Лягушка в сметане - Лариса Кондрашова

— А рот зачем ему закрыли? — спросила Варвара, скрывая смех. — Он что, на помощь звал?

— Да матерится, гаденыш, просто спасу нет! Думаю, придете в себя, а тут — сплошная словесная помойка!

Какой, оказывается, этот Вадим деликатный. Когда он угрожал ей пистолетом, ничего подобного Варя в нем не заметила. Ладно, она не будет злопамятной. Что было, то прошло. Будем считать, что сначала она увидела Вадима с самой плохой его стороны…

— А долго я так лежала?

— Минут пять.

— Однако как вам удалось с ним справиться, с таким бугаем?

Она прикинула на глаз комплекции бандита и Вадима. Ростом они, пожалуй, не отличались, зато весом первый намного превосходил второго.

— Ну, во-первых, я этому учился, как бы вы ни морщили свой носик при слове «телохранитель».

Варвара смутилась.

— А во-вторых, дверь была не заперта.

— Вы с дороги мне звонили?

— В том-то и дело, что я как раз остановился у вашего подъезда, но решил все же предварительно позвонить.

— Он такой огромный… — Варя боязливо взглянула на связанного бандита.

— Ага, женщин бить он мастер, а вот реакция нулевая! — Вадим презрительно скривился. — Ничего, кроме мышечной массы…

Он усмехнулся, глядя, как тот завозился на стуле.

— Ну и что ты корчишься? Все равно ведь ничего со мной не сделаешь, даже если я тебя развяжу. Зачем же хозяйке беспорядок устраивать? Мы уж лучше тебя в милицию сдадим… Кстати, я так и не понял, чего он хотел? Это обычный грабитель или с идеей?

— Требовал от меня акции мясокомбината, на котором работал покойный муж.

— Акции? — изумился Вадим. — Да… Вот и мы догнали Запад. Теперь у нас воруют уже не деньги, а ценные бумаги… А что, у Бориса был контрольный пакет?

— Понятия не имею. Сначала позвонил директор комбината, и почти сразу за ним вот этот заявился. А я даже не знаю, есть ли они в квартире. Где обычно держат акции, разве не в банке?

— У кого какая банка. Может, акции туда не помещаются… Извините, Варя, вам сейчас вовсе не до шуток… Так, с акциями потом разберемся. Давайте решим, что с этим типом делать? Будете звонить в милицию?

Связанный замычал.

— Он не хочет, — перевела Варвара.

— Интересно, кому же захочется, чтобы его на горячем поймали? Не будет лазать по домам.

— Вадим, прошу вас! Выньте у него изо рта пестик. Таких пестиков уже не делают, он мне от бабушки достался. Еще перекусит!

Вадим вытащил кляп.

— Мужик, у тебя есть одна минута, чтобы сказать последнее слово, но не путай с последними словами, здесь дама. Я этого не люблю.

Варя подвигала шеей.

— Представьте, до сих пор болит. Может, и мне садануть его чем-нибудь тяжелым?

— Отпустите меня! — наконец заговорил тот.

— Интересно, он еще имеет наглость о чем-то нас просить! Отпустите… Чуть меня не задушил.

— Может, мы ему что-нибудь отрежем, в возмещение ущерба? — строго спросил Вадим. Варя видела, что он шутит, но грабителю явно было не до смеха.

— У меня в куртке деньги. Возьмите… половину.

— Ты посмотри, еще условие ставит: половину. Небось сам не стал бы воровать половину акций, забрал бы все.

Варя посмотрела на связанного бандита недоверчиво.

— Интересно, чего бы ему предлагать нам деньги? Стал бы он, имея деньги, в квартиру лезть?

Но пленник объяснил:

— Это стоимость акций. По номиналу.

— А-а, ну если ему вперед заплатили…

Вадим поднял с пола валявшуюся тут же куртку.

— Ого, да здесь же… десять тысяч баксов! Ни фига себе! Выходит, его послали акции купить, а он решил взять их даром. Жадность фраера сгубила!

— А давайте позвоним директору комбината и все ему расскажем, — предложила Варя.

— Не надо! — взвыл грабитель.

— По-моему, он директора боится больше, чем милиции.

По лицу бандита было ясно видно, что Варя угадала.

— Послушайте, Вадим, но ведь половина — это как раз долг Бориса.

Он молчал и смотрел на нее.

— Понимаете, вы сразу решите свои проблемы.

— Это грязные деньги, — тихо сказал он.

— Застрелиться и не жить! — изумленно пробурчал грабитель. — Такого я еще не слышал. На дурняк и уксус сладкий! Не будь лохом, мужик! Пока я добрый.

— А ты молчи, тебя не спрашивают! — Вадим посмотрел на Варвару. — Деньги, что я одолжил вашему покойному мужу, я заработал. Никого не надул, не ограбил, потому и злился, что не могу получить их обратно. Но таким путем…

— Тогда давайте его отпустим, — предложила Варя.

— Вот еще, отпустим! Давайте его лучше замочим! — Вадим незаметно подмигнул Варваре. — Его отпустишь, а он опять заявится, да не один. Уж лучше раз — и концы в воду.

— Я больше не приду, мужик, гадом буду, чтоб я сдох!

Варя смотрела на Вадима, едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться. А он продолжал куражиться:

— Извините, что я ваш провод использовал. Но я другой куплю. Лучше его не развязывать, так труп в мешок и сунем. Я машину поближе к подъезду подгоню, а вы пока на стреме постоите. У вас есть что-нибудь тяжелое, чтобы к мешку привязать? С обрыва сброшу, когда его еще найдут… Раки так объедят, никто не узнает.

— Ты что, мужик, в натуре не шутишь? — Бандит тщетно вглядывался в Вадима, но лицо того было непроницаемо.

— Выйдите, Варя, — сказал Вадим, — не стоит вам на это смотреть.

Они опять посмотрели друг другу в глаза. Причем Варвара уже открывала рот, чтобы сказать: «Хватит, он уже и так достаточно напуган!» И вдруг оба вздрогнули от громкого всхлипа, а потом и рева.

— Мама дорогая, да он плачет! — изумился Вадим.

По лицу бандита катились вовсе не скупые мужские слезы, а прямо какой-то слезный водопад.

— У меня дети сиротами останутся! — рыдал бандит. — Жена от горя… она меня так любит…

— Что ж ты о детях не думал, когда в квартиру ворвался? — хмыкнул Вадим, пряча глаза от Вари; ему вдруг стало жалко этого здорового дурака.

Он взял из ее рук кухонный нож и разрезал узел, чтобы с ним долго не возиться. Потом рывком поднял со стула обессилевшего незадачливого вора и вывел его на лестничную площадку, пинком придал ему ускорение и бросил вслед его куртку.

— Только попадись мне еще!

Потом закрыл входную дверь на защелку и вернулся в комнату.

Варя сматывала в моток провод и, взглянув на Вадима, тихо сказала: