в выражениях. — Четыре года не можешь обогнать этого недомерка. И зачем я только тратил своё время на занятия с тобой? Стоило сразу понять, что ничего путного из такого, как ты, не вырастет.

Рой молча глотал обидные слова, даже не глядя на отца, который распалялся всё больше и больше, продолжая втаптывать собственного ребёнка в грязь. Ульрих покачал головой и почему-то впервые посочувствовал товарищу. Иногда лучше остаться без родителей, чем находиться рядом с такими, как Говард, которые медленно отравляют тебя изнутри, вместо того чтобы верить и поддерживать.

Когда он вернулся на площадку, все мысли о Локеях тут же испарились, стоило увидеть, как Оливия нервно дёргает ногами, изображая разминку и ожидая своей очереди. Девчонок в гильдии всегда можно было пересчитать по пальцам, и ей в соперники, к разочарованию девушки, достался Коди Торрес. Он хоть и являлся их хорошим другом, но был из тех, кто не мешает личные отношения с карьерой, поэтому об уступках с его стороны можно было и не мечтать.

— Ты молодец! — похвалил Ульрих, приобнимая красную от напряжения подругу за плечо после забега. — Девятнадцать секунд — неплохой результат!

— Ну конечно, — мрачно отозвалась она, убирая выбившуюся прядь волос за ухо.

Тонкие пальцы легко скользнули по бледной испещрённой золотистыми конопушками коже, стирая несколько капелек пота, а Ульрих в этот момент забыл, о чём вообще шла речь.

— Я даже до среднего норматива не дотянула, — продолжала сокрушаться Оливия.

— Свенсон, Торрес, Барнс, Локей, Дуглас, готовьтесь на три километра, — гаркнул Джаспер Кларк, отвлекая друзей.

Ульрих разочарованно выдохнул, не желая возвращаться к соревнованию так скоро, но всё же поплёлся к дорожке, где уже выстроились остальные ребята. Стоило лейтенанту дать старт забегу, опустив руку вниз, как Ульрих сразу вырвался вперёд.

Он всегда любил бег. За спиной оставались проблемы и правила, обязательства и обиды. Он наслаждался тем, как ветер на сотую секунды задерживается на лице, обдавая прохладой. Как в теле появляется небывалая лёгкость, помогая не ощущать усталости. Как желание двигаться дальше перекрывает здравый смысл, и, если бы дорога не создавала идеальный круг с финишной чертой, он вполне мог бежать так часами, всё равно куда. Просто вперёд.

Но белая полоска на асфальте уже замаячила перед глазами. А вместе с ней и напряжённое лицо подполковника Локея, стоявшего рядом с лейтенантом Кларком. Но как только Ульрих вышел на финишную прямую, Говард развернулся и зашагал в сторону административных зданий.

Секундный порыв заставил немного сбавить темп, и Джилрой через пару мгновений опередил его, став лидером забега.

— Одиннадцать минут тридцать секунд. — В голосе лейтенанта слышалось неподдельное удивление, но Ульрих даже не посмотрел в его сторону, выискивая взглядом Оливию. Тяжело дыша от долгой гонки, он повернулся к импровизированным трибунам у края поля и тут же столкнулся с раскрасневшимся Джилроем.

— Какого чёрта ты творишь? — тот схватил его за грудки и дёрнул на себя. В карих глазах пылал гневный огонь. — Мне не нужны подачки. Тем более от тебя. И лучший результат тоже не нужен.

Переполненный злобой парень яростно выплёвывал слова, не обращая внимания на поглядывающих в их сторону людей.

— Отцепись от меня, — угрожающе зашипел Ульрих, скидывая его руки. — Кому ты сдался? Тебе не то что подачки, слова лишнего говорить не хочется!

Не обращая внимания на подскочившую к нему Оливию и все её просьбы успокоиться, Ульрих уже завёлся и толкнул обидчика в грудь. Джилрой словно этого и ждал, намеренно выводя на стычку, и, как только соперник вышел из себя, выбросил вперёд кулак, целясь в челюсть. Но тот не остался в долгу и тут же кинулся в драку, повалив Роя на землю. Точные удары мешались с беспорядочными, в ушах звенело так, что даже крики Коди и мольбы Оливии остановиться не могли охладить пыл дерущихся.

— Что тут творится? — Грозный оклик лейтенанта Кларка заставил гудящую толпу разбрестись по территории, но парни и не думали прекращать, катаясь по траве, словно сцепившиеся псы.

— Устроили бабские разборки, — ругался охотник, разнимая их. — Позорище!

Он встряхнул каждого за шкирку, развёл в стороны и, как только проблески адекватности мелькнули в их глазах, продолжил:

— Я смотрю, вам энергию некуда девать? Значит, направим в нужное русло. Оба переодеваться, и в дневной патруль. У вас десять минут!

Ульрих не мог поверить собственным ушам. Его первый патруль и так скоро. Всего-то нужно было послать к чёрту собственную выдержку и хорошенько вмазать рыжему недоумку, чьи выходки и нахальная рожа уже давно стояли поперёк горла.

Радостное волнение заглушило внезапную вспышку ярости, что зародилась где-то внутри от стычки с Джилроем. Короткие сборы, нудный инструктаж, завистливые взгляды Оливии, которая провожала его до самых ворот, — всё пронеслось перед глазами как один миг. И даже тот факт, что в пару ему, словно в наказание, поставили Роя, не портил настроения.

Всю дорогу от базы парни шли молча, намеренно игнорируя присутствие друг друга. Ульриха не тяготило отсутствие разговоров, он скорее наслаждался тишиной и звуками природы. Только странное предчувствие, которое появилось, стоило им отойти на достаточное расстояние от стены, свербило где-то в уголке сознания. И чем дальше они углублялись в чащу, тем сильнее охватывало