Тихая ложь - Нева Олтедж

Первые несколько комнат, мимо которых я прохожу, пусты. Я проскальзываю мимо комнат Кевы и Филипа, не проверяя их, а также некоторых других, используемых моими людьми, и иду дальше по коридору. Моя жена находится в последней спальне на этом этаже, спит под тонким одеялом на крошечной кровати, на которой никогда не поместится мое крупное тело. Ее чемоданы сложены в углу, все восемь штук.

Прислонившись плечом к дверному косяку, я наблюдаю за ее спящей фигурой. Я был уверен, что она откажется помогать на кухне. Но сообщение, которое я получил от Кевы, было не текстовым сообщением, а фотографией моей жены, стоящей на маленькой табуретке перед раковиной и оттирающей огромную пригоревшую сковороду. На ней были те же золотистые брюки и синий свитер, что и в ресторане, только вместо высоких каблуков на ногах были какие-то пушистые монстры. Затем последовало еще несколько фотографий. Сиенна ставит бокалы в шкаф. Наклонившись над плитой, она заглядывает в кастрюлю, из которой идет пар. Несет грязную посуду, явно над чем-то смеясь. У меня возникло серьезное искушение отложить на другой день свою задачу по убийству Уэсли и отправиться домой только для того, чтобы понаблюдать за Сиенной, пока она, судя по всему, получает удовольствие от своей работы.

Итальянцы в Cosa Nostra — особая категория. К тем, кто занимает верхние ступени иерархии, относятся почти как к членам королевской семьи, и многие из них ведут себя так, как будто они и в самом деле таковыми являются. Особенно это касается женщин. Несколько лет назад я встречался с сестрой одного из капо, и уже через двадцать минут нашего свидания у меня возникло искушение покончить с собой. Я даже не помню имени той женщины, только ощущение, что передо мной сидит пустая оболочка человека. Манекен в витрине магазина, единственной целью жизни которого была демонстрация дорогой одежды. Сними ее, и останется лишь пластиковый манекен.

Моя жена может носить такие же дорогие наряды, но у меня есть ощущение, что под их поверхностью скрывается гораздо больше слоев. И я намерен содрать их все до единого и узнать, что скрывается под ними.

Подойдя к чемоданам, я подхватываю первые два и несу их в свою комнату. Повторив это действие еще три раза, я подхожу к кровати, на которой спит Сиенна, и просовываю руки под ее хрупкое тело. Может быть, я пока и не собираюсь заниматься с ней сексом, но есть только одно место, где ей разрешено спать. В моей постели.

Сиенна вздрагивает, что-то бормочет и зарывается лицом в мою грудь. Я несу ее в спальню, осторожно опускаю на кровать и забираюсь к ней. Она продолжает спать, даже когда я обнимаю ее за талию и притягиваю к себе.

Глава 7

Как только я открываю глаза, то понимаю, что нахожусь не в той комнате. Вместо маленького окна без занавесок передо мной длинные темные шторы, закрывающие французские двери, ведущие на балкон. Это комната моего мужа. Наверное, он перенес меня сюда, пока я спала. И мои чемоданы тоже вернулись, выстроившись вдоль стен. Лёгкая улыбка растягивается на моих губах.

Я переворачиваюсь на другой бок и обнаруживаю, что кровать пуста, и непрошеное разочарование пронзает меня до глубины души. Неужели я втайне надеялась, что рядом со мной окажется Драго? Наверное, да, немного. Дверь в спальню закрыта, а его нигде не видно. Тянусь к его подушке и прижимаю ее к лицу. Она пахнет им. Может быть, мне и нравится просыпаться в постели Драго, но я все равно потом перенесу свои вещи обратно в маленькую комнату. Я не буду спать с незнакомым мужчиной, каким бы сексуальным он ни был.

В коридоре раздается стук приближающихся шагов. Я отбрасываю подушку, так, словно она меня обожгла, вскакиваю с кровати и направляюсь к чемоданам.

— Ты пропустила завтрак, — раздается голос Драго с порога. — Кева отложила для тебя кое-что на кухне.

— Спасибо, дорогая, — говорю я, роясь в содержимом чемодана. — Эй, я хотела спросить…

— Мы сейчас осмотрим территорию, прежде чем я отправлюсь на работу, — прерывает он меня на полуслове. — Я буду ждать тебя перед гаражом. Поторопись. У меня нет целого дня.

— О, это так мило с твоей стороны, но я не люблю гулять так рано утром. Может, оставим это на вторую половину дня, а? — Я оглядываюсь через плечо. Он уже ушел.

— Это было грубо! — кричу я ему вслед.

Я одеваюсь меньше чем за десять минут и спускаюсь по широкой лестнице на первый этаж. Два человека Драго стоят у входной двери, увлеченные беседой, пока натягивают пальто.

Я подхожу и приветливо улыбаюсь им.

— Такое чудесное утро. Собираетесь на встречу?

Они оба смотрят на меня сверху вниз. Мужчина справа от меня одет в черный костюм, на шее у него кривой наполовину завязанный галстук. Кажется, его зовут Илья. Мы вчера с Еленой осматривали дом, и она знакомила меня с людьми, мимо которых мы проходили. Но здесь живет так много людей, что мне понадобится время, чтобы со всеми познакомиться.

— О, но ты не можешь идти в таком виде, милые щечки. — Я качаю головой и поправляю ему галстук. — Вот. Уже лучше. Вы двое уже позавтракали?

Когда я снова поднимаю глаза, то вижу, что они оба смотрят на меня широко раскрытыми глазами, а их брови сдвинуты к линии роста волос.

— Да, — пробормотали они в унисон.

— О, хорошо. Тогда удачного дня. — Я машу рукой и направляюсь через фойе.

По дороге на кухню вспоминаю вчерашний вечерний эпизод после ужина. Кухня выглядела так, будто там взорвалась бомба — повсюду стопки грязной посуды, а девчонки бегают вокруг, убирая остатки еды и запихивают тарелки в посудомоечные машины.

Драго не было на ужине, как я надеялась, и потому чувствовала себя немного подавленной. Поэтому, когда Кева заметила меня в дверях, она спросила, не хочу ли я помочь. Я пожала плечами и с готовностью согласилась. В следующую секунду она сунула мне в руки кастрюлю. Мне потребовалось больше тридцати минут, чтобы вычистить эту штуку, но, вероятно, прошло бы два часа, если бы Ната не заметила, что я пользуюсь губкой, и не дала мне вместо нее какую-то металлическую штуковину.

Я не привыкла работать по дому — для этого у нас была горничная, — но мне очень понравилось помогать Кеве и девочкам. Женщины смеялись и сплетничали о своих парнях, время