Северное сияние моего сердца - Вуди Добковиц

— Don’t you think they took all their jewelry out of the house? * — шепнул США ей на ухо, вызывая улыбку.

— Саша. Не говори так! А то эти дамы выцарапают тебе глаза.

— Они все равно не слышат. — Усмехнулся он сев на свое место. — А знаешь. На их фоне ты выглядишь намного лучше. Так бы и взял тебя прямо….

— США! — шикнула на него Россия, краснея до кончиков ушей. — Не здесь же! Тут кругом люди!

Но ответить ей Штаты не успел. Заиграл оркестр, потух свет и поднялся занавес. Их сказка на три часа заиграла яркими красками.

Все началось с гридницы великого князя Светозара, наполненной праздничным оживлением. Все с нетерпением ждут, какого суженого выберет Людмила. Появляются женихи княжны: надменный варяжский витязь Фарлаф и мечтательный хазарский князь Ратмир. Ратмира преследует влюбленная в него Горислава с мольбой отказаться от затеи породниться с киевским князем.

Вот и Руслан. Соперники с подозрением смотрят друг на друга. Появляется Людмила. Ее выбор давно сделан. Дружина и князь славят молодую чету. Начинается свадебный обряд. Молодых с почестями вводят под полог… Гром… Молния…

Возникает зловещая фигура Черномора. Все застывают. Зачарованная Черномором Людмила замирает. Злой колдун со своей пленницей исчезают.

Все очнулись. Людмилы нет. Руслан в отчаянии. Светозар обещает Людмилу в жены тому, кто возвратит ему дочь. Все три витязя клянутся сделать это. Соперники покидают Киев.

Танцоры порхали на сцене, погружая зал в эту драму, в это невероятное чувство потери. Американец крепко сжал руку русской, переживая каждой клеточкой своего тела за героев. А россиянка не могла оторвать своих глаз от сцены, вспоминая, как когда-то в детстве она также легко и ловко двигалась, исполняя партию в одной известной постановке.

Когда Горислава, Финна и Руслана освободили от чар Ратмира, музыка затихла, и занавес опустился, позволяя звонкому колокольчику оповестить зрителей о конце первого акта.

— Невероятно! — воскликнула девушка, сцепив руки в замок, прижав их к груди. — Такая игра, такая пластика! Ты видел? Видел?

— Конечно. — Смеялся парень, любуясь ее сиянием.

— Такая история! А как они сражались! Видел их ноги? Такие мощные! Я уже и забыла, каково это, когда ты полностью отдаешь себя танцу. Скажи, США!

— Да. — Поднялся он с места, пробираясь через ряд.

— Ты куда?

— Хочу подышать свежим воздухом. Душновато тут.

— Ладно. Но если я увижу, что ты куришь, получишь подзатыльник. — Пригрозила ему Россия, устраиваясь поудобнее.

Ответив ей лишь улыбкой, США поспешил в гардероб, чтобы после, спрятавшись за углом, почувствовать запах табака. Черт знает, что его дернуло отказаться от сигарет. То ли из-за русской, то ли он сам этого захотел, однако теперь ему все труднее сдерживать себя. Сделав первую затяжку, Штаты почувствовал облегчение и небольшой прилив сил. Вновь прокручивая в голове свою трогательную речь, американец подносит сигарету ко рту, уже думая о том, сколько же он потратит нервов ради одного простого слова «да».

— Вот значит как! Пока я сижу, скучаю, ты тут уже вовсю дымишь!

Россиянка объявилась перед ним внезапно, грозно смотря прямо в глаза сквозь солнцезащитные очки. Но парень даже не дрогнул, а лишь отругал, что она не оделась теплее, накинув на плечи свое пальто.

— Интересное дело! Я пришла его отчитать, а вместо этого он отругал меня! США! Выбрось сигарету, а то я стукну тебя по твоей «тыкве»!

— Медвежонок, почти год, как я влюбился в тебя. В это так трудно поверить. Казалось, что мы с тобой поубиваем друг друга раньше, чем узнаем лучше. И только благодаря твоему плану, я смог понять тебя и полюбить.

— США, что с тобой? С чего это ты вдруг заговорил об этом? Тебе плохо? — испугалась за него девушка, касаясь рукой его лба.

— Не бери в голову. Просто минута воспоминаний. — Улыбнулся ей США, выбросив недокуренную сигарету в урну, касаясь губами ее ладони.

В нос ударил запах полевых цветов и яблок. Манящий и возбуждающий аромат, насылающий беспамятство на него. Как Штаты, целуя руку России, уже наслаждался ее пухлыми розовыми губами, не понял ни он, ни она. Оба потерялись в своем мире, чувствуя тепло и легкую дрожь. Американец нежно касался своим языком ее неба, вынуждая русскую вздрогнуть и сильнее обхватить руками его шею. Она отвечала на его поцелуй, прижимаясь к нему всем телом, чувствуя руки парня на своих бедрах. Еще пару мгновений и они бы наплевали на представление, на прохожих, однако россиянка первая оторвалась от его губ, собираясь с мыслями.

— Пойдем, досмотрим уже этот балет. — Робко чмокнул ее в лоб США, видя легкое смущение и неловкий взгляд девушки.

Штаты помнил множество небоскребов Нью-Йорка с шикарными ресторанами и превосходным видом. Но из всех он выбрал именно «Алма», который находится на высоте под открытым небом. С высоты птичьего полета людскому взору предстает грандиозный вид пирсов Бруклина и нижнего Манхэттена. Среди стеклянных монстров этого района возвышаются обелиски небоскребов первого поколения, среди которых и Вулворт — билдинг.

Ресторан Алма — жемчужина мексиканской кухни, где все блюда невероятно вкусные и сытные. Шеф-повар — творец своих шедевров со сложной и в тоже время запоминающейся кухней. Американец выбрал именно это место, ведь здесь, зимой, палуба крыши отапливается, а летом за поздним ужином со второго этажа можно наблюдать закаты, любуясь панорамой Манхэттена.

Чувствуя, как ему в правый бок упирается коробочка с кольцом, он наблюдал за каждым движением России, будь это всего лишь скромный зевок или ее простой разговор.

— Саш, ты чего не ешь? — внезапно спросила его та, откусывая кусочек тамале*.

А парень все находился в мечтаниях, слушая звонкий голос русской, что так яро пытается достучаться до его сознания.

— Прости. Задумался.

— Ты сегодня весь день ведешь себя странно. Что случилось? Не скрывай от меня правды, все равно рано или поздно узнаю.

Этот ее обеспокоенный невинный взгляд, эти испуганные и одновременно завораживающие васильковые глаза. Если она откажется принять его предложение, потеряет ли он это милое лицо навсегда?

— Нет, Росси. Правда, все просто замечательно.

— США… Не надо говорить обратное. Я же вижу.

Вот он и выдал себя, причем совершенно нелепо. Но нельзя вызывать еще большие подозрения. Пора приступать к плану и чуть-чуть потянуть время.

— Закрой глаза.

— Зачем? — удивилась его внезапной просьбе россиянка, оставляя нож и вилку на тарелке.

Вообще сам ресторан вызывал у нее смутные сомнения. Он был полностью пустым, ни души, ни единого посетителя кроме их двоих. Официанты живо бегают к их столику, стоит только поманить рукой. Дорогое