Любовь на острие меча - Наталия Вячеславовна Арефьева

Облегченно вздохнув, я прошмыгнула к своей кровати и задвинула под нее меч. Стоило мне только выпрямиться, как вернулась Кэйла.

— Я сегодня проспала завтрак, — сказала она с улыбкой, — а в столовой, говорят, очень вкусные пирожки. Пойдешь? Лично я умираю с голода.

Поесть и правда не помешало бы, так что я без раздумий согласилась.

Столовая по случаю выходного не была забита до отказа, как это бывает обычно, но и не пустовала. За одним из дальних столов сидела большая компания, кажется это был шестой курс, за другими сидели по два-три человека и еще несколько столов оказались свободными.

Набрав на поднос действительно очень вкусно пахнущих пирожков, мы заняли стол у окна. Компания старшекурсников вела себя шумно и привлекала внимание. А когда Кэйла посмотрела в ту сторону, усмехнулась и сказала:

— Ого! Рэймонд Флэтли. Считай, все девицы потеряны для магической науки, пока он здесь.

— Ты о ком?

— Вон тот, красивый блондин, в середине сидит, видишь? Рэймонд Флэтли. Племянник главного королевского мага, между прочим. Правда, не родной, двоюродный. Два года назад окончил факультет стихийной магии с отличием. Двадцать семь лет, не женат, не обручен. В общем, завидный жених, с какой стороны не посмотри. Богат, красив, умен, знатен.

Все это, к слову, она сказала без особого пиетета. Словно бы выдержку из биографии прочла, но я все равно не удержалась:

— Говоришь так, будто замуж за него собралась.

Я отыскала глазами того, про кого она говорила и встретилась взглядом с блондином, сидевшим посередине. Короткие волосы уложены на косой пробор и дерзкая челка итак и норовит упасть на глаза. Действительно, красив. Насчет всего остального судить не берусь.

Блондин отвлекся на одного из парней буквально на пару секунд, а потом снова посмотрел на меня и легко, открыто улыбнулся.

И может быть, я слишком мнительна, но мне показалось, что парень тот кивнул в мою сторону, когда говорил что-то этому красавчику.

Улыбаться в ответ не захотелось.

А Кэйла тем временем безо всякого сожаления покачала головой.

— Нет, не собралась. Да и вряд ли такой как Флэтли посмотрит на такую, как я.

— Что за неуверенность в себе? — подначила я ее.

— Это не неуверенность, а реальный взгляд на вещи. Да и потом, зачем он мне? У меня уже есть парень. У Рэймонда Флэтли, бесспорно, много достоинств, но есть и один недостаток — он не Ральф Рэйган. Хотя красив, конечно, зараза.

Такая формулировка все- таки заставила меня улыбнуться и спросить:

— Как у вас дела? И почему, кстати, ты сегодня одна?

— Дела хорошо. Сегодня вечером снова идем на свидание. Теперь только вдвоем. А одна… — вздохнула она, — Ральф по выходным помогает отцу в госпитале. Элинор и Дерек уехали домой, а Меган засела в библиотеке, что-то у нее там, — она покрутила в воздухе рукой, — не получается.

— Ну а ты почему здесь?

— Родителей все равно нет в столице, так что я лучше здесь. А, кстати, раз ты все-таки вернулась…

И она вопросительно приподняла брови, склонив голову. Смотрелось смешно, и наверняка жест намекал на поход в город.

Я засмеялась:

— Извини, но из меня компания тоже так себе. Я ведь вчера так ничего и не сделала.

— Эх, ну ладно, — она подперла голову ладонью и грустно вздохнула, — придется до вечера грызть гранит науки. Ничего не поделаешь.

Когда мы уходили, я ощущала на себе чей-то внимательный взгляд, но предпочла убедить себя, что мне показалось.

Все выходные я провела за учебниками и в воскресенье вечером все-таки решила немного проветрить голову. Далеко от академии уходить не хотела, все же город я знала плохо и была вероятность заблудиться. Решила остановиться в ближайшем кафе, выпить кофе, съесть чего-нибудь сладкого и бездумно поглазеть на людей.

При свете дня я видела Логесфейл лишь однажды, когда возвращалась из предоставленного Эйданом домика.

Должна сказать, столица поражала воображение не меньше, чем академия. Прогулявшись по ближайшим улочкам и, глядя на дома из белого камня, резные двери и оконные рамы, ажурный, на вид очень хрупкий мост через небольшой канал, по которому люди, к слову, шагали очень уверенно, на ум приходило только одно слово — воздушный. Этот город похож на гору воздушных и очень сладких сливок.

По ночам он тоже, наверное, был красив. Но, во-первых, когда я крадусь в клуб, мне откровенно не до разглядывания красот, а во-вторых, мой путь всегда пролегает по одной и той же улице.

Я уже минут десять безуспешно пыталась выбрать между двумя пирожными, смотрящими на меня с витрины. Оба выглядели чудесно, но денег у меня немного, да и сладкое я любила в умеренных количествах.

Когда я почти решила взять бисквитное с яркими цветами из крема, рядом прозвучало:

— Возьми это, оно здесь самое вкусное, — и чья-то рука указала на пирожное, которым я хотела пренебречь.

Песочная корзинка с воздушными сливками и разноцветьем ягод.

Я мысленно улыбнулась вновь возникшей ассоциацией с Логесфейлом и подняла глаза. И, встретившись взглядом со знатоком пирожных, подумала: «Интересно, племянники королевских магов ходят в обычные кафе? И если да, то можно ли эту встречу считать случайной?»

— Спасибо. Никак не могла выбрать.

Блондин улыбался точь-в-точь как вчера.

— Обращайся. Ты ведь из академии? Я видел тебя вчера в столовой.

— Верно.

Парень явно был настроен на разговор. У меня желания общаться не было. И дело даже не в нем, просто хотелось посидеть в одиночестве.

— Рэймонд Флэтли, — представился он, улыбнувшись снова.

— Я наслышана, — кивнув, я взяла пирожное, которое он посоветовал, стаканчик с кофе и направилась к столику у окна.

Через минуту Рэймонд поставил на стол точно такой же стаканчик с кофе и присел напротив.

Одиночество мне не светит. Не сегодня.

— Что же ты слышала обо мне? Надеюсь только хорошее?

— О, о вас отзываются исключительно положительно. Племянник главного королевского мага, с отличием окончил факультет стихийной магии, двадцать семь лет, не женат, не обручен. Богат, знатен, умен, красив.

Он рассмеялся.

— Прямо анкета в брачном агентстве.

— Не удивлюсь, ели это все, что о вас знают.

— О тебе. Давай перейдем на ты.

— Я ведь даже не представилась.

— Самое время это сделать.

Он сделал глоток кофе, но не отводил глаз, глядя на меня поверх стаканчика.

— Шевонн О’Грэди.

В конце концов, это не секрет.

— Очень приятно, Шевонн.

— Извини, — сказала я, так же глядя ему в глаза, — но я пока не знаю, взаимно это или нет.

— А ты честная.

— Да.

Не знаю, насколько это определение применимо ко мне, учитывая,