Мои калифорнийские ночи - Анна Джолос

Я привстаю на локтях и привыкшие к темноте глаза позволяют рассмотреть её лицо.

Точно, не ошибся, плачет.

И это нахрен полный бред…

Какого…

Дженнифер обмякла в моих руках. Не двигается, ни звука не издаёт, но по щекам текут слёзы.

— Джен, — не своим голосом говорю я, касаясь пальцами её скулы. — В чём дело, малыш? Я сделал что-то не так?

Она хватает мою ладонь, целует, зажмуривается, и у меня внутри всё обрывается. Необъяснимая тревога давит, потому что я вообще не могу понять то, что происходит.

— Прости, прости, — шепчет тихо.

— Джен, что не так? — обеспокоено спрашиваю я, пытаясь взять её лицо в ладони, но она отворачивается и снова плачет.

Я встаю и запускаю пятерню в волосы. У меня такого никогда не было. И дело тут даже не в жёстком «обломинго»…

— Исайя, — она садится, поджимая ноги к обнажённой груди.

Поворачиваю голову в её сторону. Она какое-то время молчит.

— Джен, мне показалось, что ты тоже этого хочешь…

Сказанное звучит с налётом обиды, но это не так. Я скорее в замешательстве и просто сбит с толку…

— Прости меня, но я… я не могу…

Подаюсь вперёд, щёлкаю выключателем на торшере и внимательно смотрю на неё.

Глаза блестят от влаги, и в них такое смятение, что мне становится не по себе. Какое-то странное предчувствие. Нехорошее. Неприятное. Колючее.

— И почему же? — прищуриваюсь.

Она смущается, отводит глаза, и этот её жест говорит мне гораздо больше, чем могли бы сказать слова.

Я чувствую резкий приступ злобы. Встаю, поднимаю с пола брюки, залезаю туда, и получается даже с первого раза.

— Я…мне… тот случай с отчимом до сих пор не даёт мне…

Её голос предательски дрожит, что только сильнее меня раздражает.

— Чушь, — перебиваю я.

Беру со стола зажигалку и пачку сигарет. Иду на балкон, чтобы немного остыть, ведь если голова понимает, что сегодня мне ничего не светит, то тело всё ещё реагирует на её наготу весьма недвусмысленно.

Поджигаю сигарету и слушаю, как шумят одноклассники. Гудят басы и там в зале клуба наверняка веселье в самом разгаре. Да только возвращаться туда не хочется от слова совсем.

— Исайя…

Она обнимает меня сзади и утыкается горячим лбом в моё плечо.

— Прости, слышишь, но я не могу. Сейчас не могу, — добавляет она поспешно, но разве это что-то меняет?

— Это из-за него, верно? — выдыхаю дым.

Напряглась, кожей чувствую.

— О чём ты? — спрашивает едва слышно.

Строит из себя дуру. Либо пытается сделать дурака из меня.

— Давай ты не будешь делать вид, будто не понимаешь о ком речь? — раздражаюсь я, затягиваясь до рези в лёгких. — О брате твоём, о ком же ещё…

Она отходит в сторону. Я разворачиваюсь и смотрю прямо на неё. Оделась. Стоит, хмурит брови и недовольно стреляет в меня глазами.

— Ну так что? Не расскажешь какого дьявола между вами происходит, а, Дженнифер? — делаю шаг по направлению к ней. — Эти ваши взгляды, его вечное желание почесать кулаки и то, как он смотрит на тебя. Не хочешь объясниться?

Смит качает головой.

Не отрицает, не соглашается.

Просто даёт понять, что эта тема под замком. И меня её реакция несказанно бесит.

— А может, ты вообще всё это назло ему затеяла? — всё-таки рискую озвучить свои предположения я, ощущая неприятный укол ревности и разочарования.

— Это не так! — слабо возражает она, и невероятной красоты глаза снова наполняются прозрачными слезами.

Непривычно и некомфортно видеть её плачущей.

Нет, там определённо что-то творится. И не одному мне так кажется. Вот только как выяснить насколько далеко всё зашло? Ведь ни она, ни он эту странную связь не признают.

— Да неужели? — засовываю руки в карманы и печально усмехаюсь. — Значит, нет ничего между вами?

— Значит нет, — весьма неуверенно отвечает она, шмыгая носом. — А как насчёт тебя? Хочешь сказать, что всегда был честен со мной?

Перешла в нападение. Ожидаемо. Гневно сверкает глазами, подходит ещё ближе, и наши лица теперь разделяют всего несколько жалких сантиметров. Хочется просто завалить её всё на тот же диван, но настроение между нами явно сползло в знак минус.

— Я думала, что ты встречался с Фостер. Ты меня разубедил, помнишь?

— Тогда я сказал тебе правду. Мы с ней никогда парой не были.

— Да, но ты забыл уточнить, что Тэми в тот момент была от тебя беременна! — искренне возмущается она.

Упоминание о том нерождённом ребёнке слишком неожиданно. Нет, я знал, что Фостер рано или поздно откроет рот, и даже был готов к этому, но…

— Почему не сказал мне? — всплёскивает руками.

— Потому что тебя это не касается. Это было моей проблемой! — почти кричу я.

— И ты предложил её решить, не так ли? — пытается пристыдить меня Дженнифер.

— Предложил. Потому что знал, что не хочу с ней быть. Знал, что не стану жениться на ней или создавать молодую ячейку общества.

Она смотрит так осуждающе, будто я говорю нечто ужасное.

— В самом деле, Дженнифер! Она не стала бы счастливее, если бы этот ребёнок жил в семье матери-одиночки!

— Но ты… вы ведь оба, оба… — она тяжело вздыхает.

— Мы оба были в хлам. Да я вообще ничего не помню о той ночи! — зачем-то оправдываюсь я.

— Это же маленький человечек, — сокрушается она, глотая слёзы. — Тэми ведь оставила ребёнка, да?

— Она упала, — нехотя отвечаю я. — Случайно и неудачно. Никто не виноват, Смит. Просто так вышло и всё. И да, не буду лгать: я в какой-то мере выдохнул с облегчением. Не надо так смотреть на меня.

Дженнифер поджимает губы и вытирает слёзы тыльной стороной ладони.

Достаю вторую сигарету. Этот вечер мог бы быть лучшим в моей жизни, но не судьба…

— Поехали, отвезу тебя домой, — устало предлагаю я.

Но она качает головой и просто уходит. Даёт понять, что хочет побыть одна.

Млять… Да ради бога, сил уже нет.

Я стою на балконе ещё пару минут, а потом возвращаюсь к ребятам. Мне надо срочно выпить дабы заглушить это гадкое чувство, что режет изнутри…

*********

Дженнифер молчит два дня.

Не звонит, не пишет.

Не выходит в соцсети.

И я не выдерживаю первым. Набираю её, и она отвечает почти сразу же. Но, конечно, не потому что скучала…