Не дай нам упасть - Мила Любимая

Мозгами отчётливо понимаю одно – сейчас доверять стоит только самой себе, но не могу разочароваться в этом мужчине.

Для чего тогда он помогал мне?

Зачем привез к своей сестре и племяннице?

Безжалостные и жестокие мужчины поступают по-другому. Они не заботятся, не переживают, не пытаются доказать ничего и никому. Не логично будет вдруг взять и поставить слова Инги на уровень выше. Может быть, она специально тот концерт в уборной разыграла. С неё станется, знаете ли.

Боже, вся моя жизнь стала похожей на безумный турецкий сериал! Интриги, скандалы, расследования.

Решительно поднимаюсь с шезлонга и иду к нему навстречу.

Исаев берет меня за руку и уводит в самую глубь сада, где мы садимся на двухместные качели. Слишком близко друг к другу.

— Всё в порядке?

— Да, — он откидывается на спинку, продолжая прожигать меня своим взглядом. — У меня состоялась крайне занимательная беседа с Райским.

Что? Сердце пропускает пару ударов.

— Как? — повернулась к нему, случайно задев правой рукой его бедро. — Прости. Где это случилось?

— Ездил к нему в офис, — пожимает плечами. — Не переживай. Обсудили дела, пытались прийти к компромиссу в важном вопросе.

В выходной день? Что-то на странном.

Впрочем, бывало случалось, Влад задерживался на работе. Увы, когда ты и адвокат, и бизнесмен, приходится впахивать, будто раб на галере. Большие деньги просто так из воздуха не появляются.

Каким чудесным образом он смог впихнуть в свой плотный график постоянную любовницу вообще без понятия.

Ладно, сейчас совсем не об этом. Все его телодвижения в интимном плане мне отныне не интересны.

Больше настораживает то, насколько легко и непринужденно он согласился променять меня на радужное будущее для своей компании. Если задуматься, я слышала лишь часть переговоров. Вполне возможно, он куда более страшный человек, чем кажется с первого взгляда.

Пусть ты изменяешь законной жене с её лучшей подругой и еще бог знает с кем, но без лишних раздумий подвергать чужую жизнь опасности? Кем надо быть? Разве я выходила замуж за конченного негодяя и мерзавца?

Где были мои глаза? Их заволокло розовой ванилью! Не хочу вспоминать свой брак. Тогда начинаю считать себя наивной дурой, которой много лет вешали на уши сказочную лапшу.

— Сегодня суббота, — всё равно сказала, рассчитывая услышать больше четких объяснений.

Гордей дал их мне, ничего не утаивая. Пожалуй, это в нем и подкупало меня. Его честность, искренность и открытость.

— Мне известен рабочий график твоего мужа. Моя служба безопасности следит за Райским уже более месяца, — тут он начинает хмуриться. — Идите вы…

— Гордей?

— Собирайся, поехали. Остальное по дороге расскажу.

Меня дважды просить не нужно было. По царившей между нами атмосфере я поняла самое главное – произошло нечто из ряда вон, а времени на долгие объяснения нет.

Вернувшись в дом, переоделась во вчерашний свой наряд. К счастью, он успел высохнуть после стирки. Какое счастье, что в современном мире существуют отпариватели. Пара минут и платье выглядит так, словно новенькое.

Наскоро прощаемся с Глорией и Флорой. Обещаем обязательно ещё заехать в гости. Малышка обнимает сначала Гордея, потом меня. Это непередаваемое, чудесное и волшебное ощущение – объятия ребенка.

— Ты ей понравилась, — умиляется Глория. — Ну всё, Фло. Тете и дяде нужно ехать.

Флора энергично машет нам маленькой ручкой, пока мы садимся в машину.

Едва успели отъехать, как раздается голос Гордея:

— На той записи с Райским встречался не я, а мой друг и заместитель – Герман Льдов.

— Друг? — непонимающе переспрашиваю.

— Тот частый случай, когда друг оказался вдруг, — он уверенно ведет машину правой рукой, стиснув оплетку руля. Второй задумчиво чешет переносицу. — В ту пятницу я действительно неспроста оказался возле твоего дома.

Так…

Мне страшно услышать правду, с которой я не смогу смириться. Но почему-то Гордею мне хочется верить. Это глупо, да? Знать человека всего неделю и все равно не сомневаться в нем. В то время, как мужчина, с которым я прожила больше пяти лет предал меня.

Я точно дура!

— Это было не пари? — грустно улыбнулась.

— Нет.

Ладно, похоже, что меня сейчас либо добьют, либо я не знаю…

— С Райским у нас давняя вражда, — Гордей резко выворачивает руль, и мы сворачиваем направо. На горизонте уже виднеется подъезд к городу. Но на окружной дороге, как и обычно, пробка длинною в целую вечность. — В Питер я вернулся совсем недавно, до этого долгое время жил за границей. Занялся родительским бизнесом, Влад сразу принялся вставлять палки в колеса. Началось с мелких пакостей, потом он перешел к более жёстким мерам, чтобы вытравить меня отсюда.

Это к каким же, интересно?

— Угрожал тебе? — нервно прикусила нижнюю губу.

— Нанял киллера, — мы останавливаемся, пристроившись в центральный автомобильный ряд, где машины хотя бы понемногу двигались вперед. — В последнее время пытается сделать меня банкротом, срывая сделки с важными деловыми партнерами.

Боже мой, это всё реально смахивает на сериал! Я не представляла, что в жизни так бывает. Всё-таки ни то время для подобных разборок. Не девяностые, чтобы устранять конкурента настолько грязно.

Кажется, я правда никогда не знала своего мужа. Почти бывшего мужа.

— Причём здесь я?

— Льдов и моя служба безопасности держали на карандаше Райского. На прошлой неделе Герман предложил мне шантажировать его при помощи тебя.

— Похитив меня.

— Да.

— А ты? — я даже заерзала, так сильно нервничала.

— Я согласился.

Опускаю глаза, принявшись разглядывать свои ноги.

Согласился…

Гордей берет меня за руку и крепко стискивает пальцы.

— Алиса, для похищения были наняты специально обученные люди, — он подносит мою руку к своим губам и целует. — Ты же не думаешь, что я бы стал сам этим заниматься? Но учитывая все тобой пережитое, странно, что мне еще не прилетело по щам.

— Тогда что ты делал у моего дома?

— Приехал отменить всё, — легкая усмешка тронула его губы. — Знаешь ли, не мой метод решать проблемы с помощью давления на женщину. Собирался дождаться Райского, но вышла ты и… всё, что было между нами после – настоящее. Я не врал тебе ни единой секунды.

— Наверное, мы можем поговорить о нас после, — делаю глубокий вдох и высвобождаю руку. —