Лягушка в сметане - Лариса Кондрашова

Для начала она позвонила той женщине Бориса, самой первой, которая сказала, что им теперь нечего делить, и представилась:

— Это вас беспокоит жена Бориса… покойного… Будилина… Скажите, Пам… Ира, не могли бы вы уделить мне несколько минут? То есть встретиться где-нибудь.

— О, хорошо, что вы позвонили, — обрадовалась та, — а я все думала, звонить вам, не звонить, вдруг вы разозлитесь и не станете меня слушать… Тут кое-какие вещи Бориса у меня остались. Я бы хотела вам их отдать.

Варвара чуть было не выпалила, что никакие вещи покойного изменника ей не нужны, но подумала: а вдруг это какие-то документы? Какой-то намек на исчезнувшие деньги…

— Не встретиться ли нам в кафе «Три богатыря»? — предложила Пампусику Варя — про себя она продолжала ее так называть, справедливо полагая, что среди бывших пассий покойного вполне может отыскаться еще парочка-другая Ирин.

— Давайте. Оно как раз недалеко от моего дома.

«В этом кафе я стану назначать встречи всем фигурантам», — с усмешкой подумала Варя.

Надо же, Боря даже в этом старался себя не перетруждать. Его любовница жила поблизости. Только скажи жене, то есть Варваре, что пойдет в магазин или к другу, а далеко и идти не надо… Зашел в привычный дом, кофейку попил, еще кое-чем занялся, а жене можно сказать, что знакомого встретил или что в магазине свет выключили. Да мало ли…

Женщины назначили встречу через полчаса, и когда Варя пришла в кафе, Пампусик была уже там. И описала она себя Варваре довольно точно:

— Я, знаете, такая высокая блондинка с короткой стрижкой… довольно полная, в зеленом брючном костюме.

Ей то ли не терпелось увидеть свою бывшую соперницу, то ли жгли руки вещи покойного.

— Здравствуйте, Ира, — без колебаний обратилась к ней Варя. — Я — Будилина.

— Здравствуйте, — несколько растерянно протянула она.

Как, эта тоже удивляется? Вадим представлял себе жену Бориса совсем другой, а в чем ее несоответствие с идеалом для Пампусика?

— Вы ожидали увидеть не такую женщину, как я? — все же поинтересовалась Варя.

Она чуть сама не сказала: более крутую, более красивую?

— Да, — медленно кивнула Пампусик, будто приходя в себя от удивления. — Точнее сказать, не такую, а не ту! Сейчас вы поймете. Однажды я встретила Бориса в городе с какой-то женщиной. Они шли обнявшись и так мило ворковали. Борис прошел мимо, будто не замечая меня, хотя я точно знала, что он меня сразу засек. Я обиделась, но он позвонил и объяснил, что это была его жена.

— Кажется, он ничего не боялся: ни того, что его увидят, ни того, что об этом узнаю я, — усмехнулась Варя.

— Вы не правы, еще как боялся, — не согласилась Ирина. — Он был профессиональным конспиратором. Просто этой женщины он, как я теперь понимаю, в тот момент добивался. Уж не знаю, что он ей обещал, но если и не любил ее, то зачем-то она была ему нужна. Потом я ее видела в «Энергосбыте». Эту женщину посетители звали Виктория Дмитриевна. Фамилию я не стала уточнять. Думала, что Будилина, как и у него.

— Не возражаете, я закажу вам кофе? — предложила Варя. — А еще тут пекут отличный маковый рулет. Не говоря уже о пирожных.

— Я знаю, — вздохнула Пампусик и хохотнула. — Решила худеть с сегодняшнего дня, но ладно уж, перенесем экзекуцию на завтра.

— Прямо-таки экзекуцию? — улыбнулась Варя.

— И даже хуже. Вместо еды потребление всякой гадости, потом очистка желудка варварскими методами, иначе и не скажешь, а в довершение ко всему — прием натощак стакана оливкового масла.

— Без ничего? — ужаснулась Варя.

— Можно будет закусить ломтиком лимона, — сказала Пампусик.

Боря очень удачно дал ей прозвище. Такая эта Ира была аппетитная, сдобная и притом рыхловатая…

Подошел официант. Варя заказала ему два кофе и маковый рулет.

— Ах да, — спохватилась Ирина, — я ведь дипломат вам принесла. Рассеянная, просто жуть! Я и с Борисом покойным из-за этого познакомилась. В магазине. Я всего набрала, а подошла к кассе, и выяснилось, что кошелек дома забыла. Он за меня заплатил. А я попросила его, да просто потребовала, чтобы он пошел со мной ко мне домой, где могла бы отдать деньги.

Что она несет! Когда это Борис ходил по магазинам, где что-то себе покупал? Все три года в магазин ходила Варя…

— Скажите, а давно это было?

Пампусик наморщила лоб.

— Точно не скажу, но где-то четыре с лишним года назад.

Ясно, он был знаком с этой Ириной до того, как встретился с Варварой и они поженились. Она так вслух и сказала:

— Мы были женаты с Борисом три года. Как раз в феврале годовщину праздновали.

— Правда? — удивилась та и, подумав, сникла. — А мне он сразу сказал, что женат. Наверное, для того, чтобы я ни на что не претендовала. Нет, вы не думайте, мне вовсе не обидно. Если бы он не сказал об этом сразу, я бы ждала, на что-то надеялась, а так… И ему было хорошо, и мне…

Она осеклась и виновато посмотрела на Варю.

— Давно он оставил у вас этот дипломат? — спросила Варвара, словно не придавая значения рассказу Пампусика.

— Наверное, с месяц тому назад, — подумав, сказала та.

— И вы знаете, что в нем?

— Нет. Дипломат заперт. Здесь кодовый замок. И потом, знаете, я не очень любопытна. Вещь чужая. Наверное, какие-нибудь бумаги.

— Интересный вы человек, — пробормотала Варвара, откусывая замечательно пахнущий ванилью и сдобой кусок рулета. Она не встречала прежде нелюбопытных женщин.

— Увы, ничем я не интересна, — опять вздохнула Ирина, — разве что ленью. О, лениться я умею как никто другой, со смаком. Вы не поверите, я и с мужчинами-то стараюсь пореже знакомиться, потому что уж очень они меня напрягают. Боря… уж извините, что я говорю о нем в таком интимном тоне, но из песни слова не выкинешь… Так вот, Боря меня своим присутствием не утомлял. Придет, еду с собой принесет, книгу мою приподнимет — что читаешь? Я ему чайник включу, бутерброд сделаю, он возле меня на диване пристроится и тоже спит. Хорошо, говорит, у тебя, спокойно. Знаете, в моей квартире окна выходят на такой небольшой тихий дворик, весь в зелени. Ни шума, ни криков. Телевизор потихоньку что-то бурчит. Подниму взгляд, что-нибудь интересное на экране увижу, звук прибавлю… Ну и ночью не слишком утомлял меня своими домогательствами. Знает, я поспать люблю… Ой, простите, вам, наверное, неприятно это слышать.

— Ничего, говорите, раз уж ваши истории как песни.

— В каком смысле? — не поняла Ирина.

— Я шучу, это по ассоциации, что ни слова не выкинешь… Вы не работаете? — спросила Варя.

— Работаю, — сокрушенно покачала головой Пампусик, — как же без работы? Найти бы мужчину, чтоб и содержал, и пореже перед глазами мелькал, так ведь нет, он же потребует свои деньги непременно отрабатывать. Такой вот замкнутый круг…