Фея сластей - Линда Гуднайт

– Кто это был? – спросила Натали. Роза вприпрыжку вбежала на кухню.

– Никто.

– Реклама товаров?

Дочка пожала плечами:

– Наверное. А можно мне кусочек торта?

– Как насчет яблока?

Роза скорчила гримасу, но удовольствовалась яблоком.

– Мам?

– Да?

– Да так, ничего.

Что-то в голосе дочери настораживало.

– У тебя все в порядке?

– Ты все еще любишь папу?

Как объяснить ребенку, что жизнь продолжается? Что любовь не вернет Джастина?

– Конечно, люблю, детка. Мы всегда будем любить папу. Почему ты спрашиваешь об этом?

– Лили хочет, чтобы ты вышла замуж за Купера, и тогда у нас будет новый папа.

У Натали едва не остановилось сердце.

– У вас был хороший папа, он любил вас, и ничто не может это изменить.

Но Розу не провести.

– У некоторых детей появляются новые папы.

– В этом нет ничего плохого, детка.

В глазах девочки заблестели слезы:

– Пожалуйста, не выходи за Купера.

– Мы с Купером просто друзья.

– Я думаю, что ты ему нравишься больше, чем друг.

Что может знать о таких вещах восьмилетняя девочка? Как она могла ощутить то, что происходит в душе ее матери, когда Купер стоит рядом или когда она слышит его чувственный смех?

– Иди-ка сюда, розочка моя. – Натали привлекла девочку к себе, и та уткнулась носом ей в бок. – Мне нравится Купер. Ничего нет плохого в том, чтобы он тебе тоже понравился. Папа не стал бы возражать.

Роза вздохнула и прижалась крепче. Натали подумала, что ей удалось убедить дочку. Но она ошиблась.

– Мне он не нравится, – заявила Роза и убежала.

Натали закатила глаза. Что делать? Одна дочка спокойно играет в куклы и читает сказки, а другая разговаривает с невидимым щенком и тайком таскает пирожные и глазурь для тортов.

Таймер на новой плите засвистел одновременно со звонком в дверь. Натали очень нравился мелодичный свист, издаваемый новой духовкой. Купер подарил ей действительно самую лучшую плиту. Проверив праздничный малиновый торт и убедившись, что он еще не готов, она вновь запустила таймер и пошла к двери.

На ступенях стоял Купер, взволнованный и запыхавшийся.

– Слава богу, ты дома. Что случилось?

– Все в порядке. Почему ты спрашиваешь?

– Кто-то из близнецов сказал мне, что тебя нет. Я чуть не умер от страха, решив, что они одни дома. Я подумал, ты попала в аварию на своем старом фургоне. Твой диабет…

– Господи! Я весь вечер дома, с девочками. – В мозгу зародилось подозрение. Нет, Роза не могла сказать заведомую ложь. – Ты недавно звонил? Минут двадцать назад?

Он кивнул, а Натали закрыла глаза и, сосчитав до десяти, громко крикнула:

– Роза Изабелла!

Роза медленно и нехотя вошла в гостиную. Увидев Купера, она хотела убежать, но Натали с металлом в голосе приказала:

– Нет, мисс, останься. Ты ничего не хочешь объяснить?

– Честное слово, я не знала, что это он. Маленькая обманщица.

– Роза, – твердо продолжала Натали, – это неправда, и мы обе это знаем. Вранье до добра тебя не доведет. Ты меня очень расстроила.

Роза надула губы, но все-таки произнесла:

– Купер, простите.

Купер ей не поверил, однако ничего не сказал. Натали указала дочери на дверь:

– Искупайся и немедленно ложись спать.

– Сегодня по телеку…

– Очень жаль, но ты не будешь смотреть телевизор два дня. Ты наказана.

– На этой неделе показывают рождественские фильмы!

– Надо было об этом подумать, прежде чем врать.

– Ты… жадина! – Роза вылетела из гостиной, и они услышали, как она с грохотом захлопнула дверь детской.

Натали без сил опустилась на диван и сжала ладонями лоб.

– Купер, извини. Порой я не знаю, что с ней делать.

– Нэт, ты все делаешь правильно. Все родители набивают шишки. – Он не мог знать, что такое быть родителем, но как педиатр изучал детскую психологию и наблюдал детей в клинике.

– Будем считать эту шишку главной. Роза считает, что ты стараешься занять место Джастина.

Натали произнесла вслух то, чего Купер в душе боялся. Его помыслы чисты – он был в этом уверен. Он возложил на себя обязанность, заботиться о вдове друга, но не ожидал, что ему будет настолько приятна и ее забота о нем. Купер понял это в тот вечер, когда она кормила его гамбургерами.

– Никто не сможет занять место Джастина, – хрипло произнес он.

– Спасибо. – Она улыбнулась. – Джастин не был человеком без недостатков. Он… был просто человеком, совершал ошибки и оставил после себя много нерешенных проблем.

– Но ты все равно его любила. Вы были замечательной парой.

Это и стало одной из причин того, почему Купер обосновался в Калифорнии, но до сегодняшнего дня он этого не сознавал. Видеть Джастина и Натали вместе ему было по меньшей мере неприятно. Почему? Наверное, потому, что Джастин никогда не превосходил его ни в чем, в том числе и в любовных победах, а тут преуспел. Но сейчас… Чем чаще Купер встречался с Натали, тем сильнее росло желание ее видеть. Но это не любовь. У него нет намерений связать себя серьезными отношениями. Хотя бы до тех пор, пока он не станет заведующим отделением. Любовь и медицинская карьера редко сочетаются. Больше половины его коллег хоть раз, но развелись.

Почему он не может выбросить из головы вдову Джастина Томпсона? Это ставило его в тупик.

– Джастин думал, что у него впереди вся жизнь и он все успеет: уделить больше внимания девочкам, заработать много денег, осуществить свои мечты, – сказала Натали. – Ординатура высасывала из него столько сил… Я не хотела прибавлять ему забот, но иногда…

Купер сел рядом. Сегодня она выглядела такой беззащитной, совсем непохожей на храбрую, независимую Натали. Ему хотелось дотронуться до нее и утешить, как она утешала его.

– Иногда что? – тихо спросил он.

– Иногда мне хотелось, чтобы он ушел из ординатуры и больше бывал дома, с нами. Роза нуждалась в твердой отцовской руке. Мне было стыдно за эти мысли – я ведь видела, как важна для него работа. – Слезы наполнили ее глаза. – Я злилась на него. Это глупо?

– Ничего подобного. Я сам такой же одержимый.

Она сморгнула слезы.

– И ты тоже?

– Да. Никто не стимулировал меня так, как Джастин.