Все по-честному - Сандра Мэй

– А кто его знает? Собственно, в чем состояла ценность твоей предыдущей жизни? Вот, скажем, квартира: по метражу ты точно выиграла.

– Ну знаешь…

– Потом, домашние животные. Раньше ты не могла себе позволить завести собаку, а теперь пожалуйста – Варфоломей, взрослый пес, и никаких лужиц на ковре. Ну во всяком случае почти никаких. Редко.

– Что-о?

– Нет! Главное – вовремя выходить гулять. Идем дальше. Раньше вам с Лори приходилось самим заниматься всеми юридическими сложностями – теперь у тебя есть бесплатный юрисконсульт, причем без ложной скромности отметим – один из лучших в стране.

– Я не собираюсь просить тебя тратить время на мой бизнес.

– Мэри Лу, у тебя принципиально неправильный подход к нашим отношениям. Ты меня прости, но у меня создается впечатление, что ты себя считаешь кем-то вроде пленницы в гареме или заключенной, отбывающей трехмесячный срок… А ведь мы договаривались совсем о другом.

– О чем же?

– О том, что мы ПОПРОБУЕМ. Наладить отношения, узнать друг друга получше, возобновить старую дружбу, а там – кто знает – перейти на новую ступень. Вдруг получится?

– Надеюсь, ты не думаешь, что это возможно совершить за один день?

– Конечно нет! Но работать над этим надо с первого же дня. Для начала определимся: кто такие супруги?

– Люди, которые живут вместе.

– Хорошо, но мало.

– Ну… любят друг друга.

– Это признание?

– Нет!

– Вот видишь? И я тоже знаю массу примеров, когда супруги не испытывают друг к другу никакой любви вовсе, либо она превратилась в нечто другое.

– Во что же?

– В привязанность, например. В привычку. Что морщишь нос? Знаешь, на склоне лет очень важно иметь рядом человека, который все о тебе знает, привык к твоим закидонам, прощает тебе твои слабости, храп, например…

– Ты храпишь?

– Упаси боже! Но с годами могу начать.

– Хорошо, что я этого уже не застану.

– Вот видишь, ты опять! Нельзя браться за дело, заранее настроившись на провал. Надо внушать себе, что все получится.

– Ладно, допустим. Значит, ты предлагаешь пройти весь путь от начала и до конца? Но ведь ни ты, ни я не имеем опыта семейной жизни. Как нам научиться?

– Методом проб, ошибок и рисков. Кроме того, многие рекомендуют специальную литературу, но я скептически отношусь ко всем этим «Как Воспитать Хорошую Жену За Двадцать Четыре Часа».

– А про мужей тоже есть?

– Наверняка.

– Надо посмотреть…

– Мэри Лу! Я это все к тому, что мы должны вместе учиться жить вместе. А не смотреть каждую минуту на календарь и не делать зарубки на дверном косяке, как Робинзон Крузо.

– Я попробую. Честно. Но ничего не обещаю. Пока что я все еще ощущаю себя твоей… заложницей.

– Что ж, хоть что-то. Слыхала о стокгольмском синдроме? Рано или поздно заложник начинает испытывать к своему захватчику почти родственные чувства, а захватчик начинает чувствовать ответственность за заложника.

– Не умничай, Лапейн. Я про это тоже читала, там все было по-другому. Сильный стресс, адреналин, общий антураж – все эти автоматы, черные маски… Ты же, как истинный крючкотвор, прижал меня к стенке простой бумажкой. Холодно и расчетливо, исключительно из личной выгоды. Даже, можно сказать, из лени, потому что я все равно убеждена, что ты мог бы заполучить в невесты любую женщину в этом городе, которую пожелал бы…

Дэн неожиданно встал и подошел к Мэри Лу совсем близко. Синие глаза потемнели и полыхнули странным и страшным пламенем.

– А если я пожелал тебя, Мэри Лу? Именно тебя, такую, с этими черными глазами, каштановыми локонами и недоверчивым характером?! Со всеми твоими фиалками, фильмами про любовь и полным неумением кокетничать?!

– Дэн…

– Не бойся. Я сдержу слово. Ты в безопасности – пока сама не захочешь рискнуть. Но если все же захочешь… Моя дверь напротив. И в ней нет замка. А я вовсе не расчетливое чудовище, я парень хоть куда и секс предлагаю только тем, кто мне нравится, а не всему, что шевелится. Спокойной ночи! Барт, гулять!

Он повернулся и ушел, а Мэри Лу в полуобморочном состоянии сползла с табурета и спаслась бегством в свою комнату. Заперев дверь, она привалилась к ней спиной и медленно стекла на пол.

Легко не будет! Будет нелегко!

В три часа ночи растрепанная и несчастная Мэри Лу сидела на кровати в одной футболке и мрачно считала на пальцах – в уме уже не получалось.

Они с Лори договорились выехать в семь – значит, встать надо в половине седьмого. Сейчас почти три – осталось спать три с небольшим часа… если заснуть прямо сейчас, а это невозможно. Во-первых, очень хочется в туалет. Во-вторых, хорошо бы принять горячую ванну и расслабиться. В-третьих, надо перестать думать о Дэне Лапейне и его последних словах. В-четвертых, перестать думать о сексе.

Секс! О, Мэри Лу Дженнингс знала о сексе все. Перекрестное опыление, почкование и черенкование. Наружный подвой, разделение семядоли – тут ей не было равных. Если же вспомнить курс общей биологии, то и здесь у нее всегда были хорошие оценки, и ей прекрасно известно, что особи мужского пола оплодотворяют особей женского пола путем соития у млекопитающих и внешнего оплодотворения у, скажем, рептилий…

Она ничего не знает о хорошем сексе, потому что у нее никогда не было хорошего секса! Было – бестолковая возня в темноте, тридцать секунд сомнительного удовольствия и странных ощущений, чувство неловкости с утра и затаенная тревога в течение последующих двух-трех недель – не бракованное ли попалось резиновое изделие?

Было – три ее ровесника в разные периоды жизни, случайная потеря девственности на первом курсе, потом неудачная попытка забыть о Дэне Лапейне и его поцелуях – на третьем, ну а в последнее время ее избранником был Крис Монтегю. Гей. Обалдеть!

И еще она сейчас лопнет, если немедленно не отправится в туалет!

Мэри Лу соскользнула с кровати и на цыпочках поскакала к двери.

В квартире стояла тишина, свет неоновых светильников и рекламы на пятнадцатый этаж почти не проникал, поэтому было темно, практически как за городом. Мэри Лу затаила дыхание и сделала пару шагов по коридору…

Мерный стук хвоста об пол и холодный нос, ткнувшийся ей под коленку, возвестили о том, что верный Барт расположился на ночлег в коридоре между хоть и приятной, но чужой теткой и обожаемым хозяином. Мэри Лу удалось не завизжать и не наступить на стратегически важные части Барта, после чего она с удвоенной осторожностью двинулась мимо двери в комнату Дэна… и замерла напротив приоткрытой двери.

Дэн заснул, а телевизор – большую плазменную панель на стене – не выключил. Таймер, видимо, тоже не сработал, и потому комнату заливал призрачный мерцающий свет от экрана. В этом свете фигура лежащего на кровати мужчины высвечивалась особенно рельефно.