За первого встречного? - Натали де Рамон

— Сэр, простите! С вами все в порядке? — За окном жарко сияло пронзительно голубое средиземноморское небо, а у дивана, где только что была Клодин, стоял кудрявый кареглазый мальчик-портье и испуганно смотрел на окровавленное полотенце, обмотанное вокруг руки постояльца.

— Не знаю, — ответил Леон и сел. В ушах звенела пустота.

— Простите, сэр, — снова извинился мальчик, — но в холле вас давно ждут полицейский и пожилой господин. Хозяин звонил вам, но вы не подходили к телефону…

Какой славный серьезный мальчуган, лет двенадцать, не больше, подумал Леон, наверное, отец гордится им…

— Сэр, так что же им передать? Вы спуститесь или дождетесь доктора?

Леон внимательно посмотрел на потемневшее от крови полотенце, как будто увидел впервые. Действительно, нельзя же с таким безобразием показываться на людях.

— Малыш, раздобудь-ка мне пластырь и зови их сюда.

Дверь за мальчиком закрылась, и Леон размотал полотенце, но освободить руку от него так и не смог: кровь запеклась, и полотенце намертво прилипло к отекшей кисти, а пальцы совсем не повиновались Леону.

— Разрешите, сэр? — В номер заглянул полицейский.

— Пожалуйста, — ответил Леон, подумав, что этот крупный южанин удивительно напоминает ему кого-то.

Следом за полицейским вошел вчерашний рыбак.

— Извините, господа, я порезал руку, — Леон снова неловко завертел ее в полотенце. — Хорошие новости? — с надеждой спросил он.

— На рассвете мою лодку нашли, сэр, — отозвался старик.

— Сколько я вам должен?

— Нисколько, сэр. Она совершенно не пострадала. Вот, — рыбак полез в карман, — заберите кольцо вашей жены.

Леон взял кольцо.

— Но почему же вы не отдали его ей?

— Сэр, лодка была пустая.

В поисках поддержки старик взглянул на полицейского, а из ладони Леона снова начала сочиться кровь, потому что Леон резко встал на ноги и не удержал на руке тяжелое полотенце.

— Позвольте представиться, сэр, — полицейский протянул Леону свое удостоверение. — Мы обследовали море вокруг острова Комино, там прозрачная вода до самого дна, сэр.

Леон опять опустился на диван и прочитал: «Сержант Ёзеф Клернон», наверное, родственник моего аббата, машинально подумал он, но спросить ничего не успел, потому что сержант Ёзеф Клернон сказал:

— Но мы не обнаружили тела вашей жены.

— Т-тела?

Сейчас же день, откуда опять эта мерзкая луна, зачем она проткнула своим длинным когтем мою спину?..

— Сэр, выпейте воды, потерпите, мы уже вызвали «скорую», мне очень жаль, мы продолжим поиски, привлечем водолазов, у нас есть вертолет…

Как их здесь много, ужаснулся Леон: рыбаки, сержанты, портье, хозяин гостиницы, врачи… Ах да, у меня же порезана рука! Но что здесь делает Вонахью?

— Сержант, я близкий друг сэра де Коссе-Бриссака. Я так переживаю за него. Как вы себя чувствуете, мсье маркиз? Мое имя Вонахью. Мне хотелось бы кое-что рассказать вам. Это наверняка поможет следствию.

— Пожалуйста, не дергайте рукой, сэр, — попросил врач, — я должен наложить несколько швов. Потерпите.

— Видите ли, сержант, вполне вероятно, что дочку мсье маркиза сбросила со скалы его жена, а сама скрылась, передав обручальное кольцо. То есть тем самым она как бы сказала, что подает на развод и раздел имущества.

Это ложь! — хотел крикнуть Леон.

— Сэр, пожалуйста, не шевелитесь, иначе я сделаю вам больно, — снова попросил врач. — Господа, может быть, вы побеседуете за дверью?

Леон скрипнул зубами, а Вонахью как ни в чем не бывало продолжал: