Волшебное очарование Монтаны - Кэтрин Лэниган

— Что в этом такого?

— Просто это не по-соседски. В городе многим нужна работа. Кормить семьи. Платить по счетам. Возьмите, например, себя: едва появившись здесь, вы первым делом наняли на работу… мою бригаду.

В городе видят в вас героя.

Остин наблюдал, как Моника уводит скот вниз по долине туда, где за чертой города находились загоны Джейка.

— Я бы охотно сделал всю работу сам, но вряд ли это мне по плечу, — сказал он, думая о дедушке Моники, который построил жилище рода Скай без посторонней помощи, что вызывало восхищение у его внучки.

— И слава богу, — засмеялся Джесс. — Вы первый, кто вложил живые деньги в эту долину с тех пор… он перевел взгляд в сторону Моники, — с тех пор как Фостер Скай в двадцать восьмом нанял на работу весь город.

Остин вытянул шею и в недоумении уставился на Джесса.

— Я был уверен, что Фостер построил хижину сам.

— Это она вам сказала?

— Да.

— Фигурально это правда. Равно как и вы отстраиваете дом сами. На свои деньги.

— Ноя…

— Послушайте, возможно, Моника сама верит теперь в эту историю, она рассказывала ее множество раз. Никому не известно, зачем она так часто врет.

Остин вернулся глазами к едва уже заметной вдали фигурке Моники…

Работы на крыше были закончены к полудню. Остину позвонили из универсама и сообщили, что на склад завезли крепления для кухонных шкафчиков, которые он заказывал.

— Я подъеду через час и заберу их, — пообещал он.

В городе Остин невольно оказался в курсе городских толков о продаже Моникой скота. Дважды он слышал, как было помянуто и его имя. В магазине его не узнали, хотя он стоял возле кассы у всех на виду. О нем говорили так, словно он был героем. Поначалу он хотел возражать: дескать, он не герой, а брокер и всего лишь провел профессиональную оценку состояния рынка.

Однако больше всего его задевало не это, а то, что каждый раз при упоминании в разговоре имени Моники на него накатывала волна возбуждения и он вытягивал шею, чтобы услышать как можно больше. Беседа была изрядно приправлена упреками в адрес Моники, правда, все они затрагивали ее прошлое и именно поэтому растравляли в Остине жгучий интерес. Он подумал, что ему следует потихоньку уйти из магазина, но не мог.

— Моника Скай наиболее искренний человек из тех, кого мне довелось видеть в Силвер-Спе, — рьяно ввязался Остин в спор с мужчиной средних лет. — Не говоря уж о том, что столь проницательного предпринимателя из числа женщин я не встречал уже давно. Даже по меркам Чикаго за ум, сообразительность и деловую хватку Моника, на мой взгляд, получила бы больше баллов, чем любой бизнесмен, с каким я имел дело.

— Я бы не стал заходить так далеко, — возразил мужчина.

— А я стал бы, — заявил Остин и отошел от него. На улице он сделал глубокий вдох, умеряя гнев, и отругал себя за то, что поступает в точности наперекор своим же прежним намерениям освободиться от зацикленное(tm) на Монике.

По дороге к аптеке Хайстетлеров Остин поймал себя на том, что заново переживает в памяти, как держал Монику в объятиях, целовал и ласкал ее тело, едва не овладел ею. Переживания были нестерпимо острыми. Он хотел ее страстно. До безумия.

Не желая себя обманывать, он признал, что его тянет к ней, как мотылька к пламени. Ему было почти наплевать на последствия. Но, будучи человеком совестливым, он обязан обдумывать свои шаги и не позволять эмоциям захлестывать его с головой. Он толком не понимал, что зреет у него в душе, но не вызывало сомнения, что он утратил над собой контроль. Не важно, сколько усилий было потрачено на борьбу с самим собой, однако ясно, что рассудок в этой борьбе спасовал. Нет иного выбора, кроме отрезвления.

До того, как отправиться в аптеку Хайстетлеров, Остин повстречал в универсаме Трэйс. Он знал, что эта миловидная девушка служила у Джейка Симмонса.

— Привет, Остин, — проворковала Трэйс.

— Привет, — ответил он с дружелюбной, но сдержанной улыбкой. Он не мог не заметить ее кокетливого взгляда и в притворной озабоченности покупками взял с полки флакон шампуня.

— В город на целый день?

— Так, пара пустяковых дел.

— Ага. Как идет строительство дома?

— Замечательно. — Он погрузился в чтение этикетки на флаконе.

— Я слышала, что таких построек в долине еще не видывали.

— Угу, — кивнул он и нетерпеливо осмотрелся. — Извини, Трэйс, мне нужно возвращаться к строителям. Сегодня по-настоящему важный день… Надеюсь, ты понимаешь.

— Конечно, Остин, конечно, — закивала она и напоследок заметила:

— Давеча я видела здесь Монику.

После этих слов внимание Остина к разговору резко возросло, но он постарался сохранить внешнее спокойствие.

— Вот как?!

— Ага, у нее было свидание с доктором. Остин нашел это замечание нелепым.

— Уверен, что в этом нет ничего такого.

— Наверняка, — откликнулась Трэйс, обхватив себя руками и соблазнительно приподняв пышные груди.

Остин свернул в проход между рядами. Эротическая выходка Трэйс только разожгла в нем телесное томление по Монике. Он будто вживую увидел, как целует ее грудь. Его лоб покрылся испариной.

— Господи, я всерьез заболеваю. Кажется, мне пора показаться доктору, пробубнил он себе под нос. Он поискал глазами полку с презервативами, решив бороться с «недугом» при необходимости как с помощью силы воли, так и физически. — У меня такое чувство, что скоро мне это потребуется, — промолвил он про себя, взяв с полки одну упаковку.