Тихая ложь - Нева Олтедж

На кухне уже не так суетливо, но дел по-прежнему много. Утренняя трапеза давно закончилась, и три девушки загружают посудомоечные машины и наводят порядок. Я замечаю Филиппа и еще нескольких парней, завтракающих за небольшим столиком в стороне. Видимо, они, как и я, пропустили завтрак. Кева стоит в другом конце комнаты, рассеянно помешивает содержимое большой миски, которую держит в руках, и смотрит на телевизор, висящий над стойкой. Она замирает, ее внимание полностью поглощено экраном, на котором показывают местные новости. В Нью-Йорке никогда не бывает недостатка в драмах.

Я замечаю почти пустой кувшин с соком, стоящий посреди стола, за которым сидят ребята, и иду к огромному холодильнику, чтобы достать полный. Ещё вчера заметила, как Кева поставила несколько таких кувшинов охлаждаться.

— Вот, — говорю я, ставя сок на стол и улыбаюсь, прежде чем отнести пустой кувшин в посудомоечную машину.

В кухню входит Адам, крупный темноволосый парень, который, по словам Елены, отвечает за пехотинцев.

— Pop se zabavio sinoc, vidim. (с серб. Поп повеселился прошлой ночью, я вижу) — Он кивает в сторону телевизора, доставая из холодильника банку газировки.

Священник вчера повеселился? Что считается "развлечением" для сербских священников? Может быть, он руководит церковным хором? Я смотрю на экран телевизора. Перед пятиэтажным зданием стоит репортер и говорит в камеру. Позади него припарковано несколько полицейских машин, а вход на территорию ограничен желтой лентой с изображением места преступления.

— … что, возможно, является еще одной казнью, связанной с бандой. Жертву, Уэсли Пауэллса, обнаружил сосед. По словам очевидца, мистер Пауэллс был прибит к стене, в его руки были пригвождены гвоздями. На его груди был вырезан знак креста. Полиция, однако, пока не дала никаких дополнительных показаний.

— Господи, — бормочу я, чувствуя, как меня пробирает дрожь. Их священник должен делать гораздо больше, чем давать духовные наставления. — Нужно быть серьезно больным, чтобы так поступать с человеком.

Кева берет со стойки пульт и быстро выключает телевизор.

— Я и не заметила, что ты тут, — говорит она и продолжает перемешивать то, что у нее в миске. — Оставила тебе бутерброды.

— У меня пропал аппетит.

— Ты не покинешь мою кухню, пока не позавтракаешь, Сиенна.

Я вздыхаю и беру с тарелки самый маленький бутерброд. Прозвище ей определенно подходит.

— Почему ты все еще в пижаме? — спрашивает она.

Я с набитым ртом пробормотала:

— Это не пижама.

Взгляд Кевы скользит по моему телу, по бирюзовым шелковым брюкам и блузке с большими цветами фуксии.

— Ты уверена?

— Ага.

Она смеется, как озорная белка.

— Драго это понравится.

— Тоже так думаю. — Я ухмыляюсь.

Я выхожу из кухни и спешу через столовую и прихожую. Моя желтая куртка висит на стене рядом с несколькими десятками других пальто. Надеваю ее, улыбаюсь хмурому парню, стоящему у двери, и выхожу из дома.

Драго стоит у машины, припаркованной у подъезда, и разговаривает с двумя парнями, которых я встретила у подъездной дорожки. Они видят, что я иду, кивают головой, садятся в машину и уезжают. Что ж, кивок — это лучше, чем ничего.

— Не уверен, что этот наряд — хороший выбор, — говорит Драго, оглядывая меня.

— О? И почему же?

— Ты напугаешь моих собак.

Я сьеживаюсь.

— Мне не интересно смотреть на твоих собак.

— Ты не любишь собак?

Я встречаю его пронзительный взгляд и улыбаюсь, в то время как желчь поднимается у меня в горле.

— Я ненавижу собак.

— Очень жаль. Ты все равно с ними познакомишься. — Он берет меня за руку и ведет через лужайку.

— Я не хочу видеть твоих проклятых собак! — Я пытаюсь отстраниться, пока мы обходим дом. — Драго!

Он останавливается и берет мой подбородок между пальцами.

— Это сторожевые собаки, Сиенна, они не знают ни тебя, ни твоего запаха. Ты должна встретиться с ними, чтобы они понюхали тебя и поняли, что ты со мной. Тебе нечего бояться.

— Я не боюсь, — задыхаюсь я.

— Нет? А мне кажется, ты очень напугана. — Его большой палец проводит по моему подбородку и останавливается на уголке губ. — Ничего не случится, пока ты со мной, mila.

Я закрываю глаза, наслаждаясь его прикосновениями. Его вторая рука все еще держит мою, и я ошеломлена и испытываю такое чертовски сильное искушение. Изо всех сил стараюсь не приподняться на носочки и не поцеловать его твердый рот. Мы не целовались в мэрии перед тем, как подписать свидетельство о браке. Каково это — ощутить его губы на своих?

С другой стороны задней лужайки раздается громкий лай. Я открываю глаза и смотрю за спину Драго. Железный забор разделяет территорию, а за ним три ротвейлера скачут и лают в нашу сторону. Они выглядят активными, гоняются друг за другом и встают на задние лапы, чтобы упереться передними в ограждение.

— Пойдем поздороваемся. — Рука Драго убирается м моего лица.

Пока мы медленно подходим к забору, он продолжает легонько сжимать мою руку, как бы заверяя меня, что все будет хорошо.

— Сидеть, — командует он, когда мы подходим к вольеру. Все три собаки тут же садятся, устремив на него взгляды. Драго встает позади меня и обхватывает меня за плечи.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я, но совершенно забываю об этом, когда поцелуй ложится на мою шею. Драго крепко сжимает мою талию, а его губы перемещаются к моему подбородку.

— Не спускай глаз с собак, — говорит он рядом с моим ухом и обхватывает пальцами мое запястье, поднося мою руку к своим губам.

Собаки с интересом наблюдают за нами, их головы слегка наклонены в сторону. Я не отрываю от них взгляда, когда губы Драго прижимаются к тыльной стороне моей руки. Мои пальцы начинают слегка дрожать, когда он поворачивает мою руку и целует центр ладони.

— Теперь другую, — говорит он.

Мне становится трудно дышать, когда опускаю правую руку и поднимаю левую, потому что я все еще чувствую поцелуй его губ на своей коже. Он берет мою руку и притягивает ее ближе к своему рту, но не настолько близко, чтобы поцеловать еще раз. Его горячее дыхание обдувает мою ладонь. Очевидно, он делает это ради собак. Я не понимаю причин, стоящих за его действиями, но уверена, что это как-то связано с ними. И мне хочется, чтобы это было не так.

Драго проводит губами по моему запястью, чуть выше точки