Невеста-самозванка - Кэтрин Джордж

Харриет завернулась в халат Лео и туго затянула пояс, стараясь не встречаться взглядом со своим недавним любовником. Ей было невыносимо стыдно. Как могла она совершить такую глупость? Почему позволила этому случиться? О чем, черт побери, думала?

«В том-то и дело, что ни о чем», уныло призналась себе Харриет. Впервые в жизни чувства и желания взяли в ней верх над рассудком. Но что толку теперь упрекать себя? Как говорил сегодня утром Лео: «Черное дело сделано».

— Прежде чем отвечу на твой вопрос, — сухо заговорила она, — можно мне воспользоваться ванной?

— Только поскорее. — Собрав свои вещи, Лео направился к дверям. На пороге обернулся и пригвоздил ее к месту уничтожающим взглядом. — Мне нужно знать все. Спускайся, когда будешь готова.

Ясно, что он вне себя от гнева. И неудивительно! — мрачно говорила себе Харриет, включая душ. Обернув голову полотенцем, она встала под струи воды. Контрастный душ — сначала горячий, потом ледяной — помог ей прийти в себя и вновь обрести ясность мысли.

Собирая разбросанную по полу одежду, Харриет снова и снова проклинала себя за глупость. Подумать только — в последний момент все провалить! Целых три дня она избегала разоблачения — и только для того, чтобы за несколько часов до отъезда, потеряв голову, дать Лео в руки очевидное доказательство, что она — не Роза Мостин!

Спустившись вниз, Харриет обнаружила Лео на кухне. Смерив ее холодным, враждебным взглядом, он поставил на стол кофейник и молча указал ей на место напротив себя.

Харриет так же молча села, разлила кофе, положила в чашку Лео сахар и протянула ему.

— А ты быстро учишься, — едко заметил он. — Что ж, прекрасная незнакомка, я жду объяснений. Кто ты такая? И кто, — добавил он таким тоном, что она вздрогнула, — кто заплатил тебе за этот обман?

Харриет поморщилась.

— Думаю, этот вопрос ответа не требует.

— Значит, Роза! — с отвращением воскликнул он. — Выходит, она не изменилась — все так же обожает фокусы и трюки.

— Вот здесь ты ошибаешься, — возразила Харриет. — Роза очень изменилась. Она была в отчаянии оттого, что не может приехать сюда сама. Всем сердцем она желает примириться с бабушкой, так что не будь к ней слишком строг.

— Строг?! Да окажись она здесь, я бы ее… — Он резко оборвал себя. — Что за идиотская ситуация! Сидим здесь как два незнакомца — а ведь пять минут назад мы были так близки, как только могут быть мужчина и женщина!

Она с трудом сделала глоток кофе.

— Я сама виновата… что не противилась.

Глаза его в тени густых ресниц подозрительно сощурились.

— Но почему? — Он скривил губы. — Впрочем, о чем я спрашиваю, и так ясно!

— Что тебе ясно? — непонимающе переспросила Харриет.

— За дурака меня принимаешь? — Одним глотком он осушил свой кофе и со стуком опустил чашку на стол. — Ты не Роза. И все же позволила мне стать твоим первым любовником! — От его усмешки внутри у нее все похолодело. — Ясно, тебе здесь понравилось. Очевидно, твоя жизнь в Англии далеко не столь привлекательна. Однако ты очень ошибаешься, если думаешь, что тебе удастся заманить Леонардо Фортинари в старую как мир ловушку!

На миг Харриет остолбенела, затем в ней вспыхнул обжигающий гнев.

— Я думала, нас ждет ужин в ресторане. И, разумеется, не ожидала, синьор Фортинари, — добавила она, пронзая его взглядом, — что за вашу щедрость мне придется платить натурой! Если помнишь, я пыталась тебя остановить, но ты не слушал. Ты крупнее и сильнее меня; я никогда прежде не попадала в такое положение и просто не знала, как… — Она оборвала себя на полуслове и глубоко вздохнула, стараясь унять гнев.