Грехи и грешницы - Сьюзен Одо

— Ну, по правде говоря, — с пьяной доверительностью сообщила Сюзи, — у нее их было немного. Я насчет того, что в школе у нее дружка не было. Помните, как мы ее тогда лечили?

Подруги закивали и захихикали, вспоминая ту давнишнюю историю.

— Пока они обнимались, этот грязный мерзавец ухитрился вытащить из штанов свою хотелку. Он собирался незаметно положить ей хрен в руку, но тут кто-то вошел и зажег свет. Карен опустила глаза и с криком выбежала из комнаты.

— Правда-правда, — подхватила Дженет, когда смех утих. — Я была на кухне, когда она выскочила оттуда и забилась в истерике. Кричала, что он сунул ей в руку такую большую багровую штуку, всю в венах. Прямо как после фильма ужасов!

— Ну, насчет «большой» — это некоторое преувеличение, — с притворной серьезностью сказала Сюзи.

— Само собой, — ответила Линдсей.

— Просто у нее были очень маленькие руки, — пояснила Сюзи, и обе, задыхаясь от смеха, упали на стол.

Анна повернулась и посмотрела в зал, сразу отдалившись от своих подруг. Последнюю историю она выслушала молча, с застывшей улыбкой на лице. Надо же, все эти сто раз слышанные байки для них то же, что старая сказка для маленького ребенка.

За столиками рядом женщины, склоняясь друг к другу, пили, смеялись и делились самыми интимными секретами. По крайней мере так казалось.

Сюзи снова наклонилась вперед.

— Помните того парня, с которым она ходила, когда, мы ездили в лагерь? — Она захлебывалась от смеха. — Господи, когда на следующее утро он заглянул в палатку, я решила, что откуда-то сбежала лошадь! Никогда прежде не видела таких уродцев!

— Бедная Карен! — вытерла слезы Дженет. — Все было бы неплохо, но они так долго тискались, что он щетиной исцарапал ей все лицо. Оно потом несколько дней было красное и все в пятнах!

— Ага, — добавила Сюзи, — а когда она вернулась домой, ее папа решил, что с ней что-то случилось, и отправил к доктору. Тот поставил диагноз аллергия.

— Единственная аллергия, какая у нее была, — на таких козлов, как тот, — заявила Мэнди, потянувшись к бокалу. — По-моему, она потом никак не могла от него отделаться.

— Не очень ей везло с парнями, верно? — сказала Дженет. — Да и кому везло?

— Во всяком случае, не мне, — сказала Сюзи. — До недавних пор, конечно.

— Счастливая корова! — притворно проворчала Дженет, встала и, расправив юбку, стала оглядываться по сторонам в поисках заведения «Для леди».

— Это вон там. — Сюзи кивнула в сторону бара.

— Если честно, Сюзи, — сказала Линдсей, когда Мэнди и Дженет ушли, — ты уже достаточно побесилась. В твоем возрасте пора бы и остепениться.

Увидев, как Сюзи посмотрела на сестру, Анна не удержалась от улыбки. Хотя Линдсей была в принципе права — у Сюзи действительно хватало приключений, больше, чем у них у всех, вместе взятых! — Анну всегда коробило от того, как та об этом говорит. Не один раз Сюзи признавалась: ее просто убивает, что сестра всю жизнь поступает правильно, а она всегда делает черт-те что. Но теперь ситуация изменилась. Теперь Сюзи нашла своего Мистера Совершенство. Мужчину, которому может доверять. Мужчину, рядом с которым хочет провести остаток жизни. Это одновременно и радовало, и печалило Анну она радовалась за подругу, которая заслужила немного счастья, и печалилась потому, что не смогла сохранить свое.

Она вздохнула и, оглядевшись по сторонам, увидела возвращавшихся Мэнди и Дженет.

— Подвиньте свои задницы! — Мэнди поставила поднос на стол. — Да, сообщила она, — я ведь только что видела стриптизера. В баре.

— Он уже надел трусы? — пошутила Анна. Мысль о том, что он стоит сейчас в окружении всех этих самцов, вызвала у нее улыбку. Она сразу представила, как они выпячивают груди и поправляют снаряжение.

— Я не уверена, — откликнулась Мэнди, выставляя на стол выпивку. — На нем был плащ. Хочешь, чтобы я вернулась и спросила?

— Делай как знаешь! — ответила Сюзи. — Лично я предпочитаю салями!

— Кстати, — сказала Мэнди, усаживаясь за стол, — я вам говорила о вечеринке у Барри на прошлой неделе?

Барри звали старшего брата ее мужа Пита — почти такого же серого и убогого, как и сам Пит. Тот факт, что свой первый оргазм Анна испытала, тискаясь с ним на вечеринке — тогда ей было пятнадцать лет, — служил для нее источником постоянного смущения.

— Ну и как там наш очаровашка? — саркастически спросила она.

— Прекрасно, — сказала Мэнди, протягивая руку за двойной водкой с лимонадом. — Знаешь, я как раз сидела в садике за домом с ним и его приятелем Колином — ну, у которого все эти магазины, — и тут Барри начал рассуждать на свою любимую тему…

— Не надо, не говори, — перебила Сюзи. — Дай я сама угадаю. О философии…

— Чего? — нахмурившись, сказала Мэнди. — Нет. О сексе. Он всегда говорит о сексе.

— Да не может быть! — хором воскликнули Сюзи.

Дженет и Линдсей.

— Ну да… В общем, он каждый раз болтает о том, как мечтает поменяться женами, когда на горизонте появляется Пит. «Эй, Пит! — кричит ему Барри через весь сад. — Скажи мне честно, ты будешь трахать Эллен?»

— Эллен? — переспросила Линдсей.

— Ну, это его жена. Она регулировщица уличного движения. Ну, раз Пит видит, что я здесь сижу, он не может ничего такого сказать, верно? Зато Колин тут как тут. «Я с удовольствием, — говорит он. — Если надеть на нее черные чулки и форменную фуражку — будет то, что надо Только скажи, Барри, и мы приедем на следующие выходные. Ты обеспечиваешь черные чулки, а я — шлем викинга и кожаные ремешки для моей старушки!»

— Не может…

— Еще как может! — Мэнди повернулась к Дженет. — И знаешь что? Я думаю, они оба не шутили. Ты только представь себе! Шлем викинга!

Второе упоминание о шлеме викинга окончательно доконало Дженет. Громко расхохотавшись, она с шумом испортила воздух и, покачнувшись на стуле, упала на пол.

Истерически смеясь — так, что от смеха по щекам потекли слезы, остальные подняли ее на ноги. И как раз вовремя, поскольку вновь зазвучала музыка, а свет погас. На сцене вот-вот должен был появиться второй стриптизер.

— Это самый лучший, — наклонившись к Анне, конфиденциально сообщила Мэнди. — Его зовут Великолепный Джордж. Говорят, он бывший тяжелоатлет. Здоровый такой негр. Очень милый. Весь смазан маслом.

— Маслом? — переспросила Анна — не потому, что это ее действительно интересовало, а скорее для того, чтобы поддержать беседу.

— Именно, — кивнула Мэнди. — И если тебе повезет, сможешь сама растереть его этим маслом — он носит бутылочку с собой. Везде, где хочешь.

Анна улыбнулась:

— А если не хочу?

— Тогда отдашь бутылку мне!

Внезапно раздался звук фанфар, и из-за занавеса появился Джордж во всем своем великолепии, оскалив в хищной улыбке ослепительно белые зубы.