Только однажды - Триш Грейвз

Рик пробормотал что-то, но Шеннон не разобрала, что именно. Она бросила в кастрюлю приправы и вошла в гостиную.

— Что?

— Я сказал, что понятия не имею, что такое цыпленок с клецками, — проворчал Рик, старательно игнорируя ее в пользу мультфильма про Роки и Бульвинкля.

— О, ты много потерял, — весело сказала Шеннон. — Это старое доброе блюдо Пенсильвании.

— Ну, тогда неудивительно, что я никогда о нем не слышал. — В голосе Рика звучал сарказм. — Я воспитывался на полуфабрикатах.

Шеннон перестала улыбаться. Она не заслужила такого обращения.

Ну его, с его плохим настроением, думала со злостью Шеннон, чистя картофель.

— В доме есть спиртное?! — прокричал Рик. Шеннон даже вздрогнула от такого вопроса.

— Есть, но ты его не получишь! — прокричала она в ответ.

— Почему?

Шеннон бросила нож для чистки картофеля и встала в дверном проеме.

— Потому что ты принимаешь лекарства, нельзя смешивать их с алкоголем.

— Я пью обезболивающее, но оно не действует. — Рик бросил сердитый взгляд на Шеннон.

Она вытерла руки о фартук.

— Прими аспирин.

— Я хочу пива!

— Не выйдет. У меня нет пива.

— А что есть?

— Вино.

Рик выругался.

— Ну ладно. Выпью стаканчик.

Шеннон открыла было рот, чтобы отказать Рику, но передумала. Развернувшись, она подошла к холодильнику и достала вино. Наливая его в стакан, она в сердцах выругалась, но ее ругательства были, конечно, не такие красочные, какие использовал в своей речи Рик. И тем не менее Шеннон почувствовала себя лучше.

Она отнесла Рику стакан и поставила его на стол с такой силой, что вино расплескалось.

— Что-нибудь еще, господин?

Рик обнажил зубы в улыбке, больше напоминающей оскал.

— Я дам тебе знать.

Шеннон сделала реверанс.

— Да, повелитель.

Рик внезапно взял ее здоровой рукой за запястье.

— Ангел, тебе не идет, когда ты злишься.

— А тебе не идет, когда ты дуешься и ведешь себя как капризный ребенок.

— Я не дуюсь.

Шеннон фыркнула и высвободила руку.

— Я встречала двухлетних детей повзрослее тебя.

— Если ты не заметила, меня не так давно ранили.

— Я начинаю симпатизировать стрелявшему.

Рик и в самом деле надулся. Шеннон чуть не расхохоталась. Боже, он был невыносим.

— Тоже мне образец добродетели, — пробормотал Рик.

— Да и ты не идеальный пациент.

В это время Берт ткнулся носом в руку Шеннон, и она погладила его.

— Господину Рику больно, да, сладкий?

Берт согласно тявкнул.

— Предатель, — пробормотал Рик.

Пес его проигнорировал и радостно побежал на кухню следом за Шеннон.

— Еще добавки? — спросила Шеннон, когда Рик съел подчистую вторую порцию цыпленка с клецками.

— Да, пожалуйста. — Рик передал тарелку, стараясь не замечать приятного удивления в глазах Шеннон.

Вкуснейшая еда чудесным образом улучшала его настроение. Шеннон Уэлш отлично готовила. Рику нравилось это в женщинах, потому что он чертовски любил поесть.

Шеннон поставила перед Риком полную тарелку, затем села сама и принялась за еду. Неудивительно, что она была такой стройной. Таким количеством пищи, которое она положила себе на тарелку, не накормишь и муху.

Доедая последний кусок цыпленка, Рик закрыл глаза, постанывая от удовольствия. Наконец он положил вилку и вытер губы салфеткой.

— Божественно.

Шеннон улыбнулась, похвала ей явно пришлась по душе. Рик подумал, что пока он временно в хорошем настроении, надо начинать узнавать ее получше. Согласно плану.

— Давай поговорим.

Улыбка Шеннон сразу растаяла.

— Может, в другой раз? — Шеннон медленно перевела взгляд на Рика.

— Шеннон, так не пойдет. — Что ты имеешь в виду?

— Раз уж мы не можем заниматься сексом, будет совсем тоскливо, если мы не поговорим о чем-нибудь. Мы, конечно, можем поговорить о сексе, но заниматься им все равно гораздо приятнее. — Шеннон открыла рот, но Рик не дал себя перебить: — Обсуждать религию или политику глупо. Детей у нас тоже нет, так что хвастаться друг перед другом нечем. Что еще остается.

— Не много, — согласилась Шеннон.

— Я не собираюсь выпытывать твои секреты. Мне просто хочется больше знать о женщине, с которой я живу.

Несколько секунд Шеннон смотрела на Рика.

— Ты знаешь мою самую страшную тайну.

— Да?

— Да! — Шеннон энергично закивала.

— И что это за тайна?

— Ты знаешь… ты знаешь мои фантазии.

— Знаю? — Рик понятия не имел, о чем она говорила.

— Да.

— Что это за фантазии?

— Конечно, это ты. Ты — моя фантазия. — Шеннон восхищенно посмотрела на Рика.

— Я?!

— Да, ты.

В любой другой ситуации Рику бы это польстило. Но он не хотел быть фантазией Шеннон. Он хотел быть ее реальностью.

— Я не чья-то фантазия, Шеннон.

— Мог бы обмануть меня.

— Я человек, из плоти и крови!

— Ты воплощение моих фантазий.

— Нет, черт возьми! — Рик ударил кулаком по кофейному столику.

Шеннон вздрогнула, чуть не уронив тарелку.

— Фантазия предполагает что-то нереальное, а я очень даже настоящий. — Рик дотронулся до повязки на плече. — У меня идет кровь. И у меня есть чувства. И мне не нравится, когда меня используют.

— Используют? — переспросила Шеннон.

— Именно. Используют.

— Кто тебя использует?

Пришел черед Рику удивиться. Она что, серьезно? Похоже, что да.

— Ну, могу назвать одну личность для начала.

— Кто?

— Ты.

Теперь удивилась Шеннон:

— Я?

— Ну да, — возмущение Рика росло, — ты.

Они не переставали удивлять друг друга. Очередь за Шеннон.

— Как я тебя использую?

— Ты шутишь?

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Ты будешь отрицать, что используешь меня в качестве сексуального партнера?