Научи меня - Людмила Молчанова

- Чем обязаны? - мать изогнула бровь и с вызовом уставилась на Вано.

- Мам, - я укоризненно на нее посмотрела.

- Да ладно, Кать, все нормально, - махнул Ванька, и по едва заметному шевелению скатерти, я поняла, что он взял Надю за руку. - Мне надо с вами серьезно поговорить. Мы с Надей...в общем, мы собираемся пожениться.

Я не смогла сдержать потрясенный вздох, а мама ошарашено переводила взгляд с одного лица на другое, все время поглядывая на меня, как будто хотелось убедиться в реальности происходящего.

- Это все, конечно, замечательно, - осторожно произнесла я. - Но, Вань, насколько я знаю, ты не собирался жениться в ближайшее время. И к тому же...у тебя ведь еще, работа, учеба, да и Надежда наверняка учится. Мы ни в коем случае не против лично тебя, Надь, - объяснила я замершей девушке, - просто почему бы вам пока не пожить вместе? Приглядеться друг к другу. Сколько вы знакомы?

- Мы познакомились три месяца назад, - пролепетала девушка, опуская голову еще ниже, а мама страдальчески закатила глаза на подобное заявление.

- Вот видите, - подхватила я. - Я уверена, что вы с Ванькой будете замечательной парой, и очень рада, что он познакомил нас с тобой, но женитьба...Надь, тебе сколько лет?

- Семнадцать, - я кинула взбешенный взгляд на брата, обещая тому медленную и мучительную смерть. Надя это заметила и поспешила добавить: - С-скоро восемнадцать будет.

- Вот видишь, зачем вам спешить?

- Она беременна, - подал голос Ванька.

Все убеждающие и правильные слова испарились из моей головы, оставив безграничное удивление и шок. Потерла лоб, пытаясь прийти в себя и полностью осознать сказанное. Перевела растерянный взгляд на маму, совершенно ошалевшую, но не удивленную, наоборот, даже успокоившуюся.

- Сразу бы и сказал как есть, - мама выдохнула и скрестила руки на груди, одаривая голубков пронзительными взглядами. - Вот любишь ты нас вечно пугать, Вань. Не знаешь, что и думать. Пришел бы сразу и сказал, что заделал ей ребенка.

- Мама!

- Не перебивай, Кать, - на секунду она взглянула на меня, но тут же повернулась обратно к брату. - Скажи мне, милый, чем ты думал в тот момент? Ты же такой взрослый, самостоятельный...ответь мне, ну?

- Я ни о чем тебя не прошу, - тихо, но твердо ответил Ванька. - Я просто решил поставить тебя в известность.

- Я...я...я... - Надя забегала глазами, старательно избегая смотреть в мамино лицо, но я то видела, что мама не злиться и уж тем более, не винит девушку. Скорее, брата, но это детали. - Я хотела сделать аборт, правда хотела, но не успела, срок уже не тот. А Ваня...он, в общем...

- Надя, - предостерегающе произнес Ванька, перебив девушку. - Иди пока в комнату с Катей, ладно?

Это он вовремя, если честно. Зря Надежда про аборт сказала в нашей семье. Тем более, в нашей семье, где никто и никогда бы этого не одобрил. Ни мама, самостоятельно вырастившая двух детей и поставившая их на ноги в одиночку, ни уж тем более я, которая-то своего ребенка никогда родить не могла. Да и Ванька, с детства видевший отношения к такому вопросу, никогда бы и не заикнулся про аборт. И если до неосторожных слов Нади мама была настроена к девушке вполне благодушно и с сочувствием, то теперь посматривала достаточно настороженно и уже не с таким чувством, как минуту назад.

Я поспешила отвести девушку в гостиную, пока она опять чего-нибудь не сказала, и жестом показала брату, чтобы потом он поговорил со мной с глазу на глаз, мысленно планируя разговорить Надежду.

- Я не думала, что все так выйдет, - девушка почти рухнула на потрепанный диван и начала хлюпать носом. - Ты, наверное, думаешь, что я такая дура...

Я плотно прикрыла за собой дверь и покачала головой. На самом деле, я действительно думала, что Надя...нет, не дура, конечно, но крайне неприспособленная и неумеющая ничего в жизни девушка. Беспомощность, ранимость и хрупкость проскальзывали в каждом слове, движении и жесте. Передо мной сидел зареванный ребенок, который очень хотел оказаться взрослым.

- С каждым может случиться, - я пожала плечами и присела рядом. - Не расстраивайся, все нормально будет.

Надя принялась заламывать руки.

- Ты не понимаешь...

- Объясни тогда.

С каждой минутой ее объяснения я чувствовала себя все более разбитой и...шокированной. Казалось, что весь ее рассказ - одна большая шутка. Нет, розыгрыш...Для моего сознания все было настолько неправильно, что услышь я эту историю из других уст, ни капли бы не поверила.

Хотя ничего сверхъестественного там и не было.

Еще по одежде я догадалась, что Надя - девушка крайне непростая, а очень даже золотая. Так, в сущности, и оказалось. Мама - искусствовед, папа - профессор, семья в тридцатом поколении интеллигентная. Дедушка, как не смогла мне не похвастаться Надя, был академиком, он же и познакомил ее мать с отцом, который у него защищал диссертацию. Стандартная история, в общем.

А дальше пошла заунывная подростковая история о непонимании родителей и детей. В семье Надя была единственным ребенком, и растили ее в строгости, учености и при жестком контроле. В три года отдали на балет, в пять - на фортепиано и виолончель, в десять отправили учиться играть на скрипке. Надя говорила, что ее воспитанием занималась в основном бабушка, пока была жива, потом уже дед.

Судя по тому, что она о себе рассказывала, жизнь принцессы тяжела и утомительна. Ее держали в ежовых рукавицах, запрещая общаться с детьми, которые, по мнению деда, не подходили в друзья его внучки, ей запрещалось играть в игрушки, ей запрещалось громко шуметь, ей вообще запрещали быть ребенком.

Полный контроль, так она говорила. Первый телефон купили два года назад, как средство исключительной необходимости, и поставили на него маячок, чтобы всегда точно знать, где находится дочь. Мне вообще это казалось бредом и сумасшествием каким-то, но на расстроенном лице девушке виднелись неподдельные эмоции.

- А Ваня... - здесь ее голос сорвался в мечтательный, а в глазах появилась улыбка. - Понимаешь, он ведь такой красивый, сильный, взрослый...

Я понимала. Понимала, что Ванька оказался для нее той самой отдушиной в ее мире постоянных ограничений. Полностью отличавшийся ото всех, с кем она общалась до этого, простой, самостоятельный, неглупый, но и не изнеженный мальчик, он притянул ее к себе своей...взрослостью, что ли. С ним Надя позволила себе стать самостоятельной, нарушать запреты и жить так, как ей хочется.

Но это было совсем не то, что я хотела услышать. Она влюбилась, да, но влюбилась в придуманный недоступный образ, а не в моего брата. Сейчас уже ничего не сделаешь, но факт оставался фактом. И он меня не радовал.

Потом для девушки начался кошмар. Тот парень с вечеринки исчез, да она и не думала его снова искать. А через три недели она почувствовала первые недомогания, и была настолько...невежественна, что обо всем произошедшем первой догадалась именно ее мать. И то, через три месяца.