Пять слагаемых счастья - Марион Леннокс

Шенни не помнила, как долго они простояли вот так, на холодном каменном полу. Позже, в своей спальне, она почти не чувствовала ног от холода, но тогда…

Ее рот приоткрылся под давлением его губ, и она почти растаяла в его объятиях. Поцелуй становился все глубже, и Шенни крепко прижималась к сильному телу Пирса. Казалось, простого поцелуя ему уже недостаточно. Он начал гладить ее тело, крепко прижимая ее к себе.

В другое время, в другом месте, они могли бы потерять голову настолько, чтобы довести начатое до логического конца. Шенни была уверена в этом. Этот поцелуй перевернул ее жизнь.

Но, к сожалению, они стояли на площадке, а за стеной спали пятеро детей, за которых они с Пирсом отвечали.

Это безумие… это чудо… должно было прекратиться. И оно прекратилось. Где-то внизу хлопнула дверь, и на площадке вспыхнул свет. Шенни и Пирс отпрянули друг от друга, как подростки, которых застали родители.

– Это ты, Пирс? ― донесся до них голос Сьюзи.

– Да, я, ― крикнул мужчина, и Шенни заметила, что его голос дрожит.

– Я забыла вас предупредить, мы установили там сигнализацию ― на случай, если на площадку поднимется кто-то из детей, ― извиняющимся тоном проговорила Сьюзи.

О, дьявол. Шенни незаметно оглянулась в поисках камеры слежения.

– Прости, что мы разбудили тебя, ― сказал Пирс, глядя вниз на Сьюзи.

– Я не спала. Я бродила по кухне и мечтала о маринованных огурчиках.

– Ты что, беременна? ― осторожно спросила Шенни, облокачиваясь на перила.

– О, и Шенни здесь, ― радостно воскликнула Сьюзи. ― Привет. Да, я беременна.

В этот момент из замка вышел ее муж, и Сьюзи поспешила обнять его. Она сделала это так легко и естественно. Женщина и ее мужчина… Они любили друг друга.

А Пирс стоит так близко…

– Кто это там наверху? ― громко спросил Хэмиш, нежно целуя жену в макушку.

Шенни посмотрела на Пирса. Он выглядел великолепно с растрепанными волосами. Неожиданно даже для самой себя она засмеялась.

– Что здесь смешного? ― спросил Пирс.

– Я тут подумала, из нас получились прекрасные горгульи, ― объяснила Шенни достаточно громко, чтобы супруги внизу тоже услышали.

– Говори про себя, ― проворчал Пирс.

– Но вы не выглядите каменными, ― крикнула Сьюзи.

– Просто Шенни слишком симпатичная для горгульи.

– Симпатичная? ― переспросила Шенни.

– Нуда.

– Эй, нам всем уже давно пора спать, ― вмешался Хэмиш. ― Ребята, у вас там все в порядке?

– Да, все хорошо, ― ответил Пирс.

– А у детей?

– Мы как раз о них говорили.

– Именно так все и выглядит, ― усмехнулась Сьюзи.

– А ты почему не спишь? ― спросил у нее Хэмиш.

– Я искала маринованные огурцы. Почему у нас их нет?

– Ты хочешь, чтобы я прямо сейчас разбудил бакалейщика и заказал доставку на дом?

– Завтра мы с Венди едем в город, ― сообщила Шенни. ― Я могу купить тебе огурцов.

– Я поеду с тобой, ― обрадовалась Сьюзи.

– Я тоже поеду, ― неожиданно сказал Пирс. Зачем он это сказал?

Шенни взглянула на него и снова отвернулась. Он выглядел еще более смущенным, чем она сама.

– Мы можем поехать все вместе, ― предложил Хэмиш.

– Нет, не можем, ― возразила его жена. ― Я сейчас только поняла, что я не могу поехать. Мы пообещали детям провести весь день на пляже, а они не умеют плавать. Я так рада, что смогу научить их! Это так весело! Ладно, спокойной ночи, ребята! ― добавила она, увлекая мужа в дом.

Как только супруги скрылись за дверью, свет на площадке погас. Очевидно, они решили, что Пирсу и Шенни необходимо остаться наедине. И в темноте.

Шенни отступила на пару шагов.

– Тебе необязательно ехать с нами в город. Мы и сами справимся.

Она пыталась не думать о том, насколько близко он стоял. Как же она хотела, чтобы он снова обнял ее!

– Тебе вообще необязательно проводить с детьми много времени, если ты собираешься нанять им няню.

– Я считаю, это разумное решение.

– Неужели?

– Я уже говорил, что не хочу связывать себя обязательствами, ― Пирс казался растерянным.

– Я тоже, ― кивнула Шенни. ― Только не после Майка.

– Извини за поцелуй.

– Мне даже понравилось, ― осторожно ответила Шенни. ― Хотя я думала, что это я поцеловала тебя.

– Хочешь сделать это снова?

Он еще спрашивает!

– Я… нет.

– Так будет лучше, ― мрачно сказал Пирс.

– Ты прав. ― Надо уходить с площадки, но ноги не слушаются. ― Значит, ты не хочешь создавать свою семью?

– Именно поэтому я и женился на Морин.

– Почему ты не видишься с Руби?

– Я вижусь с ней. Я приезжаю к Руби раз в месяц.

– Ты любишь ее? ― продолжала спрашивать Шенни.

– Я ей всем обязан.

– И все же ты женился и усыновил пятерых детей, но не сказал ей.

– Она бы обязательно вмешалась.

– То есть ты спасаешь Руби от самой себя?

– Ты ничего не понимаешь.

– Возможно. ― Шенни не покидало странное чувство, что она влюбилась в этого мужчину двадцать лет назад и все это время ждала его. ― Руби живет ради любви. Ты знаешь, что она потеряла мужа через три года после свадьбы?

– Знаю.

– И это чуть не убило ее. Но вместо того, чтобы замкнуться в себе, она заботилась о детях.

– Я сделал то же самое.

– Ты как раз замкнулся. Ты же все еще собираешься нанять няню.

– Я не могу сам справиться с детьми.

– Но ты планируешь навещать их лишь по выходным. В то же время тебе больно, что Венди боится тебя.

– Дьявол, Шенни…

– Ты сам не знаешь, чего хочешь, ― медленно сказала Шенни. ― Ты купил ферму потому, что, поселившись там, Руби смогла бы спасти еще нескольких детей.

– Я думал о возможности временной опеки, ― признал Пирс. ― Но я и подумать не мог, что усыновлю пятерых детей!