Впервые в жизни - Джилл Шелвис

Шоколад полезен для ребенка.

Эми не верила глазам. Эта девчонка в голубой толстовке! И лицо еще грязнее, чем тогда! Глаза блестят притворной бравадой и гордостью, за которыми прятался страх. И ничего больше. На челюсти синяк. Кто‑то ударил ее. От этой мысли внутри у Эми похолодело.

— Эми, это Райли. Райли — Эми! — представил он. — Райли голодна. А я, как обычно, быка могу съесть!

— Без проблем.

Эми положила меню перед тощей Райли. Мэтту она меню не позаботилась принести. Он знал все, что они подавали.

Мэтт постучал пальцем по меню Райли.

— Все, что пожелаешь.

Поднялся и, двигаясь с обычной грацией, приблизился и сжал руку Эми.

— Удели минуту!

Она открыла было рот, объяснить, что слишком занята, но взглянула ему в глаза, увидела огромную усталость и позволила ему увести ее в задний коридор, где были туалеты.

— Ты в порядке?

Он удивленно поднял брови, но кивнул. Либо действительно все в порядке, либо не хочет это обсуждать.

— Что она делает здесь, да еще в твоей компании?

Он не ответил. И судя по тому, как смотрел на нее, Эми поняла, что он привел ее сюда совсем не для того, чтобы обсуждать девчонку. Но для чего же?

— Я думал о тебе, — выпалил он.

Не ожидая этого и волны эмоций, последовавшей за его словами, Эми уставилась в светло‑карие глаза. Мэтью даже не коснулся ее, но знакомый озноб пробежал от корней волос до кончиков пальцев на ногах, а потом — по каждой эрогенной зоне ее тела, которых оказалось намного больше, чем она помнила.

Но Мэтт, ничего не заметив, положил руки на ее бедра и осторожно прижал к стене. Очевидно, происходящее очень ему нравилось.

В коридоре больше никого не было, так что когда он наклонился и поцеловал Эми, никто не услышал ее удивленного возгласа.

Он не ласкал ее языком. Только упругими, теплыми губами. Но поцелуй никак не назовешь сладостным. Ни в коем случае. Нет, поцелуй преследовал определенную цель, и этой целью было напомнить ей, насколько опасная среда образовалась между ними. В этот момент Эми предпочитала оставаться именно здесь и показала это, прижавшись к нему и ответив на поцелуй.

Мэтт продолжал целовать Эми, пока ее колени не подогнулись. Потными руками она вцепилась в его форменную рубашку, чтобы не упасть. Только тогда он отстранился. Ровно настолько, чтобы встретить его взгляд. Он пробормотал что‑то похожее на «каждый гребаный раз»… тихо рассмеялся и покачал головой, словно тоже не мог поверить. Снова коснулся ее губ губами, на этот раз более нежно, успокаивая кипевшую кровь.

И заговорил, словно ничего такого не случилось:

— Нашел девчонку в горах. Незаконно туда проникла. Думаю, она там и живет. В правах написано, что ей восемнадцать. Нужно попросить Сойера проверить адрес, но сначала я ее накормлю.

Черт. Черт! Как держаться от него подальше, когда он ТАК ее целует и пожалел попавшую в беду девчонку?

— Она не здешняя?

— Не знаю. Солгала, что отдыхала в горах с родителями. Теперь говорит, что приехала в город навестить друзей, но наверняка опять врет. Хотелось бы отвезти ее домой, но не могу понять, откуда она.

Эми поморщилась.

— Что?

— Не все живут в сказочном домике, — пробормотала она, с болью сознавая, от чего именно может бежать девушка.

Лицо Мэтта стало угрюмым: очевидно, он тоже прекрасно все понимал, возможно, лучше, чем полагала Эми.

— Да. Знаю, — вздохнул он. — Просто подумал — может, поможешь в этом разобраться?

Эми застыла. Он спокойно смотрел на нее.

Значит, не шутит.

— О нет! Нет, нет, нет!

— Но почему?

— Что я знаю о девочках‑подростках?

— Но ты помнишь, как сама была подростком?

Да, куда лучше, чем хотелось бы! Как и Райли, она осталась на улице в слишком юном возрасте. Если оглянуться назад, просто чудо, что она вышла из испытания без особых потерь, не говоря уже о том, что осталась жива.

— У меня нет времени на…

— Попытайся немного ее смягчить, — попросил он. — Я хочу помочь ей. Но не слишком ей нравлюсь, и похоже, она попала в беду.

— Какую беду?

— Не знаю.

Мэтт провел ладонью по лицу, словно смертельно устал и едва держался на ногах. И черт побери, если и это не смягчило ее!

— Вытяни из нее все, что можешь, — попросил он, почувствовав, что Эми сдается. Очевидно, он не настолько устал, чтобы не воспользоваться ее слабостью. — Больше ничего. Всего несколько минут.

— Но почему именно я?

Он погладил ее висок загрубевшим пальцем, отчего она вздрогнула.

— Потому что умеешь обходиться с людьми.

Она сдавленно хохотнула.

Ее обхождение с людьми обычно заключалось в умении их злить.

— Ну, если я твоя последняя надежда, значит, в беду попал ты.

Его обжигающий взгляд говорил о том, что он не просто в беде. Что он и ЕСТЬ беда и стоит каждой секунды этой беды. Но его следующие слова быстро загасили внутренний огонь:

— Думаю, с ней дурно обошлись. Либо били, либо… Заметь, она терпеть не может, когда до нее дотрагиваются. А когда мы пришли сюда, она предположила, что в уплату я потребую секс.

Эми снова стало нехорошо, но она кивнула и попыталась протиснуться мимо Мэтта в обеденный зал. Но он сжал ее запястье.

— Эй, ты в порядке?

— Конечно!

Как всегда. Она попыталась вырвать руку, пронизывая Мэтта взглядом, но тот не сразу ее отпустил. Ее патентованный «не заставляй меня пинать твою задницу» взгляд.

— Мне нужно работать. Джан платит мне не за то, чтобы шляться по коридорам и целоваться с посетителями.

Усталость в глазах Мэтью немного рассеялась. Он улыбнулся так, что ей захотелось снова его поцеловать.

— Ты часто целуешься с посетителями?

Эми оттолкнула его. Можно подумать, Мэтт не знает, что он единственный. И несмотря на то что ей якобы не терпелось вернуться к работе, она не сразу пошла к столикам.

Немного подождала. Набрала в грудь воздуха. Она охвачена смятением, которое не в силах унять.