Ангел в моих объятиях - Стефани Слоун

Сара одарила Титуса самым грозным взглядом, на который была способна, и плюхнулась обратно на кровать.

— Ну, хорошо, хорошо, я приду на три твоих приема, но выбирать буду сама, и чтобы никаких танцев. Вообще никаких! — подчеркнуто строго сказала она. — Согласна?

— Согласна, — подтвердила Клер с победоносной улыбкой, потерла поясницу и осторожно плюхнулась рядом с Сарой.

Неожиданно матрас провис под ними — это Титус всем своим весом рухнул на кремовое покрывало и улегся между подругами. Он положил голову Саре на бедро и громко умиротворенно вздохнул.

— Это ты его подначила, признавайся?

— Только не я! — возмутилась Клер. — Ты прекрасно знаешь, что по части нанесения ущерба Титус и сам отлично справляется, без всяких уговоров.

Собака подняла голову, посмотрела на Сару, потом на Клер и опять на Сару, затем зевнула во всю свою огромную пасть, наполнив воздух запахом кожи. Проделав все это, Титус опустил голову, закрыл глаза и тут же засопел.

— Кстати, об ущербе… Как ты собираешься компенсировать лорду Уэстону потерю сюртука, изодранного твоей собакой?

— О, лорд Уэстон…

Клер осторожно поменяла позу, чтобы видеть лицо Сары.

Не поняла, это романтическое «О» или с ноткой раздражения?

— Перестань, Клер. По-моему, я совершенно ясно дала понять, как отношусь к лорду Уэстону, — ответила Сара. — Более того, мне даже страшно представить, что он обо мне думает из-за моей неугомонной мамочки.

— Да, я знаю. Но… все-таки, согласись, граф ослепительно красив. Возможно, если он будет оказывать тебе знаки внимания, это охладит Диксона, и он перестанет так настойчиво донимать тебя своими ухаживаниями.

Сара повернулась, потревожив Титуса, и посмотрела на подругу.

— Ты предлагаешь мне использовать лорда Уэстона для осуществления моих коварных замыслов? Не очень благородно, тебе не кажется?

Сара наблюдала за выражением лица подруги, которая пыталась справиться с угрызениями совести. Клер решила, что не стоит торопить события и Сара должна действовать по собственному усмотрению.

— Я уже говорила, что граф очень хорош собой?

— Да-да, говорила, — рассмеялась Сара.

Клер вовсе не обязательно было напоминать ей о физических достоинствах лорда Уэстона. У Сары была прекрасная возможность убедиться в этом, когда она внимательно разглядывала графа из своего лесного укрытия и теперь не могла выбросить его из головы.

И не только из головы, если быть честной, — все ее существо, даже самые затаенные уголки не остались равнодушными к его совершенствам.

— Но я очень сомневаюсь, что граф захочет иметь со мной дело после того, что случилось, — сказала Сара, отбрасывая назад локон, щекотавший ей щеку.

— Не думаю, что сюртук так дорог ему…

— Сюртук здесь совсем ни при чем, — перебила подругу Сара. — Он застукал меня, когда я пряталась на поляне.

Клер поджала губки, обдумывая откровение подруги.

— Понимаешь, я ползла на четвереньках к кусту рододендрона, — уточнила Сара, — и он увидел меня в таком…

— Ты имеешь в виду свою поляну в усадьбе? — поинтересовалась Клер и снова поджала губы.

Сара осторожно потянула выбившуюся прядь волос и провела ею по губам.

— Не могла же я ползать по его поляне, тебе не кажется?

Клер закатила глаза.

— Сара!.. — сказала она и многозначительно замолчала, как делала всегда, когда хотела узнать больше подробностей.

— Я пряталась от мистера Диксона, ну, как обычно.

— Так, понятно.

— Но в этот раз мистер Диксон приехал раньше времени, и мне пришлось срочно что-нибудь придумывать. Только я вышла на поляну, как услышала цокот копыт. Что было, делать? Я и побежала.

— Как грубо с его стороны — заставить тебя бегать, — не удержалась Клер.

— Вот именно! — с чувством сказала Сара. Она оставила в покое прядь волос и взяла подругу за руку. — И вот я оказалась посреди лужайки, в моем распоряжении только кусты да листья папоротника, чтобы как-то укрыться от него. И у меня неплохо получалось, пока не объявился лорд Уэстон.

— Зачем же ты вылезла из кустов, позволь узнать?

Титус громко захрапел, вызвав у Сары улыбку.

— Во-первых, я не собиралась проводить остаток жизни в кустах рододендрона, а во-вторых, понятия не имела, что лорд Уэстон собирается к нам с визитом.

Клер кивнула:

— Понятно. И что же случилось потом?

— Я заключила сделку с лордом Уэстоном, а потом дошла до леса и спряталась там. Теперь ты понимаешь, что я больше не нужна графу, ведь он стал свидетелем…

— Сделку? — удивилась Клер, осторожно высвобождая руку. — Какую сделку?

— Не могу сказать, — категорично заявила Сара, состроив страшную гримасу.

— Не можешь или не хочешь? — настаивала Клер с явным беспокойством в голосе.

— Бог мой, все было вполне пристойно, а не так, как ты вообразила. Просто я должна отплатить лорду Уэстону за то, что он не выдал меня. Я согласилась.

— И какова цена? — продолжала допытываться Клер.

Сара смущенно откашлялась.

— Не было времени, чтобы обсудить…

— Ты согласилась неизвестно на что?! — взвизгнула Клер, ее глаза чуть не вылезли из орбит.

— Я была не в том положении, чтобы спорить. Сама подумай, вся в траве и бог знает в чем еще, я же чувствовала себя страшно неловко и отчаянно хотела только одного — чтобы все быстрее закончилось. Если лорд Уэстон разумный человек, то он потребует, чтобы я держалась подальше от него и его дома.

Клер явно расстроилась.

— Сара, дорогая, прости меня, я не сообразила.

— Не сообразила что? Что человек вряд ли способен думать, когда его лошадь практически уперлась мордой одной тебе известной особе прямо в зад…

— Сара!..

— …ницу? Послушай, Клер, я тебя обожаю, но ты то и дело меня перебива…

Клер упала на спину.

— Да ты просто без ума от лорда Уэстона.

Сара с облегчением выдохнула, впечатление было такое, что, вдохнув утром, она целый день не дышала.

— Думаешь, именно это со мной происходит?

— Уверена.

— Черт побери!

Не сговариваясь, девушки рассмеялись, как могут смеяться только близкие подруги.

Сара прижалась к Клер.

— Ты знаешь, при мысли о графе меня пот прошибает. Это нормально?

— О да, — тихо ответила Клер. — Это очень хороший знак.

— А еще он меня злит.