Слабость - Катерина Коршунова

— Твои дивные глаза, — прошептал он, нежно проводя под глазами мокрыми пальцами. Я испугалась за свой макияж, который мог потечь и сотворить из меня страшную куклу, но в этот момент Никита наклонился и поцеловал меня. Все внутренности сжались от его возбуждения. Он целовал меня так, будто давно об этом мечтал.

Внезапно оторвавшись, Никита хриплым голосом сказал:

— Я могу распустить твои длинные волосы?

Я лишь смогла кивнуть в ответ. Он потянулся к шпилькам и осторожно вытащил их. Волосы рассыпались по спине.

— Так мне нравится больше.

Я улыбнулась. Мне тоже так нравилось.

— Если ты попросишь, я не стану продолжать, — внезапно сказал Никита. Его затуманенный взгляд стал более осознанным. — Я дорожу тем, что зародилось между нами и готов дать нам время разобраться.

Его слова приятно меня удивили. Я радовалась, что он начинал принимать серьёзные решения.

— Я сижу на твоих ногах, чувствуя, как скоро полетят искры от нас с тобой. Глупо отрицать, что мы оба хотим одного и того же, и вряд ли философия отношений меня сейчас убедит просто одеться и поехать домой. Боюсь парацетамол от высокого напряжения в моём теле, меня не спасёт, — мой голос звучал соблазнительно и убедительно. Я на самом деле верила в то, что говорила.

Никита отлично понял мой намёк и потянулся за халатом. Я встала, и он закутал меня. Дальше мы побежали в комнату, где избавились от остатков мокрой одежды.

Никита не торопился, осыпая каждую часть моего тела поцелуями. Я захлёбывалась в диком возбуждении, ожидая кульминацию. Мне хотелось обладать всем этим мужчиной целиком, ведь не только мужчины желали женщин!

Глава 13

Пару дней пролетело, как во сне. Никита сводил меня с ума своей сексуальностью, неутомимым желанием и от его взгляда серых глаза сводило всё внутри живота. Я падала в омут и перестала даже сопротивляться, утопая в его ласке и страсти. Каждая ночь заканчивалась у него дома. Я была удивлена его открытостью. Сомневаюсь, что он часто водил женщин к себе, хотя я в любом случае могла ошибаться.

На работе мы держались на расстоянии. Но между нами так сверкали искры, что люди вокруг всё поняли, и постоянно бросали странные взгляды в нашу сторону. Но разве нам не было всё равно? Я продолжала редактировать его роман, окунаясь в творчество с головой. Теперь я знала о Никите всё, чтобы понять, почему он такой.

В один из прохладных весенних вечеров мы сидели у камина в его квартире, слегка прикрытые пледом, и, пресытившись любовью, отдыхали. Никита водила пальцем по моему плечу и о чём-то задумчиво размышлял.

— Хочу сбежать в жаркую страну, — неожиданно сказал он, — где ты наденешь бикини, и мы будем валяться у бассейна.

Было приятно осознавать, что мы продвинулись настолько далеко, чтобы уже планировать совместный отдых.

— Нет! — возразила я, — скоро выпуск и презентация твоего романа. Ты не можешь позволить себе уехать.

— Я могу себе позволить всё, — хриплым голосом сказал Никита.

— Так нечестно, — я продолжала настаивать, — мы обязательно должны присутствовать на этом мероприятии.

— Мы? — с улыбкой переспросил Никита.

— Не как пара, — отмахнулась я, хотя это будет очень кстати заявит миру о нас, — я как редактор хочу также присутствовать при выпуске твоего детища.

— А ты об этом, — Никита лёг на ковёр, немного стягивая плед с меня. Я оценила его хитрость, но слегка задержала плед пальцами. — Ты прекрасна, — прошептал он, — не нужно прятать красоту.

— Я знаю все твои штучки, — я засмеялась.

— Как там Женя? — внезапно спросил Никита, — прекратил свои нападки?

Я погрустнела. Женя начал меньше нападать, но сообщения до сих пор не прекратились. Я не хотела озвучивать реальную картину Никите, чтобы не создавать дополнительного напряжения. У нас сейчас такой прекрасный период! Совсем не хотелось отвлекаться на мелкие склоки с Женей. Поэтому поразмыслив немного, я решила приврать:

— Пропал, не волнуйся, где-нибудь зализывает раны.

— Он ведь часто в разъездах? — снова вопрос. Странно раньше Никиту совсем не волновал Женя.

— Да, и это существенно облегчит мне жизнь. На расстоянии сердце легче перенесёт утрату.

— Мне кажется, или ты его жалеешь? — внезапно спросил Никита. Его тон мне не нравился. Он будто пытался что-то для себя понять.

— Возможно, — согласилась я, — я виновата, что у нас ничего не получилось с Женей. Наверное, стоило давно прекратить эти отношения, но я, как истинный мазохист, продолжала творить грустную историю, у которой не было хэппи энда.

— Мне не нравится твой ответ, — честно сказал Никита, — ты должна просто идти дальше.

— Так ты обычно делаешь? — не удержалась я от колкого вопроса, — перечёркиваешь очередную девушку и идёшь дальше?

Никита слегка улыбнулся, но эта улыбка не предвещала ничего хорошего.

— Я ведь говорил, что не являюсь образцом человечности.

Мы затихли. Каждый ушёл в свои мысли. Рядом с Никитой я чувствовала себя свободной, будто с раскрытыми крыльями за спиной, но где-то в глубине души мне постоянно казалось, что это однажды прекратиться, и это омрачало моё счастье. Никита никогда ничего мне не обещал. Это стоило учитывать.

В этот вечер я ночевала у себя, сославшись на личные нужды. Никита спокойно меня отпустил. Он тоже нуждался в передышке, во времени для романов, а это означало тишину и спокойствие. Я была готова дать ему это пространство, сама ныряя в свои потребности. Именно такого формата отношений я искала: никаких претензий, лёгкость, понимание, своя зона комфорта.

Утром я получила очередную порцию сообщений от Жени. Обычно я просто смахивала смс, обещая себе, что сегодня же занесу этого парня в чёрный список, но каждый раз почему-то не поднималась рука. Но зацепившись за пару слов я всё же открыла сообщение в то утро. Женя просил о помощи. Я ответила положительно. Я не могла отказать.

Женя заехал перед работой за мной. У меня оставался ещё час, поэтому я села к нему в машину и попросила точнее объяснить. У Жени была младшая сестра. Ей шестнадцать. Тот возраст, когда много хочется, но родители ещё стараются контролировать тебя. Карина была слишком независимой и пыталась бунтовать. Учитывая нашу не слишком большую разницу (хотя в её глазах выпускница университета уже казалась Карине буквально старой девой), всё же девочка ко мне иногда прислушивалась.

— Она живёт у подружки и не хочет возвращаться домой? — уточнила я.

— В общих чертах да.

Женя смотрел на меня с неприкрытой болью. В его глазах отражалось что-то невероятно мрачное, будто кто-то умер, хотя наверняка в