Замужество мисс Монктон - Хелен Диксон

От долгого жаркого поцелуя у Марии захватило дух и закружилась голова. Забыв обо всем на свете, закрыв глаза, она полностью отдалась неизведанному наслаждению. Наконец Чарльз поднял голову, но она не решалась посмотреть на него, чувствуя беспомощную растерянность перед пробудившимся в душе смутным желанием. Но вот глаза ее распахнулись, чары распались, Мария вернулась к действительности и уперлась в его грудь рукой.

— Нет, Чарльз, я не могу! Не надо!

Он снова прижал ее к себе, восторгаясь ее раскрасневшимся личиком и часто вздымающейся грудью.

— Только если вы скажете, что не хотите меня. Но это будет неправдой.

Она молчала и только неотрывно смотрела на него, не в силах сопротивляться самой себе. Чарльз снова завладел ее ртом, ласково лелея эти нежные, чуть припухшие губки. С тихим стоном Мария прильнула к нему, и они слились в горячем, самозабвенном поцелуе, пока он не загорелся от страсти. Он положил ей на грудь пылающую ладонь, и Мария едва не вскрикнула от острого возбуждения. Она прервала поцелуй и судорожно вздохнула.

— Чарльз, так нельзя, нельзя! — высвободившись из его рук, отчаянно прошептала она, потрясенная до глубины души. — У вас нет ни совести, ни чести, если вы позволяете себе целовать будущую жену другого человека.

Чарльз помрачнел.

— Тем хуже для вас, — угрюмо проворчал он. — В любом случае, когда вы с ним встретитесь, он поймет, что потерял вас.

— Это решать мне, а не вам, хотя я тронута вашей тревогой за меня, если я правильно вас понимаю. Если вы действительно питаете ко мне рыцарские чувства, тогда докажите это тем, что не станете снова целовать меня, пользуясь моей уязвимостью и беззащитностью. Что я могу подумать — только то, что вы пытаетесь соблазнить меня, видя мое к вам доверие?

Он угадал боль, что пряталась за ее негодованием, и злость его улетучилась. Он нежно убрал с ее щеки черный локон.

— Нет, нет, Мария, ничего подобного! Просто за эти два дня я ближе узнал вас, и ваше очарование вскружило мне голову, как крепкое вино. Я не могу думать о том, что скоро вы окажетесь во власти человека, который совершенно вас не достоин.

— Я — во власти Генри? Этому не бывать, Чарльз. Своему будущему мужу я с радостью отдам все, что у меня есть — и мою любовь, страсть, преданность. Но взамен я хочу, чтобы он тоже любил, уважал меня и хранил мне верность. Как бы там ни было, в конце концов, я сама буду решать свою судьбу.

— Я понимаю и надеюсь, что ваше решение будет правильным. А сейчас вам пора ложиться. И не забудьте запереть дверь. — На пороге он оглянулся и с ласковой улыбкой пожелал: — Приятных сновидений, Мария.

Чарльз уходил от Марии, размышляя над тем, что он был прав: она понятия не имеет о чувственных отношениях между мужчиной и женщиной. Да и откуда ей было знать, если она росла под недреманным оком этой суровой ханжи! Полнейшая невинность сказывалась в испуге, с которым она отнеслась к его просьбе о поцелуе, в скованности ее девического тела, когда он попробовал ее приласкать.

И все-таки она ответила ему на поцелуй. Какими восхитительно нежными, сладкими и податливыми были ее губки! Он готов был остаться на всю ночь, чтобы научить ее еще кое-чему, но соблазнение Марии Монктон не входило в его планы. Пока что необходимо было остудить свою страсть и не вспоминать о том, какой хрупкой и гибкой она была в его объятиях.

Мария заперла дверь и в полном смятении опустилась на кровать. Каким образом Чарльз Осборн всего за два дня сумел пробудить в ней чувства, о которых она не подозревала?! А если он снова придет и продолжит ее соблазнять? Сейчас ей каким-то чудом удалось воззвать к собственному благоразумию и удержать себя на краю гибели. Однако она не чувствовала в себе сил, которые помогли бы ей выдержать еще одно подобное испытание.

Он отлично сознавал, что с ней делает, и воспоминание о пережитом в его объятиях потрясении усугубляло ее угнетенное состояние. Казалось, теперь она до конца своих дней будет это помнить.

А Генри? Она и не думала о нем, позволив себе увлечься другим человеком. Как же быть, мучительно и беспокойно размышляла Мария. Влечение сердца противоречило ее представлениям о приличиях и достоинстве, но она не могла с ним совладать.

Марию разбудил стук в дверь. Находясь еще во власти сна, она не сразу сообразила, где находится. Когда стук повторился, она соскочила с кровати и с сильно бьющимся сердцем подбежала к двери.

— Кто там?

— Это я, Чарльз.

Мария колебалась, не желая открывать дверь, не решаясь посмотреть Чарльзу в глаза после вчерашнего.

— Вы… вы меня напугали. Я не ждала вас…

— В самом деле? — усмехнулся он. — А кого вы ожидали увидеть? Мария, уже поздно. Вы помните, мы собирались выехать рано утром?

— Я оденусь и через минуту буду внизу.

Чарльз уже воздавал завтраку должное, когда она спустилась вниз. Она села за стол, не смея поднять глаза на его невозмутимое лицо.

— Хорошо спали? — осведомился он.

— В конечном счете неплохо, — тихо ответила Мария, глядя на еду, которую принесла трактирщица, налила себе кофе и с удовольствием отпила горячего напитка. — Извините, что опоздала. Я устала больше, чем думала.

Чарльз пожалел, что она не может хорошенько отдохнуть, но нужно было спешить, чтобы к вечеру оказаться в Кале.

— Вы можете поспать в карете. Обещаю вас не будить, — улыбнулся он.

И она ответила ему благодарной улыбкой.

Устроившись в карете для последнего этапа их путешествия, Мария вновь оказалась наедине с мужчиной, который стал оказывать на нее столь сильное влияние. Она была хорошо воспитана и понимала, что ее вчерашнее поведение с Чарльзом было непростительным, это ее смущало и заставляло задуматься о своей участи.

— Мария! — отвлек ее голос Чарльза. — Что-нибудь случилось?

Она подняла голову и встретилась с озабоченным взглядом его голубых глаз.

— Случилось? Я…

— Скажите мне, что вас мучает, — предложил он, на что она покачала головой. — Вы боитесь. Мария, вы меня боитесь? Или чего-то еще?

— Это… Это из-за вчерашнего вечера… Когда вы…

— Когда я вас поцеловал?

— Да, из-за этого.

— И что же?

— Я боюсь чувств, которые вы пробудили, во мне, — с отчаянием призналась она. — Я их не понимаю. Я… мне кажется, что для вас это просто… флирт.

— Неужели? — По его губам скользнула коварная улыбка. — Вам так кажется или вы в этом уверены, Мария?

Она нервно сглотнула:

— Вы хотите сказать, что это не так?

Представив себе, что он целует ее, когда ему вздумается, она ужаснулась, но заставила себя говорить спокойно и рассудительно:

— Дело не в том, что я этого боюсь, просто вам не следовало этого делать. Это было нехорошо, и я буду вам благодарна, если вы… Если вы воздержитесь от подобных поступков в будущем.