Жена для садовника - Кэтти Уильямс

Рафаэль завел руки девушки за голову, откинул полы халата, обнажая ее великолепное тело, и приник губами к розовым вишенкам ее груди, сначала к одной, а затем к другой.

Эми едва не упала в обморок от восторга. Она прогибалась под ним, издавая тихие стоны, и снова тянулась навстречу его умелым губам. Девушка запустила руку в его густую шевелюру. Она не закрыла глаза, наблюдая, как Рафаэль ласкает ее грудь губами и языком.

Вот он спустился ниже, проведя языком по животу. Эми простонала и закрыла глаза от удовольствия, когда его руки скользнули ниже, туда, где она уже готова была принять его. Его ласки становились все откровеннее. Эми рисковала слишком рано подняться на вершины блаженства.

— Не сейчас… — прохрипела она, привлекая Рафаэля к себе и доставляя ему то же удовольствие, какое он доставил ей минуту назад, лаская губами и языком, медленно и нежно.

Оба знали, что настал тот самый момент. Никогда раньше Рафаэль не испытывал такого единства с кем-либо. Он вошел в нее. Взял быстро, потому что слишком нуждался в ней в это мгновение. Их тела сплелись в едином порыве, содрогаясь на волнах экстаза и удовольствия.

А после, когда они оба обессиленные лежали рядом, Рафаэль вдруг произнес:

— Мы не предохранялись.

Эми не сразу поняла, о чем он говорит. Ей хотелось еще хоть немного по наслаждаться чувством полного единения и поиграть с волосами на его широкой груди. Что она и делала. Девушка оперлась на локти и взглянула на него.

— Да, — согласилась она. — Не предохранялись. Все произошло так быстро… Сначала я пришла к тебе извиниться, а через минуту мы уже оказались в постели.

— И у нас могут возникнуть проблемы.

— А что, если я скажу тебе, что не пользуюсь контрацептивами?

— Это не шутки, Эми. Так ты предохраняешься или нет?

Девушка отстранилась, ощутив обиду.

— Конечно, предохраняюсь, — сказала она честно. — Можешь не волноваться, я не собираюсь через год появиться на пороге твоего дома с подарком в корзине. Я не столь безответственная!

— Со старыми привычками трудно бороться. Мне нужно быть уверенным, что я не оставил за собой следов.

— Ты боишься серьезных отношений, — заключила Эми. По непонятным причинам она ощущала боль оттого, что Рафаэль сразу отрубил все концы, намекнув, что серьезные отношения между ними исключены. Хотя, если рассуждать здраво, для этого и так не было возможности, ведь через несколько дней Эми вернется в Англию, а он останется здесь.

Но даже если бы Эми поселилась по соседству, она и представить себе не могла, что Рафаэль предложит ей выйти за него замуж и нарожать детей.

У них была всего одна ночь, проведенная вместе. Они ведь даже на свидание не ходили! По крайней мере, не совсем. Пригласить кого-то на прогулку из жалости не считается свиданием, а переспать с кем-то из простого физического влечения не считается любовью.

Эми подумала, почему это она использовала слово «любовь», и нахмурилась.

— Я же не сказал, что боюсь отношений. Почему ты так обеспокоена? Просто я привык быть осторожным.

— Я выгляжу обеспокоенно? — рассмеялась Эми. Странно, но ей не хотелось ничего, кроме как наслаждаться мужчиной, который лежал рядом с ней, пока это возможно.

— Я обидел тебя?

— Обидел? Как?

— Спросив о контрацепции?

— Нет. Нет, что ты! Я беспокоилась бы, если бы мы оба не предохранялись. Мужчины почему-то всегда считают, что они одни виноваты в том, что женщина, с которой они спят, забеременела. Ты всех женщин спрашиваешь, пьют ли они таблетки?

— Нет. Обычно я все беру в свои руки.

— В смысле?

— А как ты думаешь, о чем я говорю? — Рафаэль поцеловал Эми в губы, но она отстранилась.

— Хорошо, я поняла. Но почему ты так боишься серьезных обязательств?

Рафаэль простонал.

— Мы проведем остаток ночи в разговорах? Потому что у меня на уме кое-что получше.

— И что же? — невинно спросила Эми, прижавшись к нему всем телом.

— Полагаю, ты знаешь…

О, да. И на этот раз они занимались любовью дольше — до тех пор, пока ночь не обратилась в день. И наконец, насытившись, оба заснули, тесно прижавшись друг к другу.

Проснулась Эми в одиночестве. Сначала она подумала, что Рафаэль испугался вчерашнего разговора об обязательствах и исчез, вернувшись в садовый коттедж.

Но Эми ошиблась.

Он вошел в комнату в одних трусах и с подносом в руках, на котором были булочки, джем и чашки с ароматным каппучино.

— Ты должен был меня разбудить! — Эми резко села на постели. Ее грудь оказалась поверх одеяла, и Рафаэль почувствовал небывалое возбуждение.

— Ты так чудесно спала, — он поставил поднос рядом с ней и сел. — Но прежде, чем мы приступим к завтраку… — Рафаэль открыл баночку с джемом и, окунув туда палец, намазал им ее соски.

Эми засмеялась, а он начал слизывать сладкий джем, пока она не задрожала от желания. Наконец Рафаэль поднял голову, и Эми, умоляюще взглянув на него, произнесла необыкновенно женственно:

— Прошу вас, сэр, можно мне еще немного?..

— Думаю, через минуту мы сможем это организовать. А пока… кофе. Булочки. Мы, нью-йоркцы, обожаем булочки. И поэтому они у нас самые лучшие в мире. — Рафаэль отломил кусочек горячей сдобы и накормил Эми.

Именно в эту минуту он ощутил себя романтиком. Вот только Рафаэль Вивес никогда не был романтиком. Обычно после ночи, проведенной с женщиной, он вставал рано и возвращался к работе, целуя партнершу в щеку, если та еще спала. Хотя и женщины, с которыми он встречался, поднимались ни свет ни заря и собирались уходить уже после легкого завтрака. Но никогда еще ни Рафаэль, ни его женщины не завтракали в постели!

— О, в любой булочной можно купить неплохую выпечку, — поддела его Эми, думая, что никогда в жизни не пробовала булочки вкуснее. — И любой человек может встать пораньше и купить его. А вот самому испечь вкусную булочку — тест для настоящего мужчины.

— То есть настоящий мужчина должен непременно уметь выпекать хлеб?

— Точно! — рассмеялась девушка.

У нее вдруг возникло странное чувство, что она может прожить с Рафаэлем всю оставшуюся жизнь. И полностью доверять ему.

Не то чтобы у нее был на это хоть один шанс. Ведь осталось совсем немного, и скоро она покинет Нью-Йорк, а Рафаэль Вивес останется лишь приятным воспоминанием. Может быть, самым приятным…

— Что же, тогда у меня исчезли последние сомнения насчет того, кто я. Очевидно, я мышь. Зверек, который обожает вкусную выпечку.

Эми рассмеялась. Она никогда не думала, что мужчина сможет так быстро ответить на ее шутку. Впрочем, ей никогда не приходило в голову и то, что кому-то окажется под силу так быстро и часто заводить ее.