Розы любви - Мэри Джо Патни

Один из пингвинов схватил клювом галстук Никласа и утащил его, однако на остальную одежду не покусился. Небрежно вытершись своим жилетом, Никлас оделся и, негромко насвистывая, двинулся к лошадям. Клер сидела под деревом, скрестив ноги по-турецки, лицо у нее было холодное и непроницаемое. От очаровательной стыдливости, которую она выказала, когда он начал раздеваться, не осталось и следа. А жаль.

Протянув ей руку, он сказал:

— Право же, вам следовало присоединиться ко мне. Пингвины были великолепны.

Клер сделала вид, что не замечает его руки, и встала сама.

— Уверена, что меня настолько ослепил бы ваш вид, что пингвинов я бы и не заметила, — язвительно ответила она.

— О, стало быть, я уже начинаю производить на вас впечатление.

Солнце заволокло облаками, стало холоднее. На обратном пути они не разговаривали. Поставив лошадей в конюшню, Никлас проводил Клер до дома и отворил перед нею дверь. Она больше не нервничала при его прикосновении, и это его радовало.

Однако стоило Никласу оказаться в жилище деда, как все его хорошее настроение улетучилось.

— Как вы находите этот дом, Клер? — спросил он, войдя со своей спутницей в главную гостиную.

— Он очень роскошный, — немного помолчав, тихо проговорила она.

Никлас оглядел комнату с видимым неудовольствием.

— Я хотел спросить о другом: нравится ли он вам? Клер пожала плечами.

— Как я могу ответить на этот вопрос? Я женщина простая, и вкусы у меня непритязательные. Я знаю, как оценить дубовый стул, побеленную известью стену или искусно сделанное лоскутное стеганое одеяло, но совсем не разбираюсь в дорогой мебели, живописи и аристократическом стиле вообще.

— Это вовсе не означает, что ваше мнение не имеет ценности. Скажите: вам здесь нравится или нет?

— Сказать по правде, этот дом производит на меня гнетущее впечатление. — Она окинула гостиную взглядом. — По-моему, здесь слишком много ненужных вещей. Всюду, куда ни взглянешь, либо гобелены, либо занавеси и портьеры, либо фарфоровые безделушки, каждая из которых стоит столько, что хватило бы прокормить какую-нибудь бедную семью в течение года. Не сомневаюсь, что все эти предметы очень изысканны, — она провела пальцами по картинной раме и, почувствовав, что ее покрывает слой пыли, нахмурилась, — однако присматривать за ними можно было бы и получше. Впрочем, как бы то ни было, я предпочитаю свой коттедж.

— Слишком много ненужных вещей, — повторил Никлас. — Я тоже так считаю. Цыгане вообще не любят находиться в четырех стенах, а в этом доме я и вовсе чувствовал себя так, словно мне не хватает воздуха.

— Так вы считаете себя цыганом?

— Да, когда меня это устраивает. — Он взял фарфоровую статуэтку, изображающую льва, который пожирает непослушного ребенка. Неудивительно, что она очень правилась его деду. Никласу же всегда хотелось расколотить ее вдребезги.

А собственно, почему бы и нет? Одним быстрым движением он швырнул статуэтку в камин, и она с легким звоном разлетелась на мелкие куски.

Довольный, Никлас повернулся к Клер. Она смотрела на него настороженным взглядом.

— Разрешаю вам произвести любые изменения, какие только пожелаете, — сказал он. — Уберите все лишнее, наймите еще горничных. Мытье, чистка, покраска, оклейка обоями — делайте все, что сочтете нужным. Поскольку именно вы виноваты в том, что мне придется провести в этом мавзолее куда больше времени, чем я планировал, можете хотя бы сделать его более пригодным для жилья. Купите все, что посчитаете необходимым, а счета пусть присылают мне. Это не только обеспечит приток денег в местное хозяйство, но и доставит великое удовольствие Уильямсу, моему дворецкому. По-моему, работа здесь кажется ему однообразной и скучной. Я скажу, чтобы он выполнял ваши распоряжения так же беспрекословно, как мои.